Снегопад чудес - Влада Орлецкая

Наступила новая рабочая неделя, и Анна с Виктором вновь продолжали вести себя так, словно они едва знакомы. Рабочий процесс в конторе шел размеренно и слаженно. Анна познакомилась с сотрудниками других отделов. Народ оказался доброжелательным, и благодаря этому девушка уже не чувствовала себя новичком. Морозов по-прежнему бывал в офисе набегами.

Так прошел еще месяц.

Однажды, совершенно случайно, она оказалась свидетелем очень неприятной сцены. Выходя из офиса после окончания рабочего дня, Анна увидела, как чуть в стороне от крыльца, где располагалась парковка для автомобилей сотрудников, остановился громадный черный «лендровер». Из него вышел Морозов. Вид у него был, как обычно, деловито-сосредоточенный. Он взял с переднего пассажирского сиденья пухлую кожаную папку, из которой торчали какие-то документы в мультифорах, и, заперев автомобиль электронным брелком, направился к офису. В том, что Виктор приехал в контору в конце дня, не было ничего необычного. Наверняка ему была назначена аудиенция у шефа, Вячеслава Ивановича. Но это его авто…

Поразмыслить о том, как зачуханная «Нива» может превратиться в фешенебельный «лендровер», Анна не успела. Морозов, бросив на нее короткий взгляд из-под тонированных очков, дежурно поздоровался. Она, ответив ему, двинулась к остановке. И тут из припаркованного поодаль «шевроле» фисташкового цвета выскочила молодая, длинная, как фотомодель, стильно одетая женщина с красивым нервным лицом и кинулась к Морозову, который уже было открыл дверь в офис.

— Витя! — окликнула она. — Постой!

Он обернулся на призыв и остановился, качая головой.

— Ира, я не могу сейчас с тобой поговорить. У меня дела, — произнес Виктор. Казалось, что эта встреча была ему неприятна.

— Деловой ты мой человечек! — воскликнула обладательница фисташкового «шевроле». — Весь-то ты в трудах, великий государь, аки пчела!

Дама взяла Виктора под руку, и тот вынужден был отпустить уже открытую дверь. Анна стояла и смотрела на них. И хоть это было неприлично, постыдно, она ничего не могла с собой поделать.

— Почему ты не отвечаешь на мои звонки? — заискивающе спросила Ирина.

— Извини, почему я должен на них отвечать? Ира, ты разве не помнишь, при каких обстоятельствах мы с тобой расстались?

— Витюш… ну зачем ты так? Что было, то прошло. Кто старое помянет…

Он нервно рассмеялся.

— Иришка, ты неподражаема! Твоему нахальству нет предела. Мне стоило огромного труда уговорить клиентов не возбуждать против нас уголовного дела, мы вынуждены были уплатить из своих денег тем людям, которых ты развела, а теперь ты являешься и как ни в чем не бывало спрашиваешь меня, почему я не хочу с тобой общаться. Ириш, я тебя умоляю, уходи… разговора не будет. Я уже все тебе сказал, когда ты увольнялась.

— Ну и кто же теперь вместо меня? Инга?

— Инга Эдуардовна чудесно справляется.

— Она всегда метила на мое место. Правда, меня утешает, что эта фригидная карьеристка никогда не интересовала тебя как женщина! Витюша, любимый, неужели ты все забыл? Нам было так хорошо вместе…

— Ира, пожалуйста, уходи.

— Витя… Ну Ви-ить… ну прости меня, а? Ну бес попутал… Давай начнем все сначала…

— О-о, нет уж. Благодарю покорно.

От этих его слов Ирина рассвирепела.

— Сволочь! Небось уже какую-нибудь сучку себе завел, ублюдок! Ну подожди-и-и, подожди же… я тебе такую веселую жизнь устрою — век меня помнить будешь…

— Значит, сядешь в тюрьму, — невозмутимым тоном ответил Морозов. — Я тебя простил и не стал преследовать, хотя надо было. Так вот, если ты будешь мне угрожать…

— Да что-о-о ты! Ах, как страшно! Посадить он меня собрался, ха-ха-ха! Я теперь с таким человеком дружу — тебе меня в жизни не достать.

— Понятно. Наша крыша вашей крыши выше.

— Напрасно ерничаешь.

— Ира, а твой нынешний патрон знает, за что мы со Славкой тебя уволили?

— Да ему на это, знаешь, положить с прибором.

— Иринушка, ты плохо кончишь.

— Серьезно?

— Ага. Ты же не умеешь нормально жить. Для тебя спокойная жизнь — тоска. Когда ты начинаешь делать глупости, то остановиться, к сожалению, не можешь.

— Это мои проблемы.

— Эти твои проблемы не так давно были моими.

— Ты все время теперь будешь меня попрекать?

— Очень плохо, Ира, что ты даже не раскаиваешься.

— Я раскаиваюсь!

— И потом, я тебя не приглашал. Ты сама настояла на разговоре. Ну извини.

— Ви-ить…

— Все, Ириш, давай простимся. У меня полно дел. Меня Славка ждет.

— Ну Ви-итя… — Она предприняла попытку обвить его шею руками, но Морозов решительно отстранился, сжав ее запястья.

— И на будущее, Ира: не надо так часто «пудрить носик», — с назиданием произнес он, — а то у тебя крышу окончательно сорвет.

— Да пошел ты-ы-ы! — визгливо крикнула она ему в лицо.

— Хорошо, Ира, я пошел. Мне действительно надо идти. Прощай.

— Сволочь!!!

Он вошел в офис, а разъяренная, как раненая рысь, Ирина в бессильном гневе плюнула ему вслед. Плевок, предназначавшийся Морозову, запечатлелся на стекле офисной двери. Женщина ударила ее ногой, а потом сбежала с крыльца и пнула колесо «лендровера», на котором приехал Виктор. Автомобильная сигнализация завыла на все голоса. Ирина села в свой «шевроле» и резко газанула с места, едва не сбив проходивших мимо людей. На шум, издаваемый сигнализацией, из офиса выскочил Морозов. Он заметил Анну, которая наблюдала его разборки с бывшей пассией, и ужасно смутился. Она тоже — даже покраснела от неловкости за свое неуместное любопытство. Затем девушка резко повернулась и быстро зашагала к остановке, мысленно кляня себя последними словами.

Нет, ну какая же идиотка! Стоять и смотреть, как мужчина и женщина, у которых была связь, выясняют отношения. Ужасно неприлично! И ужасно глупо! Интересно, что он теперь о ней подумает? Известно что: она сама выставила себя досужей недалекой бабой, у которой нет ни стыда ни совести.