Виноваты звезды - Джилл Рамсовер

Телефон зазвонил, когда я лежала в постели, погруженная в свои мысли. Мама делала последнюю попытку уговорить меня посетить вечеринку в честь ее пятидесятилетия. Я пыталась объяснить ей, что должна порвать с ней отношения ради собственного психического здоровья, но она отказалась принять мои желания. Установить границы было трудно, но невероятно необходимо, когда имеешь дело с расстройством. Если она не прекратит в ближайшее время, мне придется заблокировать ее номер.

Проблема была в том, что мне было жаль ее. Она была такой же жертвой, как и я, но я могла сделать лишь очень немногое. Она должна была сама предпринять шаги, чтобы освободиться. Я вела ее за собой. Я рассказала ей о своих мыслях о Дональде и сказала, что помогу ей, если она захочет уйти. Это был ее выбор — пожертвовать своим достоинством ради финансовой безопасности.

Эта мысль угнетала, поэтому я заставила себя встать с кровати и пойти в душ. Майкл должен был прийти на ужин, а мне еще нужно было купить продукты и привести в порядок квартиру до его прихода.

Когда пробило три часа, в мою дверь неожиданно постучали. Майкл появился за несколько часов до того, как я его ждала. К моему облегчению, я была продуктивна и выполнила все свои обязанности до его прихода.

— Ты не должен был приходить еще три часа, — поддразнила я его, когда открыла дверь.

Он озорно улыбнулся. — Я хотел тебя увидеть. Надеюсь, ты не возражаешь.

Если бы мое сердце было воздушным шариком, оно бы лопнуло от такого большого расширения. — Вовсе нет. Проходи". Я закрыла за ним дверь. "Я как раз собиралась съесть мороженое. Хочешь?

— Как я могу отказаться от мороженого?

Я достала свою баночку ванильного и бутылку шоколадного сиропа. — У меня не так много вариантов. Это мой лучший вариант.

Майкл взял ложечку и показал на ванночку с мороженым. — Тебе не нужны варианты, когда у тебя есть классика. Я так понимаю, ты любишь сладкое?

— Больше, чем я хочу признаваться.

— Тогда две ложечки.

Затем он сделал то, от чего у меня задрожали колени. Майкл Савин — бандит и татуированный крутой парень — подмигнул мне. Это была самая очаровательная, восхитительная вещь, которую я когда-либо видела. Мои яичники трепетали.

Слишком взволнованная для слов, я взяла шоколадный сироп и принялась заливать им свою миску. — Как прошел твой вчерашний день?

— Информативно. А у тебя? — Он налил себе сироп, и мы пересели за круглый кухонный стол. Я была приятно удивлена тем, как естественно он чувствовал себя в моем доме. Мне нравилось, что он чувствовал себя здесь как дома.

— День прошел хорошо. В полдень я выполнила несколько поручений, а весь вечер встречалась с клиентами. Мой график сильно отличается от графика большинства людей. — Мне было трудно совмещать график работы с прошлыми отношениями. В школе я работала в вечерних клиниках, и не один бойфренд возмущался моим отсутствием.

— К счастью, моя работа гибкая. Мы можем быть вместе в полдень, а не вечером, если тебе так удобнее. — Майкл вынул изо рта большую ложку мороженого, его губы скользили по тающим остаткам на ложке.

Я скрестила ноги и ущипнула себя, чтобы не отвлекаться. Это была прекрасная возможность затронуть тему его преступной деятельности, если бы я могла не потеряться в омуте похоти.

— Вообще-то, я много думала о твоей работе. Я не уверена, как об этом говорить, и я знаю, что мы только начали встречаться, но я чувствую, что это очень важно. Ты и Братва. Это меня беспокоит.

— Я бы удивился, если бы это было не так. Какая часть беспокоит тебя больше всего?

— Думаю, это зависит от того, чем ты занимаешься. Меня беспокоит, что ты окажешься в тюрьме, но я также беспокоюсь о том, что ты можешь пострадать. А я беспокоюсь о том, что мне придется беспокоиться, если это действительно имеет смысл. Я не хочу жить, постоянно задаваясь вопросом, вернешься ли ты домой ночью.

О, Боже. У нас было всего одно официальное свидание, а я уже говорила так, будто он сделал мне предложение. О чем, черт возьми, я думала? Я хотела поговорить о его работе, но не собиралась вести беседу, как ворчливая жена. Внезапно мое мороженое потеряло свою привлекательность. Я пристально смотрела на свою ложку, вбивающую шоколадные линии в тающий белый крем.

— Иви, посмотри на меня.

Я перевела взгляд на него.

— Это вполне разумные опасения, хотя я думаю, что твое воображение может быть более серьезной проблемой, чем моя работа. Она действительно не так опасна, как ты думаешь - по крайней мере, в большинстве дней это не так.

— А как насчет пули? Конечно, ты не забыл об этом.

— Это было другое. Не каждый день заместитель главы итальянской мафии предает свою семью и похищает дочь босса. Большинство дней довольно скучные, правда. Раньше я занимался посредничеством в сделках с произведениями искусства, но сейчас я в основном контролирую наши авторемонтные операции — слежу за тем, чтобы у нас были необходимые запчасти и нужные машины попадали к нужным людям. Это не совсем законно, но и не так уж опасно. Я не могу гарантировать, что никогда не окажусь внутри тюрьмы, но шансы невелики. На данный момент мы хороши в том, что делаем. Существует значительный уровень защиты между высшим руководством и парнями на местах.

Ну, это было не совсем обнадеживающе, но хоть что-то. Что еще более важно, я поверила ему. Я слушала, как люди лгут мне целыми днями. Я могла сказать, когда кто-то искажает правду, а Майкл был честен. Он ответил на мои опасения, не переходя к обороне в личных вопросах, когда мы только-только возобновили общение. Это свидетельствовало о впечатляющей эмоциональной зрелости, и это было так же привлекательно для психотерапевта, как и резкая линия челюсти или рельефный пресс.

— Я очень ценю, что ты поделился со мной этим, — прошептала я, мой голос внезапно потерялся в море эмоций.

Воздух в комнате словно сжался, когда взгляд Майкла потемнел. Он медленно повернулся на своем стуле лицом ко мне, затем протянул руку и