Выгодный брак - Джоанна Рид

К счастью, он терпелив.

Укротить Деллу будет еще труднее, чем усмирить жеребца.

До сих пор Джон не использовал свой дар для соблазнения женщин. И даже не знал, что он на это способен. До сих пор его тайные способности действовали только на животных, главным образом на чистокровных лошадей. Делла Грин исключение; следует признать, что искушение определить пределы своего дара в нем было слишком сильно.

— Ну вот и я, — сказала Тереза, спустившись в вестибюль. На ней было бронзовое платье длиной до пола. — Я каждый день что-то теряю, и это обнаруживается в последний момент.

— Но игра стоила свеч, — сказал Джон. — Женщины Грин — это просто чудо. Я стану самым счастливым мужчиной на этом приеме. У меня будут две прекрасные дамы.

Делла бросила на него мрачный взгляд.

По дороге Тереза рассказала Джону о предстоящем событии. Одри Смит была одной из наиболее светских женщин Мельбурна, и ее приемы считались одной из достопримечательностей скакового сезона.

— Конечно, прием будет в саду, — сказала Тереза. — Такое количество людей в ее доме не поместится.

— Обед и танцы под звездами… Очень романтично, не правда ли? — спросил Джон Деллу, следя в зеркале за ее реакцией.

— Не столько романтично, сколько утомительно. У нас был трудный день, а завтра рано вставать. Я постараюсь уехать при первой возможности.

— Раньше ты не была такой упрямой, — поджала губы Тереза.

— Бабушка, это было давно. Тогда я была совсем другим человеком.

— Пришло время стать прежней.

Делла ничего не ответила.

Спустя минуту Тереза велела Джону сбавить ход и свернуть на длинную подъездную аллею, усыпанную гравием. Дом, стоявший на вершине холма, был освещен; вокруг него раскинулись шатры. На случай разгула стихий, подумал Джон. Несмотря на то что погода идеальная.

Одри Смит, окруженная свитой, встречала гостей у входа в сад. Джон тут же узнал стоявшего рядом с ней Эль-Фаюми.

— Здравствуй, Тереза. Чудесно выглядишь, — сказала Одри. — Позволь представить тебе моего большого друга, Хамида Эль-Фаюми. — Она бросила на своего спутника взгляд, полный обожания. — Хамид — владелец Оскара. Я уверена, что ты слышала об этом фаворите скачек на кубок Мельбурна.

— Там будет видно, — сказала Тереза, ослепительно улыбнувшись кавалеру Одри.

Любопытная пара, подумал Джон, разглядывая элегантную стройную брюнетку лет пятидесяти пяти, облаченную в узкое красное платье без бретелек, и стройного мужчину в смокинге. Эль-Фаюми был старше Одри лет на двадцать; его смуглое лицо украшали усы и борода с пробивающейся сединой.

Одри подняла на Фаулера изумрудно-зеленые глаза.

— А это, должно быть, знаменитый Джон Фаулер. Я в восторге от того, что мы наконец познакомились.

— В восторге? — Джон принял протянутую ею руку. Нет, это было не рукопожатием, а простым прикосновением. — Я польщен. Но, конечно, я действительно впервые в Австралии.

— Зато я часто бываю и в Британии, и в Уэльсе. Хамид настаивает на том, чтобы я присутствовала на всех главных скачках. Считает, что я приношу удачу.

— У него безупречный вкус на лошадей и женщин, — сказал Джон, заметив, что Хамид с видом собственника держит руку Одри, украшенную бриллиантовым кольцом.

— Именно Одри помогла мне выбрать Оскара. — Эль-Фаюми поднес ее руку к губам. — Она настояла, чтобы я купил его. Она знает толк в лошадях.

— В таком случае вы хорошая пара.

— Я тоже так думаю, — грудным голосом ответила Одри. — Я бы не возражала стать постоянной частью его конюшен.

Все рассмеялись.

Сзади к Хамиду подошел маленький брюнет и что-то прошептал ему на ухо. Венгр Золтан Сегеди был тренером лошадей Эль-Фаюми. Джон хорошо знал этого человека и не любил его. Причиной этой неприязни была разница в подходе к тренировкам. Человек по натуре жестокий, Сегеди часто использовал силу, чтобы заставить животных делать то, что ему хотелось.

Сегеди тоже не испытывал к Джону особой симпатии. Они обменялись мрачными взглядами, после чего венгр отвел Хамида в сторону.

— Ах, Делла, — лучезарно улыбнулась Одри, — как ты похожа на мать! Как поживает наша дорогая Эстер?

Джон почувствовал, что Делла напряглась.

— Мама безумно счастлива с новым мужем.

— Счастлива? Вдали от Грейнджа?

Судя по тону, Одри была шокирована. Ей и в голову не приходило, что женщина может быть счастлива без своих лошадей.

— Ферма никогда не была для нее всем на свете, — сказала Делла. — В отличие от отца. Так что без него… Но в каком-то смысле это пошло на пользу нам обеим. Я никогда не думала ни о чем, кроме фермы.

— Понятно. — Взгляд Одри упал на ее трость. — Как жаль, что ты теперь не сможешь реализовать свой потенциал.

Делла открыла рот, чтобы достойно ответить, но не успела — беседу прервал вернувшийся Эль-Фаюми.

— Прошу прощения, дорогая, — сказал он, властно положив ладонь на руку Одри, — но мне нужно ненадолго отлучиться по срочному делу.

— Ты скоро вернешься?

— Неужели я надолго брошу тебя одну на съедение хищникам? Ни за что на свете! — промурлыкал он.

Какое неотложное дело могло заставить этого человека бросить прием, устроенный его любовницей? — подумал Фаулер. Только связанное с лошадьми. Неужели что-то случилось с Оскаром? Неужели Сегеди что-то сделал с чистокровным жеребцом? Едва ли. В таком случае Хамид оторвал бы ему голову публично.

Джон посмотрел на Деллу. Казалось, что она оправилась от бестактной реплики Одри. Но он был достаточно близко и ощущал усилия, с какими она держалась в рамках светского этикета.

Тем временем прибыли другие гости, и Тереза повела Джона и Деллу к шатрам, где было разложено угощение и звучала веселая музыка. Джон шел последним и заметил, что Делла передвигается намного легче, чем утром.

В толпе гостей попадались знакомые лица, тренеры и жокеи, но Джона к ним не тянуло. Он чувствовал, что должен быть рядом с Деллой.

Они остановились на открытой площадке. Прямо перед ними были бар и буфет. С одной стороны стояли столы, с другой находились оркестр и площадка для танцев.

— Ба, кого я вижу? Лайза Купер! — Тереза помахала кому-то рукой. — Не видела ее целую вечность. Я на минутку, ладно?

В этот момент мелодия сменилась и зазвучало знойное танго. Джон взял Деллу за руку и повел к площадке.

— Это развлечение для вас, — сказала она.

— И для вас тоже. Если только вам не претят мои объятия.

Делла не сопротивлялась, но возразила:

— Мужские объятия меня больше не прельщают.

— Это я заметил. Раз так, буду осторожнее.