Звезды над Тунисом - Барбара Картленд

Киркпатрик со своей стороны был полон идей о том, что им понадобится в пути из одежды, и они еще потратили немало денег в магазинах в Ницце, прежде чем вернулись на виллу.

Маркиз не удивился, когда Киркпатрик сказал, что его дочь не хочет сопровождать их и предпочтет спокойно посидеть в саду.

Он почувствовал, что испугал ее за завтраком, и за обедом Сабра была очень молчалива.

Она замкнулась в себе, как будто желала укрыться от его посягательств.

Маркиз и сам не знал, как он это понял, но, глядя на Сабру, он вспомнил факиров, которых видел в Индии.

Факиры погружаются в транс, полностью переставая воспринимать окружающее, и даже если их уколоть булавкой, они не почувствуют боли.

Их невозможно разбудить, пока они сами не захотят проснуться; точно так же другие люди могут уходить в себя.

Однако маркиз не мог взять в толк, почему Сабра отгораживается от него.

Он настолько привык, что женщины тянутся к нему и всячески дают понять, как он привлекает их физически, что он подумал, что, наверное, ошибся.

По за обедом, когда Киркпатрик вовсю смешил его, у маркиза снова появилось ощущение, что девушки больше здесь нет.

Ему даже захотелось протянуть руку и дотронуться до Сабры: убедиться, что она не иллюзия, а живое существо из плоти и крови.

Но потом маркиз сказал себе, что он смешон и только потому, что эта девушка нисколько не интересуется им как мужчиной, он вообще ее замечает.

Когда они с Киркпатриком остались одни, маркиз заметил:

— Ваша дочь поступает благоразумно, отдыхая, пока есть возможность. Боюсь, у нее довольно странная жизнь для столь юной особы.

— Дорогой мой; у нас нет выбора, — откликнулся Киркпатрик. — Ее мать, которую я так нежно любил, умерла, а у меня нет ни малейшего желания жить в Англии.

Он помолчал.

— Как бы там ни было, я нахожу мир очаровательным местом и ни для кого не желал бы другой жизни. Но мне не с кем оставить Сабру.

— Едва ли это подходящее существование для девушки! — возразил маркиз.

— Зато оно возбуждает и всегда есть что-то новое, — парировал Киркпатрик.

С этим маркиз не мог поспорить, поскольку сам именно это и искал.

Он знал, что бежит от предсказуемого и всего, что безопасно, к приключению, которому почти наверняка суждено завершиться разочарованием.

Потом он вспомнил, как кто-то однажды сказал ему: «Важно не то, чего вы достигаете. Важно усилие, которое вы прикладываете для достижения цели».

«Этому я и спелую», — нашел он себе оправдание, стараясь не вспоминать замечание Сабры о том, что его ждут в Англии.

Киркпатрик явно ликовал, что маркиз согласился вместе с ним искать погребенные сокровища.

— Мне не терпится увидеть Тунис, — признайся он. — Хотя мне говорили, что римские развалины там не так красивы, как в Алжире, зато народ более дружелюбный и, поскольку страна под французским господством, еда столь же хороша!

— Хоть что-то положительное, — сухо откликнулся маркиз.

Он вспомнил отвратительную пищу, которую предлагали ему в разных уголках мира.

Часто легче было ходить голодным, чем оскорблять вкус и желудок едой, от которой отказалось бы любое уважающее себя животное.

Поэтому он приказал капитану погрузить на корабль лучшие продукты и деликатесы, какие можно купить, — будет чем насладиться, особенно если шеф-повар знает свое дело.

Казалось, что тянуть с отъездом не имеет смысла, и маркиз решил отплыть следующим же вечером.

Капитан как раз успеет все подготовить, а сам он тем временем напишет письма в Англию — сообщит, что будет отсутствовать несколько дольше, чем намеревался вначале.

Маркиз не сомневался, что его управляющий в Куине и секретарь в Лондоне позаботятся о том, чтобы все шло так же, как все последние годы.

Он еще не посетил остальных своих поместий в Ньюмаркете, Пестершире и на севере, где владел обширными охотничьими угодьями.

Все эти места могли подождать, а если там что-то не так, он наведет порядок, когда вернется.

Намного труднее оказалось написать письмо премьер-министру, маркизу Солсбери, с сообщением, что в данный момент он не сможет приступить к своим обязанностям при дворе, и с просьбой объяснить его отсутствие королеве.

— Проклятие! — сказал себе маркиз, внезапно откладывая перо. — Почему, черт возьми, я должен с этим возиться?

Раньше никому и дела не было, чем я занимаюсь и куда еду.

Интересно, подумал он, отказывался ли кто-нибудь в его положении от титула, передавая поместья своему потенциальному наследнику, или же просто исчезал без объяснения причин?

Но потом маркиз вспомнил, что его наследник — пожилой дядюшка, у которого пять дочерей и ни одного сына, а после него — кузен, средних лет и холостой.

Ему так часто указывали на это как на главную причину, по которой он должен жениться, и как можно скорее, что маркиз знал: ему нельзя отказываться от своих обязанностей.

Хотя он никому бы не признался в этом, маркиз очень гордился Куином. Он любил красоту, достоинство и историю этого поместья, уходящую в глубь веков.

Да, он задыхался со своими родственниками, но некогда Англия гордилась родом Бурнов, блестяще служивших своему королю и своей стране.

Они обладали храбростью и умом, и если бы даже его отец не ссылался на них постоянно, Виктор и сам счел бы их героями.

«Возможно, это мое последнее путешествие», — подумал маркиз, надписывая конверты.

Он вспомнил неловких девушек, которых предлагали ему в жены, и содрогнулся.

Неужели ему придется каждый Божий день видеть их за завтраком напротив себя, точно зная, что они скажут?

Это будет то же, что они говорили вчера, и позавчера, и позапозавчера.

— Я этого не вынесу! — в отчаянии простонал маркиз.

Только какой у него выбор? Отправиться в Париж и найти кокотку вроде Жанны, которая заставит его забыть обо всем, кроме экзотики страсти?

Но это, как маркиз уже обнаружил, дает лишь временное облегчение, а все, чего он хочет, — это игнорировать свой долг и делать то, что может его развлечь.

А именно — позволить Киркпатрику склонить его на эту авантюру.

Впрочем, Киркпатрик, вне всяких сомнений, заставит его смеяться, а смех — надежное противоядие скуке.

Сабра спустилась к ужину в том же самом платье, в котором была вчера вечером.

Когда она вошла в гостиную, где уже ждали маркиз и Киркпатрик, маркиз сообразил, что у девушки забыли спросить, не нужно ли ей что-либо для предстоящего путешествия.