Жестокий хозяин - Люси Смоук

После измерения ее температуры, кровяного давления и частоты сердечных сокращений доктор нервно оглянулся.

— Эм, сэр? Мне… мне нужно провести более инвазивное обследование. Возможно, вы могли бы выйти из комнаты, пока я…

— Нет, — Слово вырвалось у меня, когда я бросил на него мрачный взгляд. — Я буду помогать. Что тебе нужно?

Доктор заметно сглотнул и с трепетом повернулся обратно к спящей Ангел.

— В соответствии с вашей просьбой, — сказал он. — Мне… мне нужно раздеть ее и… э-э-э… проверить на наличие признаков полового акта.

— Понятно.

Выскользнув из куртки, я бросил ее на ближайший стул, прежде чем обойти кровать и забраться на нее. Игнорируя широко раскрытых глаз доктора я приподнял обмякшее тело Ангела и начал расстегивать ее блузку, стягивая ее с ее тела, пока я спускался к остальной одежде. Как только я закончил и она предстала перед моим взором обнаженной, я снова бросил взгляд на доктора.

— Ты будешь смотреть только на то, что тебе нужно, чтобы закончить свой осмотр, — прорычал я. — Ты будешь прикасаться только к тому, к чему тебе нужно. Это ясно?

Он резко кивнул.

— Да, сэр. Конечно, сэр. Я… я бы никогда…

— Простого "да" достаточно, — сказал я, обрывая его.

Он кивнул и перевел взгляд на Ангела. Я откинулся на спинку ту сторону кровати, которая не была занята лежащей женщиной, и уставился на ее запрокинутое лицо. Мой взгляд опустился ниже, когда пальцы доктора ощупали ее живот, а затем он поднял ее руку, поворачивая ее сначала в одну сторону, затем в другую, прежде чем опустить и достать блокнот, чтобы что-то записать.

Она была худее, чем я помнил. Слишком худой. Мягкость ее щек выровнялась. Ребенка, которым она, возможно, когда-то была, давно не было, и на его месте была женщина — коварная, убегающая беглянка. У нее были шрамы, которых раньше не было. Неглубокие линии поперек одного запястья и еще один на животе. Следы от лезвия? Кто бы посмел причинить ей боль? Мужчина? Враг? Было ли что-то еще, о чем мне нужно было знать?

Как бы то ни было, я скоро узнаю. Я бы оторвался от самых ее губ, даже если бы это означало, что мне пришлось бы вытягивать это из нее пытками. Да поможет ей Бог, если она отдалась другому, я найду их всех и убью прямо у нее на глазах.

— Я-я собираюсь начать осмотр нижней части тела, — заикаясь, пробормотал доктор, подходя к краю кровати.

Стиснув зубы, я как-то странно кивнул. Одно неверное движение и "Глоку", лежащему в кобуре у меня на груди, предстояло впервые за долгое время потренироваться. Я взглядом призывал его сделать хоть одно неверное движение, но он этого так и не сделал. Как только этому человеку дали добро, он стал настоящим профессионалом.

Осторожными, но нежными руками он раздвинул ноги Ангела, а затем натянул пару перчаток.

— Это было бы легче сделать в больнице, сэр, — сказал он.

— Она не пойдет в больницу, — сказал я.

Он кивнул.

— Понял. Однако я просто говорю, что в случае, если вам понадобится повторное обследование, это должно быть сделано, когда женщина бодрствует и в подходящей и продезинфицированной обстановке.

— В этой комнате чисто, — огрызнулся я.

Доктор не ответил, он двинулся вперед и пальцем в перчатке прикоснулся к ее киске. Ярость захлестнула меня при виде того, как другой мужчина прикасается к ней в месте, принадлежащем только мне. Несмотря на то, что это был мой выбор, несмотря на то, что я заказал его здесь, мне следовало пригласить женщину-врача. Тогда, по крайней мере, у меня в голове не звучал бы этот непрекращающийся голос, приказывающий мне зарезать мужчину у изножья кровати.

Я задержал дыхание и на мгновение закрыл глаза, ущипнув себя за переносицу в ожидании, когда это закончится. К счастью, доктор действовал быстро. Не прошло и нескольких минут, как я услышал характерный звук снимаемых с него перчаток. Мои глаза резко открылись, и я сел, когда доктор потянулся за одеялом, свисавшим с края кровати. Он прикрыл им Ангела, прежде чем вернуться к своей сумке.

— Женщина вполне здорова, сэр, — начал он свои наблюдения. — Она выглядит подтянутой, и у нее нет никаких текущих проблем, которые заметны внешне, — Мужчина что-то записал в своем блокноте, продолжая. — Однако без сознания пациентки я не смогу определить, есть ли какие-либо другие проблемы с ее здоровьем.

— Она была с другим мужчиной?

Вопрос застрял у меня в горле, но я должен был знать. Мой взгляд снова наткнулся на спящую фигуру Ангела. Я должен был знать, как далеко зашло ее предательство. Я бы осушил трупы любого, кому пришло бы в голову прикоснуться к моей гребаной жене, и выбросил бы их в залив, не колеблясь ни секунды.

Доктор покачал головой.

— Нет никаких свидетельств недавнего полового акта, — ответил он, сделав паузу, прежде чем оторвать голову от своего блокнота. — А что касается другого вашего беспокойства, то я также не увидел никаких признаков родов.

У меня в груди полегчало, но лишь слегка, потому что в следующее мгновение его слова вызвали еще одну волну гнева, захлестнувшую меня.

— Срок ее противозачаточного имплантата, похоже, подходит к концу — если она хочет продолжать, я рекомендую привезти ее в больницу, чтобы его удалили и установили новый.

Противозачаточные? Мой взгляд метнулся вниз, к женщине, так мирно дремавшей рядом со мной. О, нет, так не пойдет. Теперь, когда Ангел снова в моих руках, она выполнит свою часть нашей маленькой сделки. Об этом я бы позаботился.

— Убери его, — приказал я.

Доктор остановился и уставился на меня, разинув рот.

— З-здесь?

Оторвав свое внимание от жены, я сосредоточился на тонком мужчине.

— Да, — прорычал я. — Я хочу, чтобы эта штука исчезла из нее сейчас же.

Уронив свой блокнот, доктор повернулся в мою сторону.

— Сэр, для этого требуется безопасная и чистая обстановка. Мне нужно будет разрезать кожу, чтобы удалить ее скальпелем.

— У тебя скальпель? — потребовал я.

Мужчина продолжал таращиться на меня, как будто не мог поверить в услышанные слова.

— Д-да, — наконец ответил он, — но я…

— Тогда проведи процедуру.

— Без ее согласия? — Он уставился на меня.

Мои губы искривились в жестокой улыбке.

— Ты здесь, не так ли, док? — спросил я. — Не начинай вести себя так, будто у тебя сейчас есть совесть.

Доктор задрожал.

— Это неэтично, — сказал он. — Я… я просто не могу…

— Также неэтично давать лекарства пациенту, который уже находится без сознания, — Мой гнев быстро нарастал. Я слез с