Никто, кроме тебя - Яна Дин

– Твоя сестра замужем за Моро пять лет. Разве хоть раз она говорила о нем плохо? Жаловалась на него? Говорила, что он бьёт её?

Мой ответ был очевиден: нет. Только в начале, Тина плакала в трубку о том, что скучает. Но никогда не говорила плохо о своём муже. Наоборот, рядом с ним она сияет. Может не все так плохо?

Но вспоминая ту мерзкую улыбку на губах Рицци, постоянно заинтересованный взгляд, когда они приезжали к нам, хочется скривиться от отвращения.

– Не все монстры одинаковы, Вивьен, – это заставляет её опустить взгляд.

Мы обе знаем. Я в безвыходном положении. Но в каждом лабиринте есть выход, разве не так? Главное его найти.

– Тогда беги, – она будто читает мои мысли, когда поднимает взгляд, – Убегай, Андреа! Ты достойна большего.

Не хочу отвечать, понимая, что убежать будет слишком тяжело.

Думаете, отец не найдёт меня? Он достанет из-под самой земли.

– Почему ты вышла за него замуж? – спрашиваю даже неожиданно для себя.

Это всегда меня интересовало. Любовь? Нет. Я никогда не видела таких чувств со стороны Вивьен. Даже симпатии нет в её глазах.

– Деньги, – кратко отвечает она, а я хмурю брови.

Ну конечно, это неудивительно. Но стоит ли деньги такой жертвы?

– Не подумай, – тут же перебивает девушка все вопросы, всплывшие в голове, – У меня был брат. Мы сироты. С самого детства. Он болел редкой болезнью, а мне нужны были деньги. Я работала в местном баре, когда Марко заметил меня. Он нашёл моё слабое место и мне пришлось согласиться.

– А сейчас твой брат…? – шепчу сипло.

Слово «был» пугает, но я надеюсь на лучшее.

Мне становится жаль Вивьен. Не могу её осуждать. Ведь если с Тиной что-то случится, я пойду на все.

– Он умер.

В груди встаёт ком от возникшей грусти внутри.

Почему же жизнь такая несправедливая?

– А я осталась в этой ловушке на всю жизнь, – заканчивает Вивьен, с грустной улыбкой. Она в безвыходном положении.

– Мы ведь в похожей ситуации, Вив. Обе застряли здесь, без шанса на свободу. – горькая правда срывается с губ.

– Я забыла тебе сказать, – вдруг начинает она, – Марко нашёл тебе телохранителя. Уже завтра он приступает к работе.

– И уже через месяц его здесь не будет.

– Не все могут стерпеть твой нрав, – усмехается девушка, – И твоего отца тоже.

– Уж простите, какая есть, – улыбаюсь, хотя в душе так и развиваются волны вихря.

Ни за что не соглашусь на этот брак. Это единственное, что знаю. У меня есть две недели. И несколько до помолвки. Я не дам этому случится.

Глава 2

«Говорят, что любить – это значит давать кому-то силу уничтожить тебя и верить, что он никогда ею не воспользуется».

(с) Королек – птичка певчая

__________

Боги вселенной, почему он?

Входя в кабинет Марко, я совсем не ожидаю, что увижу знакомые черты лица. С той самой ночи, прошло четыре дня. Смутно помню, что его позвали на разговор тогда. Только то, что, когда падала в оброк, последнее, что видела – его глаза. И сон, в котором становлюсь его жертвой:

Мы стояли у обрыва, на берегу моря. Светило яркое солнце. На мне было белое платье, вьющиеся на ветру, а волосы тянулись шлейфом назад. Даниэль стоял впереди и улыбался. Неожиданно он подошел ближе и крепко притянул к себе за талию. Растянула губы в улыбке, соприкасаясь с его лбом. Но после улыбка заменилась искажённой болью, а белоснежное платье окрасилось в багряный оттенок, впитывая кровь. Мою кровь. Даниэль отошел. Нежная улыбка заменилась дьявольской.

Медленно коснулась своей груди, где только недавно стучало сердце, а сейчас воткнут нож. Дышала прерывисто, со слезами и недоумением глядя на него. Даниэль сделал шаг и толкнул меня в пропасть, заставляя оказаться в холодной воде, захлёбывающуюся собственной болью.

– Это твой новый телохранитель, Андреа, – выбивает из мыслей Марко. – Он будет с тобой до самой свадьбы. Ты не ослушаешься его и не будешь строить козни, – тараторит отец, вытирая свое ружье на столе.

Кидаю взгляд в сторону своего телохранителя. Даниэль совсем не похож на того, кто спас меня той ночью. Выглаженный до ниточки костюм черного оттенка. Белая рубашка, первые две пуговицы которой расстегнуты. Черные классические туфли и не сильно дорогие часы на запястьях. Видно, деньгами он не особо обладает.

– Я уже повторяла, и повторяю ещё раз, – встречаюсь с глазами отца и продолжаю, – Я не выйду замуж за этого ублюдка.

– Слушай, девочка, – настороженно тихо отвечает отец, – Ты можешь язвить сколько хочешь. Но под алтарь выйдешь как покорная девица.

Так хочется послать его, но встречаюсь со взглядом Даниэля, и все слова застревает на пол пути. Становится неприятно под его пристальным взором.

Он видит все мои синяки на лице.

Однако сегодня я соизволила переодеться в нормальные вещи. Черные джинсы скинни и такого же оттенка толстовка. Я не ношу футболки, майки и все, что может оголять плечи. Может показать мои шрамы.

– Приступай к работе, Даниэль, – Марко смотрит на него, почесывая подбородок кончиком пистолета. – Надеюсь, ты все понял.

Могу наизусть повторить, что он ему сказал:

Никаких клубов. Никаких парней рядом с ней. Не выезжать за нашу границу. А это были север и восток Италии. Когда как запад и юг принадлежат Конселло. А самое главное, отец сказал ему не прикасаться ко мне. Всем, кто приходил на эту должность, Марко демонстративно говорил, что отрежет их яйца и вскормит собакам, если только посмеют меня коснуться.

«Твоя непорочность – успех хорошего брака» – всегда трезвонит уши бабушка Кора.

Пойти бы, на злость им сделать пакость.

Даниэль кидает краткий взгляд в мою сторону, прежде чем кивнуть и выйти за дверь. Плечи опускаются. Начинаю нормально дышать.

– Почему он? – спрашиваю, не понимая свое негодование.

В других случаях мне всегда было все равно кто и что. Но сейчас – нет. После страшного сна, ощущение при виде Даниэля были странными. Словно нож уже был воткнут в мою грудь.

Марко поднимает взгляд со своего пистолета.

– Он хорош.

Черт, с этим не поспоришь. Мой телохранитель один из самых сексуальных мужчин, что я видела за всю свою жизнь. Но, отец точно не имел это в виду.

– Он спас тебя. Простой парень. Двадцать семь лет. Родом из Италии. Из нашей территории. Хорошо владеет оружием. Нет семьи, что даёт гарантию – его никто и ничего не будет беспокоить. Сирота. Одиночка. Хорошо