Избранница - Элли Крамер

– Ты уверен, что по такой дороге мы сможем далеко проехать? – скептически воскликнула Джессика, когда машина начала медленно пробираться между стволов, на ухабах задевая днищем землю.

Берни объяснил, что эта территория принадлежит его сестре и ее мужу. Они разрешили срубить дерево около центральной лужайки.

– Софи и Хьюго ездят сюда на джипе, – объяснил он. – Поэтому они без проблем добираются до лесного домика.

– И что, они здесь живут? – По тону Джессики было понятно, что она не являлась сторонницей экстремальных условий существования.

– Нет. У них есть квартира в городе. Сюда они решили перебраться, когда вырастут дети. Но пока Джону только два года, а их старшей дочери – пять.

– Как ее зовут? – спросил Луис.

– Кэрол. Может, как-нибудь ты захочешь с ней поиграть?

– Не знаю. А у нее есть велосипед? Я очень люблю кататься, и мы могли бы вместе поездить вокруг дома.

– Значит, договорились.

– А твоя сестра работает? – спросила Джессика.

Берни кивнул.

– Она считает, что все матери должны работать. Уход за детьми, ведение хозяйства и юридическая контора Хьюго – вот ее образ жизни.

– А кто присматривает за малышами, когда она на службе?

– Дети остаются с няней.

– Мне тоже понадобится няня для Луиса, – задумчиво проговорила Джессика. Дедушка собирался поухаживать за правнуком сам, но пока об этом не может быть и речи. – Как ты думаешь, твоя сестра смогла бы порекомендовать мне кого-нибудь?

– Узнаю у нее. А еще лучше, я вас познакомлю и ты сама обо всем спросишь. – Берни хотел, чтобы после знакомства его сестра поняла, насколько она ошибалась в отношении Джессики. Никто не сомневался, что эта, сидящая с ним рядом самоуверенная женщина могла быть «занозой» при некоторых обстоятельствах. Но он не думал, что Джессика и по своей сущности была такой же. Маленькое, но существенное различие.

– Ты всегда жил в Ишбери? – В ее голосе послышалось явное пренебрежение.

– И родился, и вырос, – ответил мужчина с тайным вызовом в голосе.

– Полагаю, ты ходил в местную школу? – И снова неприкрытые снисходительные нотки.

– А после защитил степень бакалавра в Геррион-Ватте в Шотландии. Потом немного попутешествовал, прежде чем завершить образование и получить степень магистра в Оксфорде.

Она скептически посмотрела на Берни, словно отыскивала доказательства обратного.

– Ты защитил степень магистра? В Оксфорде?

Прайд важно кивнул. Менее самоуверенный человек наверняка был бы оскорблен ее удивлением, а он, скорее, наслаждался им.

– Думаю, тебя приятно удивит количество образованных людей в Ишбери, хоть нам и следует сохранять образ неотесанного провинциала, навязанный столичным мнением.

– Я не хотела тебя обидеть. – Милый румянец на ее щеках словно подтвердил, что она говорит искренне.

– Извинения приняты.

Берни Прайду приходилось внимательно следить за дорогой, но он умудрялся то и дело поглядывать на Джессику. Ему нравилось смотреть на нее, каждый раз делая все новые маленькие открытия. Например, в уголке ее рта появлялась трогательная ямочка, когда она чуть улыбалась. Он заметил также тонкий белый шрам, пересекавший кончик левой брови… Каждое открытие походило на постепенное развертывание яркого подарка, и неожиданное обнаружение внутри еще одного, и еще… Непрекращающееся удивление! Хотя ему очень мешала неизвестность.

Но теперь он уже знал о Джессике кое-какие интересные подробности. Например, то, что эта женщина была хорошей матерью. Решившись на прогулку в лес ради ребенка, она упорно пыталась скрыть то, что нервничала в присутствии чужого мужчины. Наверняка раньше ей не часто приходилось бывать столь сговорчивой, и Берни льстило, что он заставил такую упрямицу, как Джессика, преодолеть себя. Ему нравились ее волнистые волосы. Они спускались по плечам шелковистыми волнами, мягкими и струящимися, – именно такими, какими он хотел их видеть у своей любимой. А еще пряди ее волос пахли цветами. Он сжал пальцы на руле. За короткое время знакомства Берни успел прочувствовать силу характера Джессики Лейн и понимал, что ей не понравится, если он протянет руку и запустит пальцы в ее прелестную шевелюру. Но именно это он хотел бы сейчас сделать.

– Ты обмолвился, что путешествовал. А где конкретно тебе пришлось побывать?

– В Африке. – Он не стал уточнять и понадеялся, что Джессика не примется расспрашивать о деталях.

– Удивительно! И после всего ты решил поселиться в Ишбери?

– Мне нравится этот город. Здесь мои друзья, моя семья. Я люблю свою работу. Почему бы мне не жить здесь?

Она пожала плечами.

– Но мир такой огромный!…

– Не спорю. Только второго такого места на земле нет. Вообще же ты рассуждаешь точно как моя сестра. Для нее самой обитание в Ишбери считается вполне нормальным. А я, по ее мнению, инертный бездельник, и лишь потому, что тоже хочу жить здесь.

– По-моему, ты сгущаешь краски. Уверена, что она так не думает.

Берни рассмеялся.

– Софи не только именно так думает, но еще и кричит об этом на каждом углу. Удивляюсь, как она до сих пор не додумалась вывесить табличку с лозунгом. – Он рукой вывел в воздухе: – «Берни Прайд не реализует свой потенциал». А у тебя есть братья или сестры?

Джессика покачала головой.

– Я единственный ребенок, родившийся прежде, чем мама поняла, какой тратой времени может обернуться материнство. В итоге мои родители развелись, когда мне исполнилось десять лет.

– Мы с Софи погодки, – пояснил Берни. – Она считает, что старшинство дает ей право на мою опеку.

– Вы, должно быть, очень близки.

– Да. – Наверное, такое трудно объяснить человеку, у которого не было братьев или сестер. Конечно, он не упускал случая пожаловаться на вмешательство сестры в его дела, но это было частью их своеобразной игры. Ему трудно было бы представить свою жизнь без Софи, или других, не менее любопытных и беспокойных членов своей разросшейся семьи.

– А твои родители? Как я поняла, они тоже живут в Ишбери?

– В пригороде. И занимаются разведением овец какой-то особенной длинношерстной породы. При случае обязательно покажу вам их ферму. Там все автоматизировано. Очень впечатляет.

– Даже и не знаю. – Джессика кивнула в сторону сына. – Какие ассоциации вызовет такая экскурсия у Луиса?

– Они не выращивают животных на мясо, они продают шерсть.

– Тогда это меняет дело.

– Помнится, Тиллинг рассказывал, что его сын, то есть твой отец, умер несколько лет назад. А где твоя мама?