Терзания любви - Френсин Паскаль

– Послушай, – прошептала Элизабет, сжав ее руку. – В столовой кто-то разговаривает.

Когда они подошли к двери, голоса стали громче. Несмотря на то, что слов нельзя было разобрать, было ясно, что серьезный разговор между Стивеном и их отцом был в самом разгаре.

– Давай уйдем отсюда, – сказала Элизабет, – мы и так слышали достаточно, чтобы понять, в чем дело.

В столовой Стивен сидел в любимом кресле отца, а мистер Уэйкфилд грустно смотрел на него из другого угла комнаты.

– Вот уж никогда не думал, что мне не будут рады в моем собственном доме, – проворчал Стивен.

Мистер Уэйкфилд начал шагать из угла в угол.

– Стив, я не говорил ничего подобного. Я только думаю, что тебе не следует приезжать домой, если завтра у тебя занятия.

Стивен печально взглянул на него:

– Прости. Мне трудно все время сидеть на одном месте.

– О, Стив, тебе не удастся избавиться от призраков, убегая от них, – с сочувствием сказал его отец.

– Ты ничего не понимаешь. – Стивен обхватил голову руками. – Трисия для меня не призрак, а реальность, и я хочу, чтобы она осталась ею навсегда.

Мистер Уэйкфилд старался тщательно подбирать слова. Он остановился у окна и повернулся к сыну.

– Но ведь это невозможно, Стив. Трисии больше нет, и со временем ты свыкнешься с этим. Пока не настанет день, когда ты сможешь вспоминать о ней без вины и тоски, – поверь мне, этот день придет, – ты должен постараться привыкнуть к факту, что жизнь Трисии кончилась, а твоя должна продолжаться.

– Я не могу отказаться от нее, – упрямо сказал Стивен.

– Позволь мне рассказать тебе одну историю. – Мистер Уэйкфилд сел в кресло лицом к Стивену. – Когда я учился в колледже, мой лучший друг погиб в автокатастрофе. Я был просто опустошен, не мог заниматься, не мог есть, и так – недели напролет. Ничто для меня не казалось важным.

Стивен кивнул. Он очень хорошо понимал, через что пришлось пройти его отцу.

Мистер Уэйкфилд продолжал:

– В конце концов я понял, что никакие переживания не смогут воскресить моего друга, да и ему это совершенно не нужно. И тогда я смог выйти из депрессии, но никогда не забывал своего друга. Когда ты родился, я назвал тебя Стивеном в его честь.

Какое-то время Стивен хранил молчание.

– Папа, – с трудом сказал он, – я знаю, ты хочешь мне помочь. Но как бы ты ни переживал из-за своего друга, это не идет ни в какое сравнение с тем, что я испытываю к Трисии. Я так любил ее… – Казалось, что Стивен вот-вот заплачет. – Мы хотели быть вместе всю оставшуюся жизнь. Я не могу забыть ее и думаю, что никогда не смогу.

Мистер Уэйкфилд покачал головой:

– Хорошо, хватит об этом, но, пожалуйста, Стив, подумай над тем, что я сказал.

Выходя из комнаты, он задержался в дверях и еще раз взглянул на сына. Стивен сидел, закрыв лицо руками, целиком предавшись своему горю.

Когда мистер Уэйкфилд вошел в гостиную, где близнецы смотрели телевизор, на него обрушился шквал вопросов.

– Почему Стив приехал домой? – интересовалась Джессика.

– С ним все в порядке? – вступила Элизабет.

– Все нормально, – уверял их мистер Уэйкфилд. – Просто у него сейчас тяжелые времена. Слушайте, девочки, машина вашей мамы в мастерской, и мне нужно заехать за ней. Так что храните домашний очаг, хорошо?

После того как мистер Уэйкфилд ушел, сестры стали обсуждать положение, в котором оказался их брат.

– По-моему, нам нельзя навязываться, – предложила Элизабет. – Ясно, что ему хочется побыть одному.

– Наверное, – неопределенно ответила Джессика.

– Он знает, что мы здесь и всегда готовы помочь ему, так что я даже не буду ничего ему советовать, пока он сам не попросит, – сказала Элизабет. – Хочешь смотреть этот фильм? – спросила она, показывая на телевизор.

– Нет, я уже его видела. Это генерал их всех отравил.

Элизабет бросила на сестру уничтожающий взгляд.

– Ой, прости. Я, пожалуй, пойду к себе.

Идя к лестнице, Джессика размышляла, как быть со Стивеном. С одной стороны, она понимала, что сестра права. Может быть, для Стивена будет лучше, если они оставят его в покое. Но с другой стороны, думала она, сейчас самое время для того, чтобы быть со Стивеном пожестче. Прошел уже не один месяц с тех пор, как умерла Трисия Мартин. Очевидно, что сам Стивен помочь себе не в силах. А с этой Бетси Мартин, которая никак от него не отстанет, у Стивена вообще никогда не будет возможности встать на ноги.

«Нет, – сказала себе Джессика, – пришло время как следует поговорить с братом».

Она развернулась и пошла обратно в столовую.

– Входи, – раздался приглушенный голос Стивена.

– Привет, старший брат. – Джессика подошла к отцовскому креслу и села. – Я хочу поговорить с тобой.

Стивен застонал.

– И ты тоже? Я что-то не в духе, Джес.

– Послушай, Стив. Я скажу тебе, что ты должен забыть о Трисии. И для этого ты начнешь встречаться с Карой.

– Ну вот, опять ты за свое.

– Тебе же было хорошо с ней на вечеринке у Лилы. Она милая, и тебе она нравится. Ты же сам это знаешь. Стив, ты куда?

Не сказав ни слова, Стивен встал и пошел к дверям.

– Я пойду поужинаю с Бетси. И это не ваше дело.

– Да, отлично. Вы будете сидеть и оплакивать Трисию. Да это уже просто смешно.

– Мы будем делать то, что хотим, – сердито сказал Стивен.

– Это болезнь, – проворчала Джессика. – Стив, иногда мне кажется, что ты просто не хочешь, чтобы тебе стало легче.

Эти слова оказались ближе к цели, чем думала Джессика, но Стивен постарался не показать этого. Он распахнул дверь настежь и увидел стоящую за ней Элизабет с встревоженным выражением на лице. Прежде чем она успела сказать хотя бы одно слово, Стивен закричал:

– И от тебя я тоже ничего не хочу слышать! – И он грубо оттолкнул ее и ушел.

– Ничего себе! – воскликнула Элизабет, входя в комнату. – Что все это значит?

– Я только пыталась дать Стиву небольшой сестринский совет.

– Джес, мы же решили...

– Нет, это ты решила, – оборвала ее Джессика. – Я думаю, Стиву нужно поменьше видеть Бетси и побольше – Кару. – Джессика поднялась и смахнула несколько ворсинок со свитера. – Кара – это то, что ему нужно.

– Кара? Эта снобка и сплетница? Стиву она совсем не подходит.

– Не очень-то хорошо так говорить о моей лучшей подруге, – заметила Джессика.