Скандальные желания - Элизабет Хойт

– Они что, совсем не скрывались?

– Совсем, – ответил Бран. – Люди Викария вконец обнаглели. Ходят по Сент-Джайлзу группами по четыре-пять человек и плюют на все.

– Пошли они к дьяволу, – прорычал Мик. – Это мой округ, и я вышвырну отсюда ублюдков Викария. – Он перевел дыхание и добавил: – И все же интересно, откуда ему стало известно о ребенке.

– За девочкой ведь следили наши люди, – напомнил Бран.

Мик посмотрел на Гарри, но тот кивнул, подтверждая мысль парня, и сказал:

– Они и навели Викария на ребенка.

Мик скрипнул зубами. Ему не нравилась мысль, что из-за его ошибки враги обнаружили, где жила Мэри Дарлинг. Но не следовало забывать и о другом варианте: его мог предать кто-то из своих.

– Итак, он знает, что ребенок сейчас у меня, – медленно проговорил Мик.

Бран мрачно кивнул. Мик вздохнул и сказал:

– Ну, я никогда не делал из этого большого секрета. Викарий понимает, что ему придется напасть на нас, чтобы заполучить Мэри Дарлинг. А на такой шаг он вряд ли когда-нибудь решится. – Мик посмотрел на Брана. – Что ты узнал о самом Викарии?

– Его день и ночь охраняет с десяток парней, – ответил тот. – Так что защищен он лучше вас. Трудно будет до него добраться, это я вам точно говорю.

– Но мы должны это сделать, – сказал Мик. – Сейчас весна, значит, зерно для винокурен Викарию доставать все труднее. Надо узнать, у кого он его покупает. Я предложу этим торговцам хорошие отступные, чтобы они перестали продавать зерно Викарию.

– Хорошо. – Бран замешкался, но потом, собравшись с духом, все-таки спросил: – Но я не понимаю, почему вы с ним враждуете? Он собирает дань с винокурен, мы – с реки. Получается, что мешать друг другу вы никак не можете.

Мик сразу вспомнил печальные карие глаза. И голос с ирландским акцентом, ласково зовущий его по имени.

Он поморщился, отгоняя воспоминания, и сказал:

– У меня к нему личные счеты. Тебе о них знать не стоит.

– Ясно, – проговорил Бран, хмуро наблюдая за тем, как Мик убирает карту. – У вас там свои обиды, но вы поймите: времени на этого Викария у нас уходит куча, а взамен-то мы денег не получаем.

– Да, ты прав, – сказал Мик. – Но пока я никак не могу оставить это дело. Если бы ты знал, сколько горя мне причинил этот человек, то понял бы меня.

– Тогда надо просто убить его, и дело с концом. – В огромных голубых глазах юноши не было ни капли жалости.

– Я бы так и сделал, но ты же сам сказал, что у него куча охранников. – Мик задумчиво побарабанил пальцами по столу, а потом объявил окончательное решение: – Нет, лучше мы пойдем окружным путем. Лишим его зерна, остановим винокурни, и тогда Викарий сам уберется из Сент-Джайлза. А пока можно погонять его людей, чтоб они окончательно не обнаглели.

– Хорошо, это я возьму на себя, – кивнул головой Бран.

Мик вопросительно глянул на парня. Он получил приказ, но продолжал стоять на месте.

– Ты хочешь что-то спросить?

– Да, насчет миссис Холлинбрук. Я понимаю, почему вы держите ребенка – если, конечно, это действительно ваша дочь, – но зачем нам нужна эта дамочка? Она только всех отвлекает.

Мик явно напрягся.

– Извини, я не думал, что должен отчитываться перед тобой за свои поступки, – иронично заявил он. А потом глянул на парня так, что его лицо стало пунцовым. Он сжал зубы, повернулся и чуть не бегом вышел из кабинета.

Все это время Гарри стоял в углу, облокотившись о стену. Теперь он отошел от нее и сказал:

– Мальчик слишком нетерпелив.

– Это точно.

– Он умный, – с уважением произнес охранник, – но уж больно спешит.

Мик поднял брови, выжидательно глядя на Гарри. И тот продолжил:

– Да, ему не нравится миссис Холлинбрук, но смысл в его словах есть. Ты уверен, что держать ее тут – самое лучшее решение?

Реакция Мика была мгновенной и сильной. Сайленс принадлежала ему, и он никому ее не отдаст. Спорить с этим бесполезно.

– Решил побунтовать, а, Гарри? – спросил Мик притворно спокойным голосом, в котором явно слышалась угроза.

Громила поморщился, но отступать не стал.

– Ты же знаешь, я всегда буду тебе верен. Но посуди сам: миссис Холлинбрук – созданье нежное, хоть и пытается скрыть это храбрыми речами. Она самая настоящая леди, и ранить ее очень легко. Однажды ты уже получил от нее что хотел. Зачем опять играть с ней?

Мик представил ореховые глаза Сайленс, полные слез. Проклятие! В его руках были бумаги, и он с такой силой сжал кулаки, что листы превратились в два смятых шара.

– У меня сегодня какое-то странное настроение – слишком уж хорошее, – проговорил Мик, – иначе я бы не позволил тебе задавать такие вопросы.

– Я знаю, – искренне ответил Гарри.

– Значит, ты также знаешь, что на эти чертовы вопросы я отвечу только один раз, – продолжил Мик, сверля взглядом охранника. – Итак, я надеюсь, ты помнишь девушку, которую нашли мертвой на пороге нашего дома?

– Да.

– Она провела со мной всего одну ночь. – Мик вздрогнул, когда перед его глазами опять предстало ее холодное тело. Лицо у нее было полностью сожжено кислотой. Боже правый, пока он жив, такого с Сайленс никогда не случится. – Теперь ты представляешь, что Викарий намерен делать с теми, кто… кто может быть мне дорог?

Гарри отвернулся. Именно он нашел тело девушки, и даже ему сейчас было не по себе.

– Но Викарий ведь не знает, что миссис Холлинбрук тебе нравится?

– Не знаю, – сквозь зубы признался Мик. – Я, например, тоже думал, что ребенок в полной безопасности, но это была ошибка, так ведь?

Гарри покачал головой. После паузы Мик продолжил:

– Может, он уже знает. Или узнает очень скоро. Викарий ведь совсем неглупый человек. Так что я просто обязан держать миссис Холлинбрук тут, за толстыми стенами, которые охраняют мои люди. Сейчас она на что-нибудь жалуется?

– Нет, – помолчав, ответил Гарри.

– Хорошо. – Мик кивнул. – И знаешь что еще?

Гарри, который уже направился к двери, остановился.

– Да, Мик?

– Я больше не играю с миссис Холлинбрук. Теперь все серьезно.

Но эти слова Гарри совсем не обрадовали. Он так и ушел из зала с нахмуренным видом.

Мик выругался и сел на обитый бархатом диван. Месяцы подготовки наконец дали результат. Все произошло так легко: он буквально снял с ветки сочный манящий плод под именем Сайленс Холлинбрук. Но почему-то сейчас его мучило странное чувство, что он победил не до конца. Мик презрительно фыркнул. Да какой он пират, если вообще думает о каких-то чувствах? Сайленс сейчас полностью в его власти, живет с ним под одной крышей. У него есть куча времени, чтобы подобраться к ней поближе и понять, почему Сайленс так сильно волнует его, что он не находит покоя даже в собственном кабинете и мечется, словно волк в клетке. В конце концов, ему уже не вспомнить лицо той девицы, с которой он переспал всего лишь ночь назад, однако огромные ореховые глаза Сайленс преследовали его много месяцев после их первой встречи.