Только одна ночь. Ошибка прокурора - Виктория Борисовна Волкова

— На полке возьми, — машет в сторону встроенного шкафа хозяйка дома.

Где-то вдалеке щелкает металлическим лязгом калитка. Морозов хлопает дверцей шкафа, доставая из его богатых недр две банки с прозрачным рубиновым желе.

— Феликс, и тебе к чаю! А то тебе завтра и пожрать будет нечего!

— Я уже тормозки собрала, — рапортует Лера. — Утром позавтракаете, Феликс Алексеевич!

— Вот это спасибо! — инстинктивно прикладываю руку к груди. Женщина чужая обо мне позаботилась. Лидка бы точно обломалась. — С удовольствием возьму! — даже и не думаю отказываться.

— Та-ак, что тут у нас? Подкуп прокурора! — ржет Морозов. И сразу от двери раздается насмешливый чужой голос.

— Я думал, вы тут бухаете, а вы коррупционным сговором занимаетесь, — смеясь, входит на кухню высокий холеный мужик. И тут же прибирает к рукам выставленную на стол банку.

— Тор! — обнимает его Морозов и ржет, сука. — Ты тоже можешь подкупить. Отдай свою банку джема.

— Не, ни за что, — категорично мотает головой красавец. — Это для Лизы. Она любит… Спасибо, Валерия Васильевна! — церемонно кивает жене Тимофея.

— На здоровье, Виктор Петрович, — так же церемонно отвечает хозяйка дома.

«Высокие отношения, — думаю оторопело. — В Шанске все так разговаривают? Один я, как варяг, с ноги зашел?»

— Чай будешь? И поедем, — достает еще одну чашку Морозов.

— Нет, Тима. Я на минутку. Еще работать надо, — отказывается Тор. — Я дом открою, Феликса заведу, и к себе. Завтра надо по зуму с китайцами перетереть. Лера, ты поможешь?

— Ну конечно, — откликается та. А Морозов смотрит хмуро.

— Ты когда в медицину вернешься, чудик? У меня на роддом постоянные жалобы. При тебе такого трэша не было.

— Не, не хочу я, Тима, — снова отказывается Виктор. — Так я дома работаю. Меня никто не дергает. Не вызывает никуда. Может, осенью на рыбалку выберемся. Дан приедет, прокурора с собой возьмем…

— А лавку я на кого оставлю? — мрачно бросает Отмороженный Фей. — Нет, как-нибудь без меня. Ну что, поехали?

— Тимофей Сергеевич, — отвлекается от посудомойки Лера. Так и замирает с тарелкой в руке. — А ты куда собрался?

— А, ну да, — чешет репу Морозов. — Вить, ты там покажи все, ладно?

— Да куда я денусь? — обувается тот и вздыхает мечтательно. — Надо с Елены Вадимовны запросить процент.

А потом задумчиво трет репу.

— Это что выходит… Рядом со мной прокурор будет жить?

— Какие-то проблемы с законом? — хмурюсь, трезвея окончательно.

— Да нет, вроде бы, — пожимает плечами Витя. — У меня их точно нет, — и выжидательно смотрит на Морозова.

— Ну, прости, не подумал, — разводит руками тот.

— Ладно, колитесь, что тут у вас происходит? — обвожу строгим взглядом всю гоп-компанию.

— Да, кажись, подвел я тебя, Феликс, — морщится Тимофей. — Заработался, захлопотался… задолбался.

— Ну и? — встаю в стойку.

— Могут тебе впаять связи с криминалом, — трет лицо Морозов и замечает нехотя. — У нас тут родственник есть… Лерин дядька родной. Федя Анквист, может, слыхал?

— Это он дом продает? — напрягаюсь весь. Анквиста оправдали во всех инстанциях. Сам Морозов и оправдал. Последнее дело было. Но у следаков и у нас, прокурорских, осадочек остался. Так что дом у него я точно покупать не буду. Лучше в служебке поживу, чем флажок в личном деле заработаю.

— Нет, дом продает Елена Вадимовна, вдова профессора Никольского, — спокойно поясняет Виктор. — А Федя Анквист — мой компаньон, и ко мне приезжает часто, — задумчиво смотрит на меня, будто что-то пытается решить, и бросает порывисто. — Тима, а ключи от Надиной квартиры где? Может, Феликсу там даже удобнее будет. Самый центр. Дом бизнес-класса…

— Нет-нет, туда нельзя, — восклицает Лера. — Там девочка живет беременная.

— Какая еще девочка? — недоуменно спрашивает Тор.

— Да новенькая наша! У которой Дрозд на участке свалку устроил… Надя ей сдала.

— А-а, эта! — со знанием дела кивает Витя и заговорщицки смотрит на Морозова. — Тима, давай нашу. Тихо-тихо, — и запевает первым.

— Тихо в лесу, только не спят Дрозды,

— Просто Дрозды просят п*зды, — поют они вместе с Морозовым.

— Вот и не спят Дрозды!

Улыбаюсь мужикам и в этот момент понимаю простую истину. Мне нравится Тор. Ну и похрен, что компаньон самого одиозного бизнесмена в области. Пусть будет соседом. Он только с виду такой важный и чванливый, а так свой в доску парень. И не будет Тима знаться с подлецами и привечать их в собственном доме.

— И часто к тебе Анквист приезжает? — уточняю промежду прочим.

— Да раз в неделю наведывается, — разводит руками Виктор. — Смотри, мы тебя предупредили…

— Ну и ладно. Дом мне с первого взгляда понравился. Я его, пожалуй, куплю. И соседи хорошие, — киваю на Тора.

— Ты даже не представляешь, насколько! — смеется Морозов. — Витя у нас в городе на вес золота. Если надо роды принять, к нему все бегут…

— Да я вроде не на сносях, — выдыхаю под общий смех.

— Тима, детей разбудишь, — шипит на мужа красавица Лера.

— Все, пора, — решаем мы с Тором одновременно и минут через пять катим по пустым улицам ночного Шанска.

— У нас тут хорошо, — не отрываясь от руля черного Гелека, рассказывает Тор. — Я вот в Москве пожил пару лет, чуть с ума не сошел. Может, и тебе у нас понравится.

— Не знаю, не задумывался как-то. Я ведь жил в этих краях. И в Москве прижился. Но пока туда возвращаться не планирую.

— Что так? — косится на меня Виктор.

— С женой развожусь. А у нее отец-генерал. Неохота под раздачу попадать… Лучше здесь отсидеться.

— Оно и правильно, — соглашается Витя, тормозя около того самого дома, что я выбрал сегодня утром, и замечает серьезно. — У нас тут тоже все непросто.

— Да знаю я! — вздыхаю недовольно. — Я же служил в прокуратуре области.

— Когда?

— Да лет пять назад. У Тимы как раз дочки родились.

— Но, по-любому, я тут всех знаю. Почти весь город. Многим детей доставал… Если что, помогу.

— Я понял. Обращусь, если что! — киваю я. Достав из портфеля ключи, пожимаю руку соседу. — До завтра. И спасибо большое за помощь, — выбираюсь из машины.

— Ты сам справишься, Феликс? — выходит из машины Тор.

— Да все нормально, — машу рукой.

— Тогда до завтра! — басит Виктор, направляя Гелендваген в соседние ворота, открывшиеся как по заказу.

Войдя во двор, оглядываюсь по сторонам. Почти в полной темноте двигаюсь в сторону дома.

«Зря я все-таки отпустил Тора. Он хотя бы знает, где тут выключатели», — корю себя последними словами. Делаю шаг к дому, и тут же над моей головой загораются лампочки.

— Жизнь, кажется, налаживается, — бурчу