Он мой Январь - Евгения Ник

— Снова ты?

— Привет, моя ненаглядная, ядовитая Змейка, — улыбаюсь и плюхаюсь на стул. — Я тут решил красоту навести у вас. Вечером поужинаешь со мной?

Арина закатывает к потолку глаза, разворачивается на пятках и молча уходит. Но я успел заметить, что она слегка улыбнулась.

Спустя полтора часа, а я уже лежал на кушетке у бровиста и трясся от страха. Представлял себя с тоненькими дамскими бровками.

— Аня, если ты выщипаешь мне все брови, я выйду в окно.

— У нас первый этаж, падать недалеко будет, — улыбается девушка.

В зале вновь появляется Арина и замирает, глядя на меня.

— Ты псих.

— Ага, не спорю. Вечером поужинаем вместе?

— Нет, — фыркает она и снова исчезает за поворотом.

— Ля-я-я, какая она сложная.

— Ты ей нравишься, — бойко выдает Аня. — Так что не сдавайся.

Еще через полчаса, я уже двигался в направлении массажного кабинета, а после заглянул в другой зал, где и была моя Королева.

— Массаж у вас просто отменный, — говорю, привалившись к дверной коробке.

— О нет, ты уже и на массаже был?

— Естественно! Так что насчет вечера? Поужинаем?

— Нет!

— Нет так нет, — отвечаю и выхожу.

Пока я сидел в кресле у парикмахера, Арина дважды появлялась в зале, глядя на меня с обреченным видом. А ровно в шесть вечера, я снова направился к ее рабочему месту.

— Добрый день! Мне бы носик припудрить, — выдаю, кое-как сдерживая смех.

— Что? Яша, скройся уже, ко мне сейчас клиентка придет.

— Угу, все верно.

Арина хлопает своими ресничками, затем достает телефон и утыкается в него.

— Только не говори мне, что ты записался под именем Агриппина?

— Именно.

Прохожу и сажусь на высокий стул прямо напротив нее.

— Я сегодня иду на свидание с самой шикарной девушкой, поэтому должен выглядеть на все двести процентов.

Замечаю, как щечки Аринки алеют, губки принимают форму пышного бантика, а в глазах загорается огонек.

— Ты же пойдешь со мной? М?

Она тянется кисточкой к моему лицу, но я аккуратно перехватываю ее тоненькое запястье. Притягиваю Арину к себе и вот она уже в моих объятиях.

— Если не согласишься, буду ходить сюда ежедневно, пока Юля не сточит все мои ногти, Аня не выщипает налысо мои брови, а Света не разомнет меня до состояния теста.

— Дурной.

— Ага, вообще отбитый. Идешь?

Тянусь и едва ощутимо целую Арину в носик.

— Хорошо. Я пойду с тобой на ужин.

Не знаю, как чувствуют себя космонавты, впервые отправившись в космос, но мне кажется, что я тот самый космонавт. Детский восторг, эйфория, тревога, немного страха… все смешалось внутри меня в одном коктейле. Все потому, что я держу под ручку самую шикарную девушку на свете. И она моя. Пока что только в моей голове, но я буду не я, если не добьюсь Аринки. Так что, да, мысленно я уже присвоил ее себе.

Официант услужливо раскладывает перед нами меню и удаляется, чтобы мы могли спокойно сделать выбор блюд.

— Яш, ну ты серьезно? Специально привез меня в грузинский ресторан? Это снова проделки Наташки?

— У тебя просто нереально крутая подруга. Цени ее, — выдаю с умным видом.

— Спелись значит, ну ясненько, — хмыкает она.

— Змейка моя, не знаю как ты, а я собираюсь запихнуть в себя, вот этот гигантский чебурек, — тыкаю с меню с хитрым видом. — Не стесняйся, знаю же, что ты тоже грезишь им.

Арина бросает на меня уничтожающий взгляд, но не выдерживает и начинает смеяться. Громко и заразительно.

— Как же ты меня бесишь, Яшенька, — давит сквозь смех и прикрывается салфеткой.

— Да ну ладно тебе. Скучный парень — горе отношениям.

Ее смех внезапно обрывается, рука с зажатой между пальцами салфеткой медленно опускается вниз.

— Что ты сказал?

— Вообще-то, я уже решил, что ты моя, но для приличия спрошу: давай попробуем отношения?

— Ты и я?

— Верно.

Арина опускает глаза вниз и нервно теребит салфетку. Молча жду, неотрывно глядя на ее лицо, но она не торопится с ответом.

В нашу сторону надвигается официант, но я поднимаю руку вперед ладонью, показывая ему, чтобы он остановился. Парнишка понимает все правильно, кивает и удаляется обратно в зал.

Змейка слегка кивает, словно сомневаясь в своем решении. Поднимает на меня взгляд.

— Ты тоже мне нравишься, — выдает охрипшим голосом и откашливается в кулак. — Прости, в горле пересохло.

— Знаешь, кажется, я уже наелся. У меня словно за секунду крылья выросли, а еще хочу прямо сейчас прыгать и кричать от счастья. Может это и есть любовь?

Глаза Арины расширяются, грудь поднимается вверх, затем медленно опадает вниз вместе с шумным выдохом.

— Яша… — только и смогла выдохнуть она.

Эпилог

Арина

Я все еще не могу поверить, что счастье может начаться вот так внезапно и нелепо — в кабинке примерочной.

И сколько бы я ни искала подвоха, но не могла его найти. Яша импульсивен, эмоционален, упрям, порой совершенно не фильтрует свой, как говорят, «базар», но глаза-то не могут врать, действия не могут врать.

Нет, не могут.

Заказ из ресторана нам завернули с собой. И вот, мы сидим на набережной, на лавочке. Под моей попой картонка, которую непонятно где нашел Яшка. Мы смеемся и просто обжираемся чебуреками, и бадриджани*, полируем все горячим гранатовым чаем с гвоздикой. Дурачимся, шутим и много смеемся.

А снег все валит… и валит…

Пышные белые хлопья медленно падают, окутывая нас в сказочную атмосферу зимней романтики. Только сейчас замечаю, как прекрасна зима и наш город.

Ну и пусть. Это в понедельник он наденет белую рубашку, строгий галстук и пиджак. На работе он будет серьезным и важным, а возможно даже строгим. Я тоже буду выглядеть идеально, без единого изъяна, как и подобает руководителю студии красоты. А сегодня мы дурные подростки, у которых в голове маленький торнадо, в животе порхают бабочки и в крови зашкаливают гормоны.

— Бадриджани я съел, можем целоваться, Аринка-мандаринка. Иди сюда, теперь мы оба чесночные, — смеется он.

Не успеваю моргнуть, как оказываюсь в крепких объятиях Яши. От его игривости больше нет и следа.

— Не замерзла?

— Мне жарко, — выдаю прерывистым шепотом истинную правду.

— Сейчас январь.

— Да, самый горячий январь в моей жизни.

Яша сглатывает, торопливо облизывает губы и целует меня…

Никогда не думала, что страсть может накрыть настолько, что я буду неспособна дотерпеть до дома. Желание настолько поглощает каждую клеточку моего тела и разума, что я думаю лишь о