Я буду любить тебя - Кристина Ильина

— Тебе не надоело рисовать одну и ту же бабу, — сказал Денис, выдернув меня из мыслей.

— Нет, не надоело, — ответил я. И она не баба, а девочка.

Денис пожал плечами и улыбнулся. С Денисом мы познакомились, как только я приехал в Питер. Он жил напротив моего дома. Он стал для меня как брат.

— Главное, что бы Лана ни увидела, а то опять скандал закатит. — Денис хитро улыбнулся. — А она ни чего так красивая, заметил Денис. — Когда нас познакомишь?

— Вряд ли это когда ни-будь, произойдет, — я хихикнул.

— Это почему же?

— Она в другом городе живёт, и у неё парень есть.

— Парень не стенка повиниться.

— Ха-ха, нет, это не подвинется, — я вновь улыбнулся.

— Игорь, как на счёт того, что бы сходить завтра в боулинг? Лану возьмёшь, а я с Катей приду.

— Нет, завтра ни как. Завтра приезжает сводный брат со своей девушкой. Мама хочет устроить семейный ужин.

— Это тот, от которого три года ни чего слышно не было?

— Почему же ничего. Он периодически звонит родителям.

— Денег попросить прислать? — Денис не выносил детей "можориков". Тех, которые в своей жизни ни чего не заработали, а только сидели и клянчили денег у родителей на клубы, классные тачки и девочек. Его он считал именно таким. Он вообще удивлялся как у таких образованных, культурных, родителей вырос такой сын. — И зачем он приезжает? Да ещё и с девушкой? Представляю, какая у него может быть девушка, — ворчал Денис.

— Послезавтра родители отмечают "Фарфоровую свадьбу" Кстати, ты тоже приглашен. Так, что послезавтра к пяти подъезжай к ресторану отеля "Эмеральд".

— Ого, ни фига себе у тебя предки размахнулись. Круто ни чего не скажешь. Что ты им подаришь?

— Я нарисовал их портрет в молодости. Куплю рамку и пусть повесят над кроватью. Надеюсь им понравиться.

— Да сто пудов понравиться, — уверял меня Денис. Так это получается, что их оболтус тоже там будет? Как мне не терпеться его увидеть, я уже не говорю о его девушке.

— И как же ты себе представляешь его девушку? — спросил я, усмехнувшись.

— Как как, а то ты не знаешь, какие у " можориков" обычно девушки бывают. Блондинка с большими сиськами и маленьким мозгом, помешанная на деньгах, шмотках и драгоценностях. Ну и ещё один немаловажный фактор та, которая хороша в постели.

— Ха-ха, с чего ты взял, что на него может посмотреть только тупая блондинка?

— Сам подумай, ну какая нормальная, приличная, уважающая себя девушка станет встречать с таким как он.

Я ничего ему не ответил. Лишь пожал плечами.

Вернувшись, домой я быстро переоделся и пошёл на кухню. Я был голоден. На кухне за большим столом сидели родители. Мама опустила глаза. Взгляд у неё был такой печальный. В голове промелькнула мысль "неужели кто-то умер" Я перевел взгляд на отца, его выражение было не лучше.

— Что-то случилось? — спросил я, присаживаясь напротив родителей.

— Игорь, сегодня я узнал о твоих родных... - он замолчал, но через мгновение заговорил вновь. — Мне очень жаль... - и вновь молчание... — Настя и Андрей погибли.

Глава 3

— Никуль, ты вставать сегодня собираешься? Нам уже собираться пора — услышала я сквозь сон любимый голос.

— Ещё пять минуточек, пробубнила я.

— Вставай соня, уже двенадцатый час, — ласково прошептал он и поцеловал меня в макушку.

Я нехотя открыла глаза. Ваня лежал рядом и улыбался.

— Как спала, любимая? — спросил он.

— Не очень кошмары всю ночь снились.

— Ты же говорила, что он прекратились.

На самом деле я соврала, кошмары за эти три года не прекращались, и каждую ночь я просыпалась посреди ночи с жуткой головной болью. Я соврала, лишь потому, что не хотела, что бы Ваня лишний раз переживал.

— На время, но сейчас сняться вновь.

— Ты ничего не вспомнила? — спросил он тихо.

— Нет, — соврала я.

— Возможно, ты до сих пор чего-то боишься и поэтому время от времени тебе сняться кошмары.

Ваня сел ближе и обняв, прошептал:

— Ничего не бойся, слышишь? Я всегда буду рядом, буду оберегать тебя.

От его слов мне стало как то легче, немного, но всё же....

За три года мне сделали уже восемь операций, и всё это время он был рядом. Моя мама после случившегося сразу уехала на заработки в Москву, что бы накопить и отдать Ваниным родителям все долги. Моя мама очень доверяла ему, она знала, что мы любим друг друга. И поэтому уехала, доверив меня Ване. Некоторые осуждали её за такой поступок.

Первая операция была на позвоночник. После сделанной операции мне год нельзя было сидеть. Весь год я лежала то на спине, то на животе. Появились пролежни. Было не выносимо больно. Я категорически не хотела переворачиваться на живот, каждое движение давалось с трудом и жуткой болью. Я отказывалась, есть, да мне и не хотелось. Ваня терпел всё, я знала ему тяжело точно так же как и мне. Иногда когда я видела, что он уже ни какой, я просила, что бы со мной сидела Маша. Она была только рада, да и мне было как то проще с ней. Если утром было еще как то терпимо, ночью же я выла от боли. Как только за Ваней закрывалась дверь. Я ревела, сжав в зубах одеяло. Я плакала всю ночь. Вспоминая все, что было до падения, и думала о том, что же будет дальше. "За что мне всё это?" — думала я. Я ненавидела его, но в тоже время я не могла без него. Я очень сильно его любила и не могла представить себе жизнь без него. Последующие операции были на ноги. Каждый день я занималась с врачом, которого Ваня специально приглашал на дом. Лечебная физкультура, массаж, отдых на море, ходьба по горячей гальке, плаванье, общение с дельфинами катание на лошадях сделали свое дело, но главное, даже не всё это, а то, что я не сдалась, не опустила руки, я старалась с каждым днем стать лучше для себя, а потому ж для него. Я вдела, как он старается, тратит на всё это деньги, время, силы я не хотела, что бы все его усилия были напрасны. Он был всё это время рядом не оставляя меня не на минуту. Он видел мои первые шаги, мои падения, он не жалел меня и я ему за это благодарна. Когда я падала, он не подавал мне руки, он ждал пока я встану