Тристан Майлз - Т. Л. Свон

Черт…

– Нет, я не развлекаюсь там, где работаю, – неискренне улыбаюсь я и подхожу к Клэр: – Привет.

Она устремляет на меня бесстрастный взгляд. Точно слышала наши последние слова!

– Привет.

Отвечает без энтузиазма, делает глоток из своего бокала и смотрит в сторону.

– Как прошел массаж? – интересуюсь я.

– Отлично. – Еще один глоток и все тот же взгляд мимо.

Вот ведь грубиянка какая.

– Может быть, вы будете смотреть на меня, когда я к вам обращаюсь? – раздраженно бросаю я.

Клэр косится на меня, и я ощущаю внезапную внутреннюю дрожь.

– Что вам надо, мистер Майлз?

Я смотрю на нее, не понимая, что происходит у меня внутри.

– Тристан. Зовите меня Тристаном.

– Нет, – категорично отказывается она. – Называть вас Тристаном значило бы, что я хочу более дружеского общения. – Она слизывает с нижней губы капельку влаги, и это движение ее языка трепетом отдается у меня в паху. – А я не хочу.

– Клэр…

– Зовите меня миссис Андерсон.

– Почему вы такая грубая?

– Я не грубая, я честная. Или вы предпочли бы, чтобы я лгала?

Ну-ну… порази меня.

– Возможно, – отвечаю я.

– О, как приятно видеть тебя, Трис! Давай тусить вместе и курить трубку мира у костра. Я так скучала по твоей красоте, остроумию и шарму, – произносит она без малейшей запинки. Сладко улыбается и трепещет ресницами для пущего эффекта.

Я усмехаюсь и чокаюсь с ней бокалами:

– Твое здоровье. Так-то лучше. Рад, что ты входишь в роль.

Она чуть наклоняет голову – мол, иди сюда, кое-что скажу, – и я подаюсь к ней в ожидании.

– Подите вон, мистер Майлз, – шепчет она.

Я хмыкаю, впервые за долгое время испытывая настоящий азарт.

– Нет.

Она снова смотрит мимо меня.

– Вижу, вы все такой же мастер раздражать людей.

– А я вижу, что вы все так же принимаете озверин.

– Ну еще бы, – вздыхает она. – Давайте свалим мою неприязнь к вам на таблетки, конечно же! Ведь другой причины, по которой я могла бы испытывать к вам отвращение, и быть не может, правда?

Я удивленно поднимаю брови. Ни одна женщина не позволяет себе так разговаривать со мной!

– Отвращение – не слишком ли сильное слово? – говорю я, следуя ее примеру и глядя в сторону. – Мне кажется, на самом деле вы хотели сказать – восхищение.

Уголки ее губ еле заметно дергаются, и я догадываюсь, что она старается не улыбнуться.

– Подите вон, мистер Майлз, – повторяет она.

– Я и вправду восхищаю вас, Клэр?

– Называйте меня миссис Андерсон, – шепотом говорит она. – И в вас нет того, что нужно, чтобы меня восхитить.

Наши взгляды скрещиваются, и во второй раз за вечер меня пронзает внутренняя дрожь.

Ее окружает та самая аура, неуловимая и влекущая.

Властная.

Готов поспорить на что угодно, в постели она – та еще тигрица. Я представляю нас вместе, обнаженных, и ощущаю глухой пульс возбуждения между ног. Поджимаю губы, чтобы не выдать своего восторга.

– Прощайте. – Она начинает пробираться сквозь толпу, и я смотрю ей вслед.

Ладно… готов признать.

Эта женщина безумно, дьявольски привлекательна.

Я смотрю, как она идет через весь зал, мысленно составляя план. Возможно, эта конференция – единственное место, где мы с ней увидимся. Хм-м… что же делать?

Достаю из кармана телефон и набираю номер брата. Он отвечает после первого же гудка:

– Привет, Трис.

– Джеймисон, – говорю я, наблюдая, как Клэр завязывает разговор с очередным мужчиной. – Планы меняются.

– Насколько?

– Я собирался присутствовать на конференции только в первый день.

– Ну и?

– И решил остаться на неделю. Появилась… – делаю паузу, подыскивая подходящее слово, – возможность… которую я хотел бы рассмотреть пристальнее.

– Ладно, а когда вернешься?

– В следующий понедельник.

– Конечно, не вопрос. Слушай, я сейчас на совещании. Наберу тебя позже.

– Договорились.

Нажимаю кнопку отбоя, сую телефон обратно в карман и в который раз слежу взглядом за перемещениями Клэр Андерсон по залу.

Эта конференция только что перестала быть скучной.

Клэр

– Пойду возьму себе что-нибудь выпить, – говорит Нельсон. – Вам принести еще?

– Да, спасибо.

– Скоро вернусь, – говорит он, и я провожаю его взглядом до стойки.

Славный парень.

Я приятно удивлена: вечер получился очень даже неплохой. Мы поужинали, потом начались танцы. Я болтала со всеми подряд, отрабатывала социальные навыки. Марли бы мной гордилась.

– А-а, наконец-то вы одна, – слышу я голос. Поворачиваю голову и вижу незаметно оказавшегося рядом Тристана Майлза. Вот еще не хватало!

– И куда это направился ваш послушный ученик? – спрашивает он, отпивая из своего бокала.

– Какой ученик? – недоуменно хмурюсь я.

– Тот пресный мистер Паинька.

Прикусываю щеку изнутри, чтобы не улыбнуться. Надо же, не в бровь, а в глаз!

– Не понимаю, о ком вы говорите.

– Нельсон… Мандела, или как там его, – Майлз взмахивает рукой с бокалом вслед Нельсону.

Улыбка все же прорывается наружу.

– Понятия не имею, как его фамилия, но совершенно точно не Мандела, мистер Майлз.

– Я сказал, называйте меня Тристаном.

– А я сказала вам убираться!

– Знаете… – Он делает паузу, словно взвешивая слова. – Не будь я официальным лицом на этой конференции и профессионалом, у меня возникло бы к вам много вопросов…

– Например? – перебиваю я.

– …но я на работе, – договаривает он, поправляя галстук.

Мне не терпится узнать, что у него на уме, и я предлагаю:

– Считайте, что ваш рабочий день кончился. Все, что вы мне скажете, будет считаться личным делом.

– Почему вы так меня ненавидите?

– Ну, у меня немало причин.

– Например?

– Вы хотите отобрать мою компанию, мистер Майлз.

– Нет. – Он делает глоток. В его тоне я слышу раздражение. – Я сделал честное предложение по вашей компании, а вы его отвергли. Конец истории. С тех пор я больше к вам не обращался и с уважением отнесся к вашим желаниям.

Наши глаза встречаются. Я ощущаю энергию, танцующую между нами. Словно наши тела говорят друг с другом без слов. Можно сколько угодно делать вид, будто я этого не замечаю, но на самом деле Тристан Майлз – это сущая сенсорная перегрузка.

Чувствуя себя дурочкой из-за зашкаливающей ненависти, я говорю:

– Если уж вам так надо это знать, вы меня раздражаете.

Он округляет губы в притворном шоке:

– У вас всегда такое ледяное сердце, Клэр?

Я хмыкаю:

– Мне кажется, мы оба знаем, у кого из нас двоих сердце ледяное.

Он смотрит мне в глаза, приподнимает бровь:

– А как насчет крови?

– А что с ней?

– Ваша кровь кипит?

Вот ведь… бесстыдник.

Хм-м… не хочу это признавать, но в нем определенно что-то есть.

Я широко улыбаюсь в ответ на его самонадеянность:

– Не думаю, что температура моей крови вас касается.

– О, но мужчине же это интересно. – Он подносит бокал к губам, не отводя от меня взгляда. Между нами закручиваются незримые вихри. – Может быть, нам следовало бы поговорить об этом… не здесь, – он одаривает меня медленной призывной улыбкой, изгибает бровь. – В нерабочее время, естественно.

– Вы хотите уйти отсюда и поговорить о температуре моей крови, мистер Майлз?

– Да, – выдыхает он и опускает взгляд на мои губы.

Я подаюсь вперед.

– Мистер Майлз, – шепчу заговорщицки.

– Да?

– Вы меня не привлекаете – ни в рабочее время, ни в нерабочее.

Он наклоняется к моему уху:

– Лгунья.

Его дыхание щекочет мне кожу и разгоняет по рукам стайку мурашек.

– Прекратите, – шепчу я, оглядываясь по сторонам, ощущая неудобство от того, как реагирует на этого мужчину мой организм. Вот предатель!

Его глаза гипнотизируют меня:

– Зовите меня Тристаном.

– Нет. – Торопливо прихлебываю из бокала. Я бы сейчас осушила его до дна одним махом.

– Клэр, – снова шепчет он мне на ухо.

– Что?

– Не бойся называть меня Тристаном.

Я молча закатываю глаза.

– Потому что однажды, причем очень скоро, ты будешь стонать мое имя.

Я прыскаю со смеху:

– Вы всегда так красочно бредите?

– Попомни мои слова, – он небрежно пожимает плечами, разворачивается и уходит, и я провожаю взглядом его фигуру в толпе.

Появляется Нельсон:

– Ваш напиток.

– Спасибо, – беру у него бокал и, бегло осмотревшись, вижу, как мистер Майлз подходит к стайке женщин. Все они наперебой щебечут и улыбаются, а он вновь оборачивается ко мне. Наши глаза встречаются, и он опять улыбается мне сладкой грешной улыбкой, а потом салютует бокалом, словно подавая сигнал к открытию Олимпийских игр.

Я сглатываю внезапно образовавшийся в горле ком.

Иисусе, что бы это значило?!

Глава 4

Время