Ветер Перемен - Ольга Токарева

— Вы что-то хотели?

— Да. Мне рассказывали, что вы делаете очень красивые украшения, вот и решил заехать и купить подарок для жены.

Она заулыбалась и спустилась со ступенек.

— Пойдёмте за мной.

Мы прошли за дом, от которого дорожка из плоского камня привела к ещё одному домику, из трубы которого шёл дымок. Хозяйка открыла дверь и пропустила меня вперёд. Мне пришлось наклониться, чтобы не удариться о верхнюю балку — вход в небольшую прихожую был низким. У окна стоял стол с разложенными на нём непонятными инструментами и разными пузырьками. Посреди комнаты стояла печь, в ней мирно горел уголь, от которого исходила неимоверная жара. Две двери вели из этой прихожей в другие комнаты. Одна из них раскрылась, и я увидел молодого человека лет двадцати. Ног у него не было ниже колен, и сидел он на похожем на кресло сооружении, только вместо ножек были колёса, которые он крутил руками и таким образом свободно мог передвигаться. Как я догадался, дорожка к дому была выложена именно для него, чтобы удобно было ездить от дома к другому. Он подъехал к нам, и я подумал: «Наверное, это и есть тот самый знаменитый ювелир». Женщина представила нас.

— Вот, к тебе гость, хочет купить украшение для любимой.

Она опять заулыбалась, только выражение лица стало грустным. Да, нелегко родной матери смотреть на больное дитя. Парень, в отличие от неё, весь оживился, в глазах появились азартные искорки.

— Хотите купить украшение в подарок или сделать предложение руки и сердца своей любимой?

— Да, хочу подарок для жены. Мы женаты почти семь лет, а ещё у неё день рождения, и мне бы хотелось подарить ей что-то необычное.

— Колечко, — тут же произнёс он, и лицо его вдобавок к озорным глазкам засияло счастьем, а рот расплылся в довольной улыбке.

— Ах ты, шалопут! — мать сгребла клок волос у него на голове и слегка подёргала.

— Ну, мам, ну чего ты, — он засмущался, стал крутить колёса, чтобы поехать ко второй двери. Открыл её и пригласил меня пройти в маленькую комнатку, где едва могли поместиться он в своём кресле и я. Во всю ширину комнаты стоял комод из резного дерева, только был он не широкий, а узкий, со множеством выдвижных ящичков. — Какого цвета глаза у вашей жены?

— Голубые.

Он выдвинул один ящичек, и я увидел лежавшее на подушечке кольцо.

— Это серебряное колечко. Вот, можете рассмотреть поближе.

Взяв украшение, я стал рассматривать удивительной красоты вещь. Оно было сделано из тончайших серебряных нитей, плавно перетекающих одна в другую и образующих узоры из маленьких цветов с листьями; в центре кольца — самый крупный цветок, каждый лепесток приподнят, и даже видны маленькие прожилки, а в середине переливался голубой камень.

— Этот камень называется «слеза дракона», он приносит носящим его обладателям счастье и любовь.

Парень сиял от счастья, увидев, с каким волнением я рассматриваю колечко.

— Мне очень нравится.

И я тоже заулыбался, столько тепла и радости было во всём его облике.

Мы договорились о цене, и я купил кольцо в полной уверенности, что Таинии оно тоже понравится.

Хозяйка дома пошла проводить меня, и я не утерпел спросить:

— Что случилось с вашим сыном?

Из глаз её покатились слёзы, на лице читалась до сих пор мучавшая боль.

— Это было пять лет назад. Мой муж работал кузнецом в нашей деревне, а сын ему помогал. Но у него больше получалось ковать разные маленькие диковинки: то деревце выкует, а на нём маленькие птички, то цветок с капельками росы. Как-то они отправились в город, продать поделки сына — ему очень хотелось посмотреть, как оценят его работу. Товар раскупили мигом, ничего подобного ещё никто не продавал, и очень много осталось желающих купить что-то похожее. А один знатный господин спросил, сможет ли сын сделать колечко, но чтобы внутри него был цветок точно такой, как он продал. Сыну очень захотелось попробовать, и он уговорил отца купить маленький ювелирный станок. Довольные и счастливые, они возвращались домой, но в пустыне на них напали уфаны. Это магические твари, чем-то похожие на собак, только крупнее. Они прозрачные, поэтому когда голодны, их почти не видно на фоне пустыни. Глаза у них жёлтые, лапы длинные, а вместо когтей — острые прозрачные лезвия; такими же лезвиями-зубами заполнен и весь рот. Пасть у них всегда открыта, и оттуда периодически появляется длинный язык, с которого капает ядовитая жидкость. Обычно они охотятся стаями, подкрадываются незаметно сзади и обвивают языком ноги человека. От сильнейшей боли тот падает, тогда вся стая набрасывается на жертву, оставляя языками на теле множество язв. Эти твари питаются болью и муками, поэтому стараются причинить больше страданий. Впитывая страдания, они становятся розовыми, а глаза — красными. Единственный их недостаток —

они не умеют лазать и прыгать. В тот день сын с отцом шли возле телеги, когда вдруг отец увидел, как сын упал, и его ноги тут же покрылись бурыми кровяными пятнами. Он успел подхватить сына и забросить в телегу, но самому спастись не удалось — он погиб на месте в ужасных муках. Насытившись, уфаны ушли, а сына привезли домой проезжавшие мимо люди. К сожалению, ноги не удалось спасти, он долго пролежал на солнце, яд разъел даже кости. Теперь единственное его утешение — работа.

— У вашего сына доброе сердце и удивительный талант. Я думаю, время лечит, душевные раны затянутся, а там, гляди, и зазнобу себе присмотрит. У нас, бывало, на войне и не такие калеки были, а возвращаются домой, год, два — смотришь, женятся и детишки вокруг бегают.

Хозяйка улыбнулась, в её глазах впервые за всё время, что мы общались, промелькнула надежда. Я распрощался и сел на коня. Спешить особо было некуда, и я, довольный, мечтая о встрече, отправился в путь.

Проехав полдня, я попал в пустынную местность; вот тут и вспомнился рассказ хозяйки. Солнце палило нещадно, и над песком поднималась прозрачная дымка. Я всматривался вдаль, когда на одном из барханов