Клуб одиноких сердец - Крис Манби

— Очень. Ты боишься щекотки.

— А-а, ну тогда…

— Руби, а ты леди? — спросил Мартин.

Руби набрала номер и нетерпеливо выслушала длинное вступительное сообщение агентства; автоответчик говорил нарочито медленно, томным голосом, и, прежде чем прозвучало: «Привет, меня зовут Дэвид», прошла целая минута стоимостью два с половиной фунта.

Он произнес свое имя на итальянский манер, растягивая гласные: «Дэвидо-о». Лу, слушавшая разговор по параллельной трубке, одобрительно кивнула. У Дэвида был глубокий приятный голос, он не шепелявил и не заикался, хотя и говорил несколько вычурно.

«Итак, ты прочитала мое объявление и тебе захотелось побольше узнать обо мне».

— Да, пожалуйста, — выдохнула Руби.

«С чего начать? — спросил Дэвидо. — Я поэт, мои книги издаются…»

— Поэт! — фыркнул Мартин.

Он слушал разговор по другому аппарату в спальне Лу. Как начинающий прозаик-романист, Мартин с пренебрежением относился ко всякому рифмованному тексту.

«…но я работаю редактором».

— Он редактор! — завопил Мартин.

— Мы ищем кавалера для Руби, — крикнула Лу, — а не издателя для твоего несуществующего романа!

— Редактор? — нервно переспросила Руби. — А вдруг он из твоего издательства? А что, если это Джон Симпсон?

Джон Симпсон бросил Руби после первого же свидания, обозвав закомплексованной дурой за то, что она отказалась трахнуть его фаллосом-вибратором.

— Этого зовут Дэвидо-о, — напомнила Лу.

— Вот именно! Псевдоним в духе Симпсона.

«Что еще сказать? Мой рост шесть футов».

— Уф, точно не он, — облегченно вздохнула Руби. — В Джоне всего пять футов восемь дюймов.

— Ага, — вставила Лу, — мужчины никогда не врут по поводу своих размеров.

«…у меня темные волосы и карие глаза, некоторые говорят, что я похож на Хью Гранта, если выключить свет».

Дэвид рассмеялся над собственной шуткой. Руби вежливо хихикнула. Из спальни донесся презрительный хохот Мартина.

«И в оставшиеся краткие мгновения я почитаю тебе стихи».

— Стихи? — У Руби похолодело в животе.

Дэвид откашлялся.

— О боже, — простонала Лу. — Он и впрямь…

«Кхе, вот они, — сказал Дэвидо и завыл: — О, женщина моей мечты, подобно мне, несла и ты терновый одиночества венец, но ожиданию конец; оставь лишь номер свой, и в наши души польется песнь любви под сенью райской кущи; я проведу тебя сквозь холода зимы, со мною в зелень лета вступишь ты; своим любимым избери меня, тебе другой не нужен — верю я; скажи заветных цифр ряд, и дни печали улетят; я жду тебя, до встречи, сладкий сон!»

На другом конце провода раздалось нежное «чмок», и Дэвид отключился.

Руби медленно положила трубку. Лу, схватившись за голову, рухнула в кресло. Из спальни, кровожадно потирая руки, появился Мартин.

— Кошмар, — сказала Лу.

— Козел, — прямо заявил Мартин.

— Шесть футов, — сказала Руби. — Высокий.

— Поэт! Рифмы идиотские, и размер хромает, — разразился критикой Мартин.

— С его стороны это был смелый поступок, — сказала Руби. — И оригинальный.

— «Мои книги издаются», — процитировал Мартин, вложив в последнее слово весь сарказм, на который только был способен.

— По крайней мере, они существуют, — бросила Руби.

— О да! Сам шлепает экологические брошюрки, коммунистические памфлеты, и сам же распространяет в Гайд-парке. Пари держу, он редактирует ежемесячник «Боулинг на траве», и голос у него дурацкий, — закончил Мартин свою тираду уже не так уверенно.

— У него красивый голос. Лу, как думаешь, может, стоит перезвонить и оставить мой телефон? Что ему сказать? И как? Тоже в рифму?

— Ну-ну, — вздохнул Мартин, — давай, что-нибудь вроде: «Милый Дэвид, это Руби. Приходи ко мне с утра, будем щупать буфера».

Мартин получил подушкой по голове, а Лу, поразмыслив секунду, сказала решительно:

— Нет, мы не будем перезванивать.

— Но почему, — взмолилась Руби, — он молод, высокого роста и…

— Напыщенный дурак, — закончила Лу.

— Слава тебе господи, — воскликнул Мартин, — здравый смысл восторжествовал.

— Мы не можем тратить время на кандидатов, вызывающих сомнения, — сурово сказала Лу, обращаясь к ним обоим.

— Но у меня нет сомнений, — возразила Руби.

— Мы уже приняли как факт: ты не в состоянии подобрать себе приличного мужчину, поэтому будем полагаться на мою интуицию. У меня от этого стихотворца мурашки по спине.

Лу продекламировала несколько строк из Дэвидо.

— Ужас, — согласилась Руби и зябко поежилась, — Вычеркиваем, — сказала Лу и поставила на поэте жирный крест.

Дальше — хуже. «Бизнесмен, 28 лет, „феррари“. Но когда подруги набрали номер, Тоби Джейкс, по его собственному утверждению, шутник, сообщил надтреснутым голоском: „Мне пятьдесят два года, вожу „мини-мэтро“. Девчонки, здорово я вас наколол?“ — и захлебнулся истеричным хохотом. Руби с омерзением бросила трубку.

— Вы понапрасну теряете время, — сказал Мартин. — Волшебные истории про миллионеров — это здорово, но что-то ни в одной из них не говорится о мужчине, который нашел красотку с ногами как у молодого жирафа и интеллектом космонавта.

Лу и Руби взялись за раздел женских объявлений. Однако соискательницы все как на подбор были дамы «немного за пятьдесят, с душевными ранами прошлого», ищущие мужчину, который станет восхищаться ими, холить и лелеять, словно антикварные вазы, каковыми они, по сути, и являлись.

Три часа спустя Руби положила трубку, выслушав рассказ человека, который начинался обнадеживающе: «Ищу преданную и верную жену», но завершился неожиданным пояснением: «…для заселения Марса новым поколением людей, поскольку ящерицы с планеты Уран плодятся с неимоверной скоростью и вот-вот окончательно поглотят Землю…»

— Не думаю, что смогу взять на себя столь ответственную миссию, — сказала Руби.

Огромное число мужчин искало развлечений на стороне, просто чтобы стряхнуть рутину семейной жизни. Руби заинтересовалась было одним парнем: «Я недавно расстался с женой, жду официального решения суда о разводе…» Но Лу и Мартин были непреклонны.

— Ты что, хочешь получить еще одного Флетта? Он попользуется тобой и бросит.

Воспоминания как ножом резанули по сердцу.

— Я безнадежна, да? — грустно спросила Руби. — Мне нравятся исключительно разведенные неудачники.