Измена. Ты мне (не) соперница - Елена Грасс

– Надо же, не знала, что именно от секретарши зависит успешность бизнеса. А мне казалось, что от другого.

– Кристина, прекрати. Милая, пожалуйста, пойдём спать! – подходит, тянется к моей шее и целует её. Его руки опускаются на мою грудь и сжимают с силой. Он давит мне на лопатки, чтобы я опустилась на стол. Трётся пахом о мои ягодицы, а я сдерживаю рвотный рефлекс. – Ты вот про офис сказала, и я вдруг вспомнил, как мы с тобой на твоём рабочем столе занимались диким сексом… , – целует в мочку уха, – как грубо я брал тебя, а тебе нравилось.

– Это тебе нравилось, – уточняю, – а я шла у тебя на поводу.

– Нежности хочешь? Да, и правда превращаешься в домохозяйку… Но мне нравится…– шепчет в ухо. – Хорошо, попробуем нежно. Хочешь, будем играть на контрастах?

По телу идёт дрожь, но сейчас не от возбуждения, а от отвращения, потому что я больше не верю в его пламенные речи.

Незаметно цепляю пальцем чашку и её содержимое проливается на стол, дав шанс вырваться из этих объятий, чтобы убрать воду.

– Ох, прости, какая я неловкая! – сетую.

– Ладно, убери, а я в кроватку. Приходи, я тебя жду!

Киваю.

– Ага, сейчас. Разбежалась! Тапки теряю, пока бегу, – шепчу себе под нос убирая остатки воды.

Глава 8.

Утром следующего дня встав пораньше, практически на адреналине, собираюсь на работу.

Сегодня начинается новая жизнь и пока я не знаю, какая она будет, но уверена, чувствую, что всё-таки это правильный путь.

Если эта любовница в офисе, ему будет сложнее скрываться, а значит это отвлечёт его от своих планов, не будет времени на то, чтобы вредить мне.

Ладно, там разберёмся.

– О, какая ты красотка! – присвистывает Стас.

– Вроде, кроме делового костюма обычно выгляжу. Ну что, поехали? Опаздывать нельзя, это мой первый рабочий день после столь длительного отпуска! – Хлопаю его по плечу. – Если что, ужин в холодильнике. Не переживай, я всё буду успевать, милый!

– Я машину пошёл заводить, – хмурится, вытаскивает телефон из кармана пиджака.

По моей логике, если любовница в офисе, она не должна сегодня выйти на работу.

Естественно, так и есть, приёмная пустая. Круг подозреваемых сужается?

– А где секретарь? Почему не на рабочем месте?

– Не знаю, – а глазки-то бегают снова, – приболела вроде. Не помню! Что я, о каждом тут помнить должен что ли?

– Так она ж лицо компании. И как мы без лица теперь?

– Выздоровеет и выйдет, – не понимает моего сарказма.

– Ладно, разберёмся. Пойду к себе. Стас, принеси документы. Хочу начать с контрактов. Ну как обычно: кто, что, кому и на каких условиях должен. Необходимо вливаться в процесс, – наигранно потираю руки в то время пока у него на лице ходят желваки. Да, моё появление ему точно здесь лишнее.

– Кристина, давай попозже! Куча дел!

– Твоя куча подождёт! Где все документы?

– Скажу, чтобы принесли копии тебе, – набирает кому-то по телефону.

– Ключи от сейфа тоже.

– Потом!

– Тебе что, так сложно дать мне ключи от сейфа? Свои ты потерял, мои не вернул! Давай! – протягиваю руку и жду.

Он рыщет в карманах, или просто делает вид, что рыщет.

Ощущение, как будто бы он тянет время, пытается что-то сообразить.

– Стас, ключи! – настаиваю.

– Я их куда-то дел, – пожимает плечами.

Всматриваюсь ему в лицо, пытаясь найти признаки лжи, намёки на неё, но он, как назло отворачивает его и хочет уйти.

– Ты что, потерял ключи от сейфа, где все документы?

– Возможно! Кристина, пожалуйста не нервируй меня! Найду и дам, – рявкает, выходя из кабинета.

Захлопывается дверь, и я устало сажусь в своё кресло.

Остаюсь в тишине и пытаюсь собрать себя в кучу.

Никогда бы не подумала, что мне придётся рыскать как ищейка доказательства неверности мужа, пытаться уличить его в махинациях.

У нас ведь на самом деле совсем до недавнего времени всё было хорошо. Хотя, когда мне было думать, и чувствовать хорошо или нет?

Мама тяжело уходила, и, тогда я бы сосредоточена только на ней.

Что самое тяжелое мне кажется теперь?

То, что он начал изменять мне тогда, когда я была максимально слаба!

Это же как … лежит перед тобой раненный, образно выражаясь, а ты вместо того, чтобы помочь, берёшь пистолет и глядя ему в глаза стреляешь в самое сердце.

Это и есть самое паршивое, что никогда не смогу ни принять, не простить.

Да, буквально несколько дней, и наша жизнь меняется до неузнаваемости. Кто бы мог подумать…

Обида точит моё сердце, и единственное чувство, которое меня поглощает всё больше и больше это ненависть.

Такое ощущение, что одним мгновением он своим враньём, выкручиванием, предательством даже не смотря на то, что прямых доказательств я не получила, убил все остальные чувства.

И главное, даже пытаться возвращать и спасать ничего не хочу!

Один шанс ему уже давался. Так я надеялась, как убеждали меня подруги, да оступился, с кем не бывает.

Мужики же как дети, им конфету послаще покажи, и поведёт.

Мол, ребёнок взрослеет и умнеет и уже не у каждого конфету возьмёт, даже если она самая сладкая, так и мужик, бывает, сходит налево, сравнит и поймёт, что жена самая лучшая женщина в его мире.

Мой Стас, по ходу, из детства никогда не вырастет.

Так, ладно, лирики хватит.

У меня две задачи.

Первая задача: понять, куда утекла часть денег с расчётных счетов.

Говорит, займы. Посмотрела уставно капитал компании, которой переведены денежные средства. Там всё по минимуму, десять тысяч, как требует закон.

Но, компания, которой дали деньги может разориться в любой момент.

Спишет как невозможные к возврату, и всего делов-то!

С такой формой компании