Скандальная страсть - Виктория Александер

После Нового года Дэниел приехал в Лондон, перед этим недолго пробыв в Италии, и совсем не предполагал, что задержится здесь на какое-то время, и, конечно, остановился в отеле. Первоначально он планировал остаться, только чтобы познакомиться и, как надеялся, избавиться от невесты, которую нашел для него отец, а потом вернуться в Америку. То, что его невеста – кузина Оливера Лейтона, графа Норкрофта, – к тому времени влюбилась в Джонатана Эффингтона, маркиза Хелмсли, наследника герцога Роксбороу, стало для Дэниела шансом, который он никогда не позволял себе упустить. Хелмсли и Норкрофт вместе со своими давними товарищами виконтом Кавендишем и виконтом Уортоном были друзьями Дэниела и его главными инвесторами. Перевод капиталов из одной страны в другую, контракты, договоры, другие бесконечные проблемы, сопутствующие таким операциям и оформлению отношений между инвесторами и учредителями бизнеса, задержали Дэниела в Лондоне более чем на пять месяцев. У него возникла необходимость попросить Уоррена присоединиться к нему.

– И как он?

– Он утверждает, что чувствует себя намного лучше, сэр. – Гиллиам сжал губы. – Несмотря на протесты миссис Рампол, он встал с постели и вернулся к своим обязанностям.

– Жалко, что я не видел этого сражения, – усмехнулся Дэниел.

Экономка миссис Рампол считала себя приемной матерью для двух мужчин, живших сейчас под одной крышей.

– Я бы сказал, сэр, – со вздохом отозвался Гиллиам, – сражение еще не закончено.

Уоррен говорил, что подхватил всего лишь обычную простуду, но у него был такой страдальческий вид, что накануне его наконец-то уложили в постель. Миссис Рампол принесла несколько галлонов горячего бульона и странно пахнущий чай, названный лекарственным средством.

– Наверное, так, – снова усмехнулся Дэниел. Пройдя через пустой холл, он распахнул дверь и увидел давнего друга за одним из двух больших письменных столов, занимавших почти всю комнату. – Сегодня мы чувствуем себя лучше?

– Я уже не чувствую себя так, словно смерть была бы спасением. Значит, чувствую себя лучше, – ответил Уоррен, подняв взгляд от лежавшей перед ним тетради. Глаза у Уоррена оставались красными, голос гнусавым и немного хриплым, но все же далеко не таким, как вчера.

– Ты выглядишь… – при этих словах Уоррен приподнял бровь, – лучше, – уверенно закончил Дэниел. – Не очень хорошо, но значительно лучше.

– Благодарю. Не хотелось бы выглядеть лучше, чем я себя чувствую. – Уоррен выдавил из себя слабую улыбку.

– Стоило ли тебе подниматься с постели? – Дэниел внимательно всматривался в друга.

– Если бы я еще хоть на минуту остался в постели, то сошел бы с ума или начал бы выть от скуки – если бы сначала не захлебнулся супом и чаем миссис Рампол. – Вздохнув. Уоррен покачал головой. – Как ни тяжело в этом признаться, но, когда болеешь, приятно быть объектом материнской заботы.

– И никто не проявляет такой материнской заботы, как миссис Рампол, – усмехнулся Дэниел, проходя к своему столу.

Оба они потеряли матерей в раннем возрасте. Незадолго до того как Уоррен поступил в колледж, умер его отец, оставив лишь небольшое наследство, обеспечившее сыну образование. Дэниел, сын состоятельного человека, имел неограниченные средства. В том, что они встретились, не было ничего странного, но то, что они стали закадычными друзьями, оба считали не чем иным, как чудом. Уоррен изучал право, Дэниел – экономику и финансы. Теперь у них общие честолюбивые стремления и мечты о создании огромной замкнутой сети железных дорог, которая станет революцией на транспорте в Соединенных Штатах и сделает их безмерно богатыми. В настоящий момент Уоррен формально числился у Дэниела наемным служащим в должности секретаря, но это временно. Когда их планы начнут приносить плоды, Уоррен станет партнером Дэниела. А пока что Уоррен был также упрям, как мисс Палмер, в отношении того, чтобы самому зарабатывать себе на жизнь.

– Ты не видел письмо от моего отца? – Дэниел перебирал одну из многочисленных неаккуратных груд бумаг, которыми были завалены и его, и Уоррена столы.

– То, на которое ты вчера едва взглянул перед тем, как гордо выйти из комнаты?

– Да, да, я знаю, знаю, – проворчал Дэниел. – Мне следовало прочитать его целиком и не выходить из себя. Но черт побери! Попытки отца управлять моей жизнью разозлили меня. И вообще, он пишет, только когда у него есть что сказать такого, что непременно доведет меня до бешенства.

– Хорошо, что он занят своими путешествиями, и вы месяцами не пересекаетесь.

– Пожалуй, мы вряд ли поладили бы, окажись вместе. Да где же, в конце концов, это проклятое письмо?

– Разве ты не скомкал это письмо и не швырнул его через всю комнату?

– Проклятие! – Дэниел плюхнулся на стул. – Наверное, миссис Рампол…

– Знаешь, я даже в свои предсмертные минуты был предусмотрительным и спас его, не дав миссис Рампол возможности выбросить его. Оно здесь. – Уоррен посмотрел сначала на кучу бумаг у себя на столе, потом перевел взгляд на стол Дэниела. – Или там. В общем, где-то здесь.

– Приятно сознавать, что существуют моменты, когда твоя обычная аккуратность тебе изменяет, – протянул Дэниел, перебирая ближайшую стопку документов.

– Я болел.

– Временами я чувствую себя просто… – В голове Дэниела промелькнуло замечание мисс Палмер о его некомпетентности.

– Ничто никогда тебя не сражало, – хмыкнул Уоррен, – и, насколько могу представить, не сразит и в будущем.

– Ты бы удивился, – тихо пробормотал Дэниел, неожиданно вспомнив взгляд сияющих зеленых глаз. – Полагаю, ты его прочитал?

– Несомненно. Письмо от твоего отца. Он планирует всю твою будущую жизнь. Его невозможно оставить без внимания. – Уоррен издал звук, который можно было бы назвать усмешкой, если бы он прозвучал немного бодрее. – И должен признаться, благодаря всевозможным откровениям и порицаниям письмо послужило приятным развлечением, пока я лежал больной в постели и меня насильно кормили супом. Оно совершенно отвлекло меня от мысли, что миссис Рампол прижмет меня к груди и убаюкает.

– Но это ей не удалось. – Дэниел засмеялся, но сразу замолчал. – Или удалось?

– Конечно, удалось. Нам с тобой уже за тридцать, тем не менее она смотрит на нас как на сыновей, которых у нее никогда не было.

– По крайней мере обхожусь без вмешательства матери. Достаточно, что отец настойчиво старается руководить моей жизнью. – Откинувшись на стуле, Дэниел постарался взять себя в руки. – Продолжай, Уоррен. Я готов. Что это за откровения?

– О, – усмехнулся Уоррен, – не думаю, что ты полностью созрел.

– Я готов как никогда. Не было ли там, случайно, упоминания о каких-либо деловых операциях с отцом этой леди Корделии?

– Великолепное предположение. Я поражен. – Уоррен постучал ручкой по столу. – Твой отец хочет приобрести половину акций отца леди Корделии – не помню его имени – в…