Переведи дыхание - Линда Брукс

Милли смотрела вслед удаляющейся фигуре. Не очень-то она преуспела в роли роковой женщины. Но что делать, ведь игра в скрэбл не лучший способ соблазнить мужчину. Она грустно вздохнула. Приходилось с горечью признать, что ее опыта в обольщении явно недостаточно. Хотя она готова была поклясться, что разглядела настоящее желание в его глазах. Что же произошло? Почему Дез сбежал от нее?

Она зашла в ванную и посмотрела на свое отражение в зеркале. Конечно, ее прическа и макияж немного пострадали от погоды, скандала с Крисом, выпитого шампанского, но не настолько, чтобы обратить мужчину в бегство в самую бурю. Нет, здесь было что-то другое.

Может, он думает, что у Роба с ней были, не просто дружеские отношения? Или, наоборот, его сдерживает то, что она поссорилась с его двоюродным братом? Милли знала от Роба, что братья очень близки. Но, возможно, дело просто в том, что Дез порядочный мужчина и не в его правилах заводить легкий, ни к чему не обязывающий романчик.

Милли криво улыбнулась своему отражению в зеркале. Да, похоже, это разумное объяснение. Первый раз в жизни она готова была заняться сексом исключительно ради секса и встретила человека, который не захотел этим воспользоваться.

Когда Дез вернулся насквозь мокрый и с двумя доверху наполненными пакетами с совершенно ненужными дровами для камина, он обнаружил Милли, с закрытыми глазами, лежащую на диване. Он прошел в ванную, вытерся насухо, убрал под ванну свою добычу и вернулся в гостиную. Теперь, когда Милли спала, он мог спокойно рассматривать ее. Она сбросила туфли, и сквозь прозрачные чулки проглядывали маленькие, как у ребенка, пальцы с аккуратно накрашенными ногтями. Рыжая прядь волос упала на щеку, как бы предлагая поправить ее. Дез залюбовался мягким изгибом бедра, тонкой талией, всей ее удивительно ладной фигуркой. Милли была невысока — около пять футов с небольшим, — но изумительно хорошо сложена.

Удивительно, как ему повезло. Еще несколько часов назад он пребывал в глубокой депрессии, тяготился уик-эндом в одиночестве и боялся, что проведет не менее томительно остаток своих дней. Потом эта маленькая женщина постучалась в его дверь и изменила его отношение и к предстоящим двум дням, и, вполне возможно, к оставшейся жизни…

Дез достал теплый плед и осторожно укрыл ее. Милли уютно закуталась в него и сонно пробормотала:

— Спасибо.

— Я не хотел тебя будить, — с раскаянием произнес Дез.

Она зевнула, как котенок, потянулась и сказала:

— Ничего. Я лежала, думала и сама не заметила, как задремала.

Он присел на краешек дивана рядом с ней.

— О чем же ты думала?

В камине потрескивал огонь, за окном завывал на разные голоса ветер. Милли закрыла глаза и промолчала.

— Я тоже размышлял кое о чем, пока ходил. — Дез потер руки, чтобы удержаться и не прикоснуться к ней.

— О? — Глаза ее мгновенно широко распахнулись.

— Да, я хотел понять, почему решил провести эти три дня именно здесь.

— И почему же? — Ее голос был мягкий и теплый, как пушистый гусенок, как майский ветерок в полдень.

— Я должен был разобраться в самом себе. Понять, что же мне нужно в этой жизни, — ответил Дез. И тут же ответ вспыхнул в его сознании ярко, как неоновая рекламная вывеска: «Мне нужна ты, Милли Сэнфорд». Но он отмахнулся от него. Он едва знает эту женщину. Может ли она стать лекарством от его все возрастающего в последние месяцы беспокойства?

Милли спустила ноги на ковер и села. Их плечи соприкоснулись, но Дез не отодвинулся.

— Я думаю, меня сюда привела та же причина, — сказала она.

Ревность куснула его своими ядовитыми зубами, неожиданно и болезненно. Воспоминание о том, что она собиралась провести время с другим, обожгло раскаленным железом.

Милли как будто прочла его мысли. Она чуть придвинулась к Дезу и добавила:

— Я приехала вовсе не ради Криса. Подсознательно я отдавала себе отчет, что между нами все уже кончено. Но мне было необходимо доказать себе, что я могу совершить неожиданный, смелый поступок. Скажи, — неожиданно сменила она тему, — а что ты подумал обо мне, когда в первый раз увидел в магазине?

Дез улыбнулся, вспоминая.

— Я подумал, что маленькая подружка Роба — уже совсем выросла. Хотел пригласить тебя куда-нибудь.

— Но не пригласил…

— Нет, не пригласил. Не знал, что Роб подумает об этом, но прежде чем успел спросить, узнал, что ты с кем-то встречаешься.

— Думаешь, Роб не одобрил бы?

Он взял, наконец ее руку в свои, не в состоянии больше сдерживаться.

— А ты, что ты думаешь?

Милли сидела неподвижно, не отнимая руки, но и не придвигаясь ближе к нему.

— Мы расстались не лучшим образом…

— Что произошло, Милли?

Она пожала плечами.

— Роб не одобрял, что я оставила спорт.

— Это произошло после его травмы?

— Да. Он еще не оправился, не мог ходить, но приезжал в своем кресле на тренировки, помогал всем советом, добрым словом. Было просто невыносимо смотреть на это. Я думала, он поймет… — Глаза ее наполнились слезами.

Дез стиснул ее руку, стараясь проглотить комок в горле. Он тоже переживал тогда за Роба, но это было уже давно.

— А он не понял, да?

— Да. Сказал, что я решила стать обычной, заурядной, как большинство, хотя могла бы отличаться…

Дез взял ее за подбородок и не отпускал, пока их глаза не встретились.

— Я не считаю тебя ни ординарной, ни заурядной.

— Ошибаешься, — тихо ответила Милли. — Я тихая, даже робкая, в общем, самая обыкновенная. Но иногда кажется, что это только часть меня. Другая, лучшая — там, где я смелая и решительная, — только стремится вырваться наружу. Как ты считаешь, может такое быть?

Дез улыбнулся, не выпуская ее руки.

— Конечно. Возможно, просто та, лучшая, часть тебя нуждается в небольшом ободрении.

— Хотелось бы в это верить.

Печаль в ее голосе поразила Деза. Он отодвинулся немного, пристально посмотрел и вдруг спросил:

— Есть в твоей жизни что-нибудь, чего бы ты по-настоящему хотела, но никогда не делала?

— Что ты имеешь в виду? — не поняла Милли. Он задумался, подбирая правильные слова.

— Ну вот, например, когда я был в школе, то уже знал, что хочу иметь собственное дело. Но обязательно, связанное с приключениями. Я думал об этом все время. Еще в колледже начал ходить по банкам, пытался выбить финансирование под свой проект. Все твердили, что я сумасшедший. Я был слишком молод, неопытен, да и клуб планировал нестандартный, не обычную «качалку». Но я не обращал внимания на скептиков и упрямо шел к своей цели.