Полночное солнце - Триша Кук

А вообще я довольна: тексты всех песен, которые я написала за свою жизнь, не потеряны. И как бы я ни ворчала из-за того, что придется опять топать на станцию, в этом тоже есть свой плюс. Мне не помешает прогуляться, проветрить голову. Свежий воздух лечит почти все. Он прогонит мысли о том, какое горе переживает из-за меня отец, и о том, как я облажалась при встрече с парнем своей мечты.

Я надеваю джемпер с эмблемой уже не существующего баскетбольного клуба «Сиэтл суперсоникс», фанатом которого папа когда-то был, натягиваю старенькие джинсы и зашнуровываю черные кеды. Спускаюсь. Папа одновременно работает за ноутбуком (должно быть, проставляет оценки за последнее задание, которое дал своим ученикам), смотрит по телевизору бейсбольный матч, покрикивает на игроков и уплетает сэндвич с трехдюймовым слоем мяса.

– Можно, я схожу на станцию за своим блокнотом? Забыла его там вчера. Он у Фреда.

Папа так увлечен своим сэндвичем, что едва поворачивает голову в мою сторону.

– Как придешь туда, напиши. Будь осторожна. Сразу возвращайся. Люблю тебя, – шепелявит он, не переставая жевать ветчину с сыром.

Для него это характерно: ненадолго, туда и обратно, он отпускает меня не моргнув глазом, но не находит себе места, если я отсутствую чуть дольше и получаю шанс хотя бы немного пожить той жизнью, которой живут нормальные подростки.

– А я люблю тебя еще больше, – говорю я.

Он проглатывает здоровенный кусок и, прежде чем откусить от сэндвича в очередной раз, изрекает:

– Это невозможно.

Я ухожу. В голове быстро мелькает: «Где сейчас Чарли? Что делает? С кем?» После этого я опять начинаю мысленно пилить себя за бред про кошачьи похороны. Не важно, что делает Чарли, где и с кем находится. Я с ним в ближайшее время точно не пересекусь.

Поднявшись по ступеням на платформу, я направляюсь к билетной кассе. Фреда в конторе нет. Может, он оставил блокнот на скамейке напротив облюбованного мной места? Я заглядываю за угол: действительно, блокнот на лавке. Но не просто на лавке, а в руках Чарли Рида, который на ней сидит. Он перелистывает страницы так, будто просматривает старый номер какого-нибудь дрянного таблоида.

Даже не знаю, по какой причине сильнее расстраиваться: оттого, что при прошлой встрече с парнем наболтала глупостей, или потому, что сейчас он копается в моих самых сокровенных мыслях и переживаниях. Никогда еще я не чувствовала себя настолько униженной. Как бы заполучить блокнот обратно так, чтобы Чарли меня не увидел? Вот только решу эту задачку – и домой.

Я прячусь за стеной, звоню Морган на работу и, как только она берет трубку, шепчу:

– На помощь!

– Кафе-мороженое! Здравствуйте! – весело откликается Морган. – Как проходит второе свидание с Чарли?

От удивления я разеваю рот:

– Что-о? Откуда ты знаешь, что он здесь?

– Я отдала Чарли твой блокнот на хранение, – отвечает она так, будто сделала нечто само собой разумеющееся.

Я ударяю себя ладонью по лбу:

– Морган, я тебя убью! Как ты могла так со мной обойтись? На мне старый отцовский джемпер, и я даже не причесалась!

В ответ моя подруга смеется:

– Кэти, не знаю, как объяснить, но я, хотя тебя сейчас не вижу, точно знаю: ты суперсекси!

– Если б ты меня видела, ты бы так не говорила, – шиплю я.

– Кэти, повиси секунду, – бросает Морган, а потом я слышу ее крик: – Я по телефону разговариваю! Не видишь?!

Надеюсь, она не на покупателя наорала. Для того чтобы поехать в колледж, ей нужны деньги, и увольнение было бы некстати. Найти другую работу будет непросто: во-первых, вакансий – раз-два и обчелся, во-вторых, городок маленький и все быстро узнают о том, что с прежнего места человек ушел не по собственному желанию.

– Это ведь не покупатель был? – спрашиваю я, когда Морган опять берет трубку.

– Он самый. Сначала. А потом еще Гарвер – этот зануда, с которым я работаю. Задает мне миллион вопросов за смену: «Что ты любишь делать в свободное время, Морган? Какое мороженое тебе больше нравится, Морган? Есть ли у тебя братья или сестры, Морган? Какая твоя любимая телепередача, Морган?» Лепечет без умолку, как двухлетний.

– Вообще-то, это называется «человек проявляет к тебе интерес». Он пытается завязать с тобой разговор. Что тут такого?

Морган почему-то терпеть не может, когда парни интересуются ею. Она предпочитает «плохих мальчиков», которые говорят только о себе.

– Плевать, как это называется. Меня его вопросы раздражают, и все. А насчет Чарли… Кэти, будь собой. По-моему, он душка. И ты ему нравишься, вот уж точно. Просто пообещай, что постараешься не нести околесицу.

Теперь у меня нет выбора: придется заговорить с Чарли, если я хочу получить обратно свой блокнот.

– А ты постарайся не рявкать на этого твоего Гарвера, – вздыхаю я. – Жалко беднягу.

– Вот уж нет! – фыркает Морган. – Жду твоего звонка.

Прежде чем я успеваю ответить, она бросает трубку. Делать нечего. Набрав в легкие побольше воздуху, я направляюсь к Чарли. Когда я подхожу совсем близко, он поднимает голову и вознаграждает меня самой открытой и приветливой из всех улыбок, какие я видела в своей жизни. Губы у него идеальные: не слишком пухлые и не слишком тонкие. Они, наверное, никогда не обветриваются и не трескаются. Зубы ровные, белые. Глаза такие теплые и дружелюбные, что мне кажется, будто я тону в океане доброты. Минуту назад я злилась на Чарли за вторжение в мое личное пространство, но теперь совершенно об этом забыла.

– Так ты настоящая! – восклицает он. – А я думал, ты мне приснилась или что-то вроде того…

– Ты был в фазе быстрого сна?

Он смотрит на меня, не зная, как реагировать на дурацкую шутку. Я пытаюсь поправить положение:

– Забей. Конечно, ты не спал, я это и хотела сказать. Мы ведь разговаривали. А быстрый сон – это такая фаза, во время которой возникают сновидения. Активность мозга высокая, и глаза под веками постоянно бегают. Очень странно. Похоже на пишущую машинку…

Я резко замолкаю, понимая, что меня опять понесло. Чарли усмехается. Но не зло, а как-то мило. Весело.

– Спасибо, что нашел мой блокнот, – говорю я, протягивая руку.

Но он не торопится выпускать свою добычу.

– Я до сих пор не знаю, как тебя зовут.

– Кэти.

Видимо, это был пароль. Теперь Чарли передает мне блокнот. Я перелистываю странички, проверяя, все ли в порядке. Вроде бы да. Тем не менее спрашиваю:

– Ты ведь не читал?

– Разве что немножко… – признается Чарли.

Я опять в ужасе и ярости. Может, в школе девчонки все ему спускают с рук, потому что он красавчик, но со мной этот номер не пройдет.