Неугасимое пламя - Элиза Мейер

– Так оно и есть, но к чему все сложности?

– Я не хочу потерять свою дочь! Я не могу! Пожалуйста…

– Успокойтесь, Кайя. Нет причин так расстраиваться. Я сделаю то, что вы просите, если… вы слушаете?

– Да. – Она подавила рыдание. – Слушаю.

– Я сделаю все, о чем вы просите, если вы немедленно ляжете в постель.

– Хорошо. Можно мне поговорить с дочерью?

– Сначала продиктуйте мне номер телефона, по которому я могу связаться с вами.

Кайя назвала телефон Джошуа.

– Можете поговорить три минуты. Вам обеим нужен отдых.

Верная своему слову, сестра Маргарет забрала у Натали телефон ровно через три минуты. В холле послышались шаги, Кайя бросилась в постель и нырнула под одеяло. Задыхаясь и дрожа, она закрыла глаза, притворяясь спящей.

Вскоре прохладная рука легла на ее лоб, и она почувствовала знакомый запах. Пахло кожей, лошадьми, свежим воздухом, мылом с ароматом хвои и папоротников.

– Наконец-то, – с облегчением пробормотал Джошуа. Когда его палец скользнул по щеке Кайи и замер на ее шее, она открыла глаза.

– Значит, это был не сон. Джошуа отдернул руку.

– Ночью у тебя был кризис.

– Откуда ты знаешь? – Он молчал. Кайя вдруг все поняла и на мгновение потеряла дар речи. – Ты сидел со мной, да?

– Проверять у больной пульс – вовсе не преступление, – с обидой пробормотал Джошуа.

– Извини. Я не хочу показаться неблагодарной, но ты бы мог не делать этого. И не нужно было привозить меня сюда. Ты не несешь за меня ответственность.

– Ну, в этом я не уверен. Ты подхватила грипп в моем доме.

Когда Кайя попыталась сесть, он положил руки на ее плечи и заставил снова откинуться на подушки.

– Лежи. Клэнси принесет тебе поесть. Нужно восстанавливать силы.

Кайя молча смотрела, как Джошуа выходит из комнаты. Он прав. Ей нужно набраться сил, чтобы повидать Натали в конце недели.

Ее разбудил стук подноса, который Клэнси поставил на тумбочку.

– Принес вам поесть, мисс Кайя. Тосты, чай и апельсиновый сок. На обед приготовлю что-нибудь поплотнее.

Кайя села.

– Спасибо, Клэнси. Как вы?

– Сейчас прекрасно. – Он поставил поднос ей на колени.

Кайя сильно проголодалась за два дня, и тосты показались ей восхитительными.

– Ну и больны же вы были, мисс Кайя! Когда Джош внес вас в дом, вы бредили. Наверное, заразились от меня. Мне очень жаль.

– Это не ваша вина. Кроме того, вы помогали ухаживать за мной.

– Джош сидел с вами. Я говорил, что это необязательно, потому что вы все время спали, но он не отходил от вас ни на шаг. Вы знаете, какой он упрямый.

Клэнси принялся рассказывать о событиях на ранчо, но Кайя слушала его вполуха. Джошуа, который затаил на нее глубокую обиду, жертвовал своим сном, чтобы дежурить у ее постели. Он привез ее на ранчо. Зачем все это?

– Я оставлю сок на тумбочке. Выпьете его потом, – сказал пожилой ковбой, забирая поднос.

– Спасибо, Клэнси.

– Не за что. Если вам понадобится что-нибудь, покричите. Я оставлю дверь отрытой.

Кайя легла. Странно, такая простая вещь, как еда, утомила ее. В тишине уютной комнаты перед глазами предстал образ Джошуа. Он склоняется над ней, тихо успокаивает, заставляет принять лекарство, смахивает что-то с ее голых ног. Воспоминания были смутными, как давным-давно услышанная мелодия, но они беспокоили ее. На ней ведь только трусики и длинная футболка Джошуа. Значит, кто-то раздел ее. Кайя почувствовала, что краснеет.

Джошуа вошел в комнату после обеда. Заметив, что он смотрит на ее футболку, Кайя сказала:

– Я попросила Клэнси принести что-нибудь из одежды. Мне пришлось принять душ. Надеюсь, ты не сердишься, что он дал мне твою футболку.

– На тебе она смотрится лучше, чем на мне.

– Джошуа, я смутно помню, как ты смахивал что-то с моих ног.

– В бреду ты кричала, что пауки ползают по твоим ногам. Я не мог успокоить тебя, пока не притворился, что смахиваю их.

Значит, сильные пальцы, скользившие от щиколоток к коленям и бедрам, ей не приснились, Кайя залилась румянцем.

– Почему я не могла представить, что у меня на ногах атласная простыня!

Джошуа ухмыльнулся.

– Ты боишься пауков?

– Определенно они не самые мои любимые насекомые. – Кайя пожала плечами. Она не знала, как задать вопрос, который беспокоил ее с утра.

– Что еще тебя волнует? – спросил Джошуа, наблюдая за ее внутренней борьбой.

– Я не помню, как разделась, – выпалила Кайя, отводя глаза.

– Ты и не раздевалась.

У нее вырвался испуганный вздох.

– Что? Ты?..

– Угу.

Кайя снова застонала.

– У меня не осталось выбора. Ты вся горела, и я не мог оставить на тебе джинсы. Кроме Клэнси, поблизости никого не было. Я не мог попросить его, потому что он бы ужасно смутился. К тому же я снял не всю твою одежду. Сначала я надел на тебя футболку, а потом уже снял лифчик.

– У тебя большой опыт по раздеванию женщин? – спросила она, бросив на Джошуа выразительный взгляд.

Он ухмыльнулся.

– Я не святой. У меня были женщины.

– Ах, какая скромность!

– Должно быть, тебе лучше. Ты опять дерзишь.

– Да, я чувствую себя лучше. Завтра, пожалуй, смогу отправиться домой.

– К чему такая спешка? Скоро выходные. В субботу ты не работаешь, так что можешь остаться здесь.

– Ты звонил моему боссу?

– Да. Он сказал, чтобы ты не беспокоилась о работе и выздоравливала. Судя по тому, как он разговаривал со мной, ты, должно быть, хороший работник.

От одобрения, прозвучавшего в голосе Джошуа, у Кайи потеплело на душе.

– Посмотрим, как я буду себя чувствовать, – Она не может остаться на выходные, но сейчас не время спорить с Джошуа. – Ты уже поговорил с поверенным?

– Нет. У меня не было возможности.

Не настаивай, сказала себе Кайя. Взяв кувшин, она налила воды в стакан и с жадностью выпила.

– Сейчас налью еще. – Джошуа понес кувшин в ванную.

– Я сама могу, – сказала она ему вслед, но он уже скрылся за дверью. Черт. Она повесила трусы и лифчик на сушилку. Несмотря на то, что Джошуа не впервые видит женское белье, она почувствовала смущение.

Когда он вернулся, Кайя бросила на него быстрый взгляд, но его лицо было невозмутимо.