Легенда Роскано - Айрис Денбери

— Видите, синьорина, мы делаем корзинки, — с гордостью заявил хозяин и потащил ее дальше, в небольшую комнату, где множество готовых вещей были сложены в кучи на столе, на стульях и даже на полу.

Кэтрин никогда еще не видела таких красивых плетеных корзин, отличающихся особым колоритом и сложным дизайном. Здесь были корзины всех размеров и форм, гибкие или жесткие в зависимости от их назначения — корзины для похода по магазинам, сплетенные так искусно, что казалось почти святотатством класть в них лук или сахар; всевозможные дамские сумочки на разнообразных резных деревянных каркасах и даже сережки, выполненные так тонко и изящно, что можно было принять их за ювелирные украшения из золотой проволоки. Трудно было поверить, что все это сделано из волокна местных растений — карликовой пальмы, камыша и золотоголовника.

Кэтрин пробежала пальцами по гладкой поверхности одной из корзин — никаких обрывков или зазубрин, нигде никаких видимых соединений. И цвета великолепные: от светло-желтого и золотистого до теплого рыжевато-коричневого. Иногда для контраста в узор вплетались бирюзовые или нежно-фиалковые фрагменты, но девушка не нашла ни одной слишком яркой краски.

— Bellissima?[7]— спросил синьор Танотти, его черные глазки сверкали.

— Bellissima veramente[8], — тихо ответила девушка. Изделия были так хороши, что она сомневалась, сможет ли приобрести больше, чем пару штук, опасаясь высокой цены.

Но, к ее удивлению, цены оказались довольно умеренными, несмотря на то, что все было ручной работы. Она отобрала целую дюжину приглянувшихся ей корзинок и попросила хозяина упаковать их для отправки в Англию.

Синьор Танотти оформил заказ и внезапно бросился к шкафчику — достал из него малюсенькую картонную коробочку, в которой лежала пара изящных сережек в форме крошечных фонариков.

— Uno dono, signorina[9], — торжественно протянул он их Кэтрин.

— Grazie, signore[10], — поблагодарила она растроганно.

Когда она шла к выходу, мастеровые бросали на нее быстрые взгляды, улыбались и тихо говорили: «Buon giorno» или «Ciao».

— А женщины у вас совсем не работают? — поинтересовалась она у хозяина.

— Si, si! — энергично закивал итальянец. — Работают, но только на дому, вы понимаете. Так они могут присматривать за bombini[11].

Попрощавшись с синьором Танотти, Кэтрин вышла на улицу и направилась в сторону главной площади. Прежде чем взять такси и поехать в гончарные мастерские, она решила немного подкрепиться в кафе.

Не успела девушка устроиться за столиком на открытой террасе, как рядом с ней выросла чья-то высокая фигура.

— Должно быть, вы слишком заинтересовались корзинками. Я вас заждался. — Голос Райана звучал осуждающе.

— Извините, но я не заставляла вас караулить меня здесь, — заметила она холодно.

Райан сел на свободной стул.

— Там, куда вы сейчас собираетесь ехать, вам понадобится переводчик.

— А откуда вы знаете о моих планах на сегодняшний день? Может, я хотела побездельничать немного, побродить по магазинам.

— Или поглазеть на грузовики с углем, катящиеся по главной улице? — Он дружелюбно улыбнулся. — Нет, я почему-то уверен — у вас есть здравый смысл, поэтому подумал, что, если вы приехали в Иглезиас посмотреть на корзины, то вряд ли не воспользуетесь случаем, чтобы посетить гончарные мастерские неподалеку. У вас же есть адрес, я полагаю?

Кэтрин вспыхнула, вспомнив, что Райан потратил немало сил, чтобы добыть для нее необходимую информацию.

— Спасибо за вашу неоценимую помощь, — тихо сказала она. — Но вы, по-моему, слишком пристально следите за моими передвижениями.

— Ни в малейшей степени. Просто синьор Танотти позвонил мне и сказал, что вы будете у него сегодня утром, вот я и ждал вас.

— Должно быть, вы ясновидящий — знали, когда и в какое кафе я направлюсь. — Кэтрин не смогла удержаться от язвительного замечания.

Райан весело щурился от солнца, продолжая рассматривать девушку.

— Просто я удачно выбрал наблюдательный пункт — в соседнем кафе. Я же знал, что вы придете на площадь, где останавливаются автобусы.

Официант принес ее заказ, и Кэтрин с удовольствием принялась за сардинские равиоли с томатным соусом и сыром.

— Знаете, вы не совсем правильно спланировали свой визит на Сардинию, — говорил тем временем Райан. — Вам надо было приехать раньше. Тогда вы смогли бы посетить международную ремесленную ярмарку в Кальяри. Она проходила в марте.

— Наверное, вы правы, но мне сказали, что в мае будет выставка художественных ремесел в Сассари. Возможно, я смогу попасть на нее?

— Если останетесь здесь до открытия. Я узнаю точную дату.

— К сожалению, я не смогу посетить все выставки. Мы с Хью совсем не думали о сардинских изделиях, пока Вито не посоветовал нам заняться ими.

Райан задумчиво посмотрел на нее:

— Ну конечно, Вито! Это самое лучшее объяснение вашего появления на Сардинии.

— Нет, Вито здесь совсем ни при чем. — Кэтрин торжествующе улыбнулась. — Вы почему-то забыли, что приехать сюда собирались мой брат и его жена, Я здесь только потому, что заболела Бренда.

— Конечно, — согласился он спокойно. — Если вы закончили пить кофе, может, пойдем?

Его машина была припаркована недалеко от кафе. По дороге он рассказывал Кэтрин об острове.

— Не стоит судить о всей Сардинии только по тем местам, которые вы уже видели. Неудачно, что дом Вито или, вернее, его бабушки находится так близко от рудников. Выше к северу пейзажи просто изумительны. На северо-западном побережье есть роскошный курорт Альгеро, а некоторые уголки острова остались такими же суровыми и патриархальными, какими были пару тысяч лет назад. Только пастухи попадаются на дорогах время от времени, да на обочинах — одинокие хижины.

— А в горах все еще есть разбойники? — спросила Кэтрин с интересом.

— Возможно. А почему вы спрашиваете? Так сильно хотите попасть в плен к бандитам с орлиными профилями?

— Совсем нет. Я просто подумала, что об этом следует знать заранее, чтобы быть начеку, — засмеялась она.

Райан свернул с шоссе, и машина затряслась на ухабах похожей на американские горки проселочной дороги, посыпанной щебнем.

— Эта дорога совсем не подходит для вашей машины, — заметила Кэтрин. — Мне надо было взять такси.