Как поцеловать кинозвезду - Дженни Проктор

Я опускаю вилку, чувствуя, как по телу разливается тепло при воспоминании о том, как он посмотрел на меня, когда спросил имя.

Люси ахает.

— О боже. — Она хватает Саммер за руку. — Она краснеет. Одри никогда не краснеет. Что случилось? Что ты нам не рассказываешь?

Я закатываю глаза.

— Ничего не случилось. — Хватаю вилку и засовываю в рот огромную порцию пасты. — Да, он красивый, — говорю я, пожав плечами. — Заметила. Этого вы добиваетесь? На нём была футболка. Джинсы. Руки в грязи, будто он возился в саду. Но выглядел бы он ещё лучше, если бы пустил меня обратно на участок.

— Он работал в саду? — спрашивает Люси мечтательно. — Это так… сексуально.

Я фыркаю и встаю из-за стола.

— Ещё есть? Если нет, начинайте есть, а то я отберу ваши тарелки.

— Есть, — быстро отвечает Люси, заслоняя свою еду. — Никакого отбирания.

Когда я возвращаюсь за стол с добавкой, сёстры уже едят, но глаза у них всё ещё широко раскрыты — явно переваривают не столько еду, сколько события.

Я не понимаю, в чём ажиотаж. Ну, знаменитый он. Это его работа — как для меня биология, а для Саммер — юриспруденция. Почему мы должны относиться к нему по-особенному?

— Кажется, ты не понимаешь, чего мы хотим, — говорит Люси, остановив вилку в воздухе. — Нам нужно по шагам. Каждое его слово. Каждое твоё слово. Всё.

Они не могут говорить всерьёз, но судя по выражению лиц — ещё как могут. Я тяжело выдыхаю.

— Это нелепо.

— Я тебя накормила, — парирует Люси. — Побалуй нас.

— Ладно, только история не особенно захватывающая.

Я быстро рассказываю им, как всё было с Флинтом, включая нашу утреннюю встречу в магазине Feed 'n Seed.

Единственное, что я опускаю, — это то, как он пытался меня рассмешить. Возможно, это глупо, но в глубине души я понимаю: если намекну, что кинозвезда со мной флиртовала, сёстры просто не поверят. Пусть я и обладаю социальными навыками на уровне аллигатора-гребнистого, гордость у меня всё же есть. Лучше уж не испытывать на себе их снисходительный смех.

— Вот и всё, — заканчиваю я. — Мы пожали руки. Он пожелал мне удачи. Попрощался.

— Ты прикоснулась к нему, — мечтательно произносит Саммер. — Ты трогала Флинта Хоторна.

— И что с того? — отвечаю, хотя сама чувствую, как внутри что-то сжимается. — Это не меняет того факта, что теперь он знает, будто я была у него на участке, и будет за мной следить, если я вернусь. — Я откидываюсь на спинку стула. — А я правда нуждаюсь в успехе на работе. Найти доказательства существования этих белок — было бы победой.

Саммер хмурится.

— Ты так и не получила ответа по гранту?

Я пожимаю плечами.

— Пока на рассмотрении, но нутро подсказывает, что они выбрали кого-то другого.

Хотя я официально сотрудник Университета Южной Каролины, мои исследования финансируются грантами, а не самим вузом. Лес принадлежал университет, его завещал один щедрый выпускник, но они не смогли получить официальный статус исследовательского объекта, и спустя три года попыток участок продали.

Флинту Хоторну, судя по всему.

Я не питаю иллюзий, будто белки в округе Полк спасут мой грант. Но это дало бы мне шанс подтвердить результаты, полученные в диссертации. И, возможно, упростило бы поиск нового финансирования, если (когда?) придётся это делать.

— Ты что-нибудь придумаешь, — говорит Люси. — Даже если потеряешь финансирование, сможешь преподавать.

— Какое-то время. Но PhD без исследований — как доктор без пациентов. Университет долго это не потерпит.

Я думаю о своих аспирантах за последние годы. О друзьях из лесной службы. Университет арендовал у них доступ к лаборатории, и они стали для меня опорой. Именно один из рейнджеров первым рассказал мне о белках в округе Полк.

Потеряю финансирование — потеряю и их.

Повисает тишина, но по мечтательным лицам сестёр ясно: думают они совсем не о моей работе, а о Флинте.

— Не могу поверить, что ты до него дотронулась, — вздыхает Люси. — Я бы не пережила.

— Я бы расплакалась, — говорит Саммер. — Настоящими, крупными слезами. Или… обмочилась бы.

Я отодвигаю пустую тарелку и тихонько смеюсь.

— Ничего особенного. Он казался вполне обычным.

— Ха! Обычным, — фыркает Саммер. — Смешно.

— Хотелось бы, чтобы ты была в чём-то другом, — говорит Люси, выпрямляясь. Видимо, мы будем говорить о Флинте до скончания времён. — Или хотя бы немного макияжа.

Я чуть напрягаюсь, но тут же отмахиваюсь и пожимаю плечами.

— Зачем? Какая разница? Я туда не за ним шла. А за белками.

— Но всё равно… Всякое бывает, — говорит Люси. — Он молод, не женат…

Саммер хихикает.

— Представляешь? Флинт Хоторн зовёт на свидание Одри?

Я хмурюсь. Несмотря на все попытки увести разговор в сторону, мы всё равно вернулись к этому.

— Ой, спасибо, конечно.

— Да нет, — говорит Саммер. — Я же не в обиду. Ты красивая, умная, и любой мужчина — даже кинозвезда — был бы счастлив быть с тобой. Но ты же ненавидишь кино. И не особо одеваешься так, чтобы привлекать внимание мужчин.

Я замираю на секунду, ошеломлённая добрым комплиментом. Она считает меня красивой? Но потом сознание догоняет остальное, и я смотрю на свой футболку.

— А что не так с моей одеждой?

— Одри, — говорит Люси с уравновешенной интонацией. — Ты большую часть времени одеваешься так, будто готовишься к партизанской войне. А макияж мы на тебе не видели с…

— С церемонии вручения докторской мантии, — добавляет Саммер без капли пользы.

— Партизанская война? — фыркаю я. — Я одеваюсь, чтобы защититься в лесу. Там куча опасностей: гремучие змеи, комары, Toxicodendron radicans…

— Токсико… что? — переспрашивает Люси.

Я хмурюсь.

— Ядовитый плющ.

— Так и сказала бы: «ядовитый плющ».

— Потому что она — Одри, — говорит Саммер Люси. — У неё мозг так работает.

Но говорит она это не с упрёком — потому что упрёка там и нет. Они знают, как устроен мой мозг. У них больше чувства стиля и социального чутья, чем у меня, но мы выросли в одной умной семье. Их баллы по SAT были такими же высокими.

Наши родители с детства учили нас ценить голову на плечах и пользоваться ею по максимуму.

И Саммер с Люси никогда не станут смеяться над тем, как я думаю.

Тем не менее, их замечания по поводу моего гардероба немного задели. Что глупо. Я же не одеваюсь, чтобы привлекать мужское внимание. Но чувствовать себя безнадёжной и знать, что они считают меня безнадёжной — это две разные вещи.

Саммер наклоняется вперёд, потирая ладони.

— Ладно. Думаю, нам стоит