Рапунцель в волчьей стае - Любовь Сергеевна Черникова

— И чем же ты мне поможешь? — Лизка явно заинтересовалась, но нотки сомнения все еще сквозили в словах. — Прибьешь этого козла, что ли?

Козла звали Геннадием, и он был на несколько лет старше Лизки. Местная знаменитость, рок-звезда и тот еще ловелас с неплохо подвешенным языком. Лизка полгода была им так очарована, что никого вокруг не замечала. А прозрела, когда застала его в гримерке после концерта с какой-то фанаткой. По классике — в самый пикантный момент. И по классике же Лизка послала его в дальнее пешее путешествие. Это то, что я знала о бывшем двоюродной сестры на данный момент.

Ах да! Геночка предпочитал, чтобы его называли Гэндальфом. Тоже мне, добрый волшебник!

Казалось, на этом историю можно было бы и закончить, но Лизка, похоже, стала для Геннадия незакрытым гештальтом. А все потому, что они не успели выйти на горизонтальный уровень отношений. Так что, выждав тактическую паузу, бывший принялся закидывать мою сестру сообщениями, призывая помириться, возобновить отношения и прочие сюси-пуси. Продолжалось это уже целую неделю, отчего Лиза сходила с ума.

Нет, она прекрасно осознавала, что Геннадий всего лишь махровый коллекционер. Понимала, что нужна ему как еще один трофей в копилку. Понимала, но ничего не могла с собой поделать. Я видела, как Лиза колеблется между желанием его послать и… дать еще один шанс.

— …Короче, я тысячу раз просила его больше мне не писать, но он все равно написывает. Каждый вечер мне мозги выносит, — закончила Лизка рассказ о своем бывшем.

— Так заблокируй его, да и дело с концом! — посоветовала наивная Рада.

— Я не тупая! — огрызнулась сестра. — Он каждый раз с нового номера пишет. Уже думаю свой сменить, только ведь бесполезно…

— Прости, не сообразила, — сконфузилась Рада и брызнула на Лизку водой. — Но кажется, я знаю, как его отвадить, — сообщила она весело.

— И как же?

— Просто отправь ему фотку одного из моих братьев и напиши, что это твой новый парень, который категорически против, чтобы тебе написывали всякие Гэндальфы.

Мы с Лизкой переглянулись и расхохотались.

— А что? Неплохая идея! Может сработать, — сказала я, прихлебывая ароматный глинтвейн из красивого прозрачного бокала с ручкой.

Одного из братьев Рады я мельком видела у универа. Правда, издалека, но парень был высокий и крепкий. Геннадию лучше трижды подумать, прежде чем связываться с Сибирскими.

— Идея мне нравится, вот только у меня нет фоток твоего братишки. Ни одного из трех, представляешь! — резонно заметила Лизка с легкой издевкой.

— О! Это как раз не проблема! — заверила ее Рада. — Сейчас скину!

Глава 5

Рада какое-то время копалась в смартфоне и наконец показала нам фотографию крепкого светловолосого красавчика. Он был похож на супермодель или тренера из фитнес-клуба, не меньше! Обычная фотка с отдыха, а выглядел парень так, словно его отфотошопили.

Радомила кратко ввела «его девушку» в курс дела, рассказав, что это один из ее старших братьев, зовут его Савелий, ему двадцать пять, и он простой, но добрый парень.

— Ну как, справится мой брат с коварным планом-обманом твоего бывшего? — уточнила она.

— Ну и генофонд у вашей семьи! Однако! — не в силах оторваться от рельефного торса Савелия, ответила я за Лизку.

Сестра и вовсе впала в ступор. Нравится ли ей идея, и о чем именно она думает, понять было невозможно.

От мытья косточек несчастному Геннадию-Гэндальфу и ахов-охов на фото брата Рады нас отвлекли одногруппники. Кто-то из девушек с визгом прыгнул в бассейн, подняв тучу брызг и добавив водички в бокалы Драча и Солода. Те не слишком этому обрадовались, судя по выражениям лиц и комментариям.

Переглянувшись, мы рассмеялись.

— Вера, спасибо, что подала идею пригласить всех к себе, — поблагодарила меня Рада.

Сестра с удивлением уставилась на нас.

— Так это ты придумала?!

Я замялась. Идея собраться у Радомилы дома действительно пришла в голову именно мне. Когда ребята после пар решали, где лучше отметить начало учебного года, мнения разделились: половина проголосовала за ночной клуб, а вторая — за загородный отель.

— Раду бы не отпустили отмечать с нами где бы то ни было, вот я и подумала, что если гора не идет к Магомеду…

Лизка покачала головой, глядя на Сибирскую.

— Они вряд ли станут твоими друзьями. Надеюсь, ты это понимаешь?

Рада медленно кивнула с той вежливой улыбкой, с какой всегда выслушивала мнение людей. Лизка не успокоилась и указала глазами на визжащую в бассейне Ирку, за которой гонялись Драч и Солод. Ей помогала Шаманка, поливая загонщиков водой и руганью.

— Сидорова спит и видит, как бы зацепить на крючок кого-нибудь из твоих дальних или не очень родственников вместе с захудалым золотым прииском, а тут такой шанс подвернулся. Она не из-за купальника расстроилась, а из-за того, что ты дома одна.

— Ира не единственная, кто об этом мечтает, — со вздохом согласилась с ней Рада. — Ее подруга Элина тоже не скрывала, что нацелена на «брак с отличием» больше, чем на аналогичный диплом. Она говорила об этом открыто.

— А Чеснок собирался тайком поснимать, как живут «буржуи», — продолжала Лизка. — Как считаешь, он действительно ничего не выложит?

Рада стиснула зубы, но все-таки возразила:

— Пока что он все больше снимает Нинку.

В этот самый момент Попугаева позировала Вите, сидя на краю бассейна. От предложенного Радой купальника она отказалась, дефилируя в красивом нижнем белье. Чеснок, опьяненный видом бордовых кружавчиков на идеальных формах, не отлипал от Нинки весь вечер. За всеми ними свысока наблюдал Молоканцев, потягивая из своего бокала.

— Похоже, Чеснок определил Попугаеву на главную роль в своем фильме, — пошутила я.

— Угу, в порнофильме, — добавила Лизка и отпила глинтвейн. — Что б тебя! — Дернулась она.

— Обожглась? — участливо поинтересовалась Рада.

Лизка кивнула. Не везло ей сегодня с горячими напитками.

— Это тебя бог наказал, чтобы на людей зря не наговаривала, — поддела я сестру.

— Иди ты! — Она плеснула мне в лицо водой.

— Сначала ты на того мужика в лесу напраслину возвела и чаем обожглась, а теперь вот про одногруппников сплетничаешь, и снова твой язык страдает. Все логично!

Лизка налетела на меня, пытаясь утопить. Я завизжала и принялась отбиваться, а Рада