Дороже всех сокровищ - Вирджиния Браун

– Оставь этого парня в покое, приятель, – будничным тоном проговорил Джордан, обращаясь к толстяку. – Иначе я сделаю решето из твоей жирной туши!

– А ты еще кто такой? – огрызнулся Кук. – Не лезь не в свое дело, придурок! – угрожающе произнес он и двинулся в сторону Джордана. Но уже в следующее мгновение на него смотрело дуло сорок пятого калибра, и толстяку ничего не оставалось, как поднять вверх руки.

Приблизившись к Куку, Джордан выдернул пистолет у него из-за пояса.

– Я дядя этого парня, приятель, – все тем же невозмутимым тоном произнес он. – Еще вопросы есть?

– Дядя Джордан! – воскликнул Гриффин, до этого увлеченный схваткой и не замечавший никого вокруг, кроме своего противника. – Я знал, что ты где-то здесь! Я искал тебя!

– Я мог бы всадить парочку пуль в твою тупую башку, – проговорил Джордан, обращаясь к толстяку, – да неохота руки марать об такого идиота, как ты. – Бросив пистолет Кука на землю, он отшвырнул его носком сапога. – Проваливай, пока я не передумал! И запомни: тронешь этого парня – я с тебя шкуру спущу!

– Хорошо, я ухожу, – сквозь зубы процедил Кук, – но объясни своему сосунку, что, если он и дальше будет обвинять людей в шулерстве, это может быть чревато для него большими неприятностями!

– Не беспокойся, объясню. Пойди попей лучше пивка, остынь немного…

Ворча что-то себе под нос, толстяк удалился.

– Зачем ты вмешался, дядя? – обиженным тоном стал выговаривать Гриффин. – Я и сам одолел бы этого индюка в два счета!

Джордан, не сдержавшись, наградил племянника ударом в челюсть, и тот отлетел на несколько метров, упав в пыль.

– Что ты воображаешь из себя, идиот! Этот тип мог бы раздавить тебя как муху! – прогремел Джордан.

Гриффин поднялся, потирая челюсть, и обиженно проговорил:

– Я справился бы с ним, дядя! Ты думаешь, я в первый раз дерусь?

– Этого еще не хватало! – воскликнул Джордан и хмуро посмотрел на племянника. – Твоя мама хотя бы знает, что ты здесь?

Гриффин пожал плечами:

– Может быть, лучше обсудим это за кружечкой пивка, дядя?

– Не рано ли тебе пиво? – сквозь зубы процедил Джордан. – Тебе бы лимонад пить, мальчик!

– Сам пей это г…! – огрызнулся юнец.

– Не выражайся, а то я заставлю тебя вымыть рот с мылом, – пригрозил Джордан и, перекинув сумку через плечо, направился к ближайшему трактиру.

Заказав себе и племяннику по яичнице и кофе, Джордан сел напротив парня, скрестив руки на груди, и сурово произнес:

– Надеюсь, ты мне все-таки расскажешь, какого черта здесь делаешь?

Гриффин улыбнулся, стараясь как-то разрядить атмосферу, но дядя был непреклонен и по-прежнему суров.

– Хорошо. – Парнишка пожал плечами. – Я искал тебя, дядя Джордан. Надоело все это – каждый день одно и то же! Мамаша только и делает, что пилит: то ей, видите ли, не так и сё не эдак. Отец тоже уже достал – «Работай на ранчо, почему не работаешь?»!.. Свихнуться можно! Что, мне так и прожить всю жизнь на этой вонючей ферме? Что я там забыл? У тебя-то вон какая интересная жизнь – ты, когда приезжал к нам на прошлое Рождество, только и рассказывал, что о своих приключениях! А я чем хуже? Что мне, всю жизнь подбирать г… за коровами?

– И ты решил на все плюнуть и податься сюда? – Джордан насмешливо посмотрел на парня, от чего тот вспыхнул до корней волос. – Ты думаешь, я одобрю твое решение, приятель?

– Я сюда приехал не просто так, – не сдавался Гриффин. – Хотел найти тебя. Мы получили письмо – ты пишешь, что ушел из армии и решил попытать счастья в Мексике, вот я и подумал присоединиться к тебе…

– Почему ты решил, что найдешь меня здесь? – озадаченно спросил Джордан. – Я, помнится, посылал это письмо недели три назад!

– Все очень просто, дядя. – Гриффин отхлебнул из чашки кофе. – Ты отправил это письмо из Форт-Уингейта где-то в конце мая. А путь оттуда в Мексику один – через Франклин. Он как раз на границе, так что логично предположить, что ты остановишься здесь на денек-другой.

– И как же ты добрался сюда? – Сообразительность парнишки подействовала на Джордана – взгляд его стал мягче. – И еще скажи, давно ты здесь?

– Очень просто. Взял деньги – у меня было немного накоплено – и купил билет на поезд. Добраться сюда не проблема, разве что скучновато – столько дней по этой пустыне… А здесь я уже третий день. Ты-то сам давно здесь? Джордан откинулся в кресле и посмотрел на племянника, решая про себя, что же с ним делать. Сам он собирался уже сегодня покинуть город и отправиться за золотом, но подвергать сына сестры неведомым опасностям не хотелось. Однако где гарантия, что, если он посадит упрямого юнца на поезд и отправит обратно, тот послушно вернется домой? Оставить его здесь тоже невозможно – Гриффин с его вспыльчивым характером наверняка еще с кем-нибудь сцепится и, не дай Бог, погибнет ни за что ни про что в чужом городе.

– И что же ты собирался делать в случае, если не найдешь меня? – спросил у племянника Джордан. – Вернуться домой?

– Домой? Что я там забыл? Нет, я бы подался в Калифорнию! – поделился Гриффин своими планами, хотя в глубине души понимал, что дядя скорее всего лишь посмеется над его мальчишескими мечтаниями. – Чем черт не шутит, может быть, мне и удалось бы найти там золото…

– Тебе сколько лет, Гриффин? – пряча улыбку, спросил Джордан.

– Семнадцать. То есть будет семнадцать, в марте…

– А сейчас июнь, – заключил Джордан. – Неплохо! И ты думаешь, твоя мама была бы счастлива, если бы ты, не дай Бог, бесславно сгинул где-нибудь в этой Калифорнии, разыскивая какое-то мифическое золото? Ты ее первенец, Гриффин, и она, сколько я помню, всегда гордилась тобой. Ты считаешь, что поступил правильно, сбежав из дома?

Гриффин сидел молча, уставившись в чашку с остатками кофе. Губы его были поджаты в тонкую линию. В этот момент он очень напоминал Джордану свою мать, Джасмин. Джордан вспомнил себя в шестнадцать лет и свои тогдашние идеи. Впрочем, во многом он и теперь остался таким же – взять хотя бы то, как он увлекся идеей Эймоса, будучи с ним едва знакомым. Нет, решил про себя Джордан, Гриффина не в чем винить – это у парня наследственное.

Гриффин поднял на дядю глаза и, заметив, как потеплел его взгляд, решил этим воспользоваться и дожать Джордана.

– А справедливо по отношению ко мне требовать, чтобы я всю свою жизнь чах на этой убогой ферме? Да мама и сама меня поддержит. Как часто, когда мы сидели вечерами на крыльце, я слушал ее рассказы о тех днях, когда она была еще не замужем, о ее приключениях, о том, как ей хотелось убежать куда глаза глядят, а приходилось нянчиться с тобой, ты же ведь был младшим… – вдохновенно проговорил Гриффин.

Джордан вспомнил, как шести лет от роду остался без матери. Джасмин тогда было всего шестнадцать, и на ее хрупкие плечи свалились заботы о малолетнем брате… Семья и раньше-то не была богатой, а тут и вовсе приходилось жить на те гроши, что удавалось случайно заработать отцу. Но Джасмин какими-то невероятными усилиями удалось превратить их скромное жилище в уютный дом, наполнить его теплом и любовью, и Джордан, пока жив, будет благодарен сестре за это. Потом Джасмин вышла замуж, но продолжала жить с мужем в доме отца. А когда отец умер, Флетчер, муж Джасмин, по сути, заменил его Джордану. Флетчер всегда был добр к нему, если бы не он, Джордан, возможно, так и не окончил бы школу. И теперь, раз уж так распорядилась судьба, он сам должен позаботиться о сыне Флетчера и Джасси, сделать из него настоящего мужчину.