Итальянец по требованию - Дарья Сойфер

Марко не клеился к ней в открытую. И все-таки интуиция подсказывала Яне, что он заигрывает с ней и рассчитывает на что-то. Когда европеец предлагает угостить женщину обедом, это точно свидание. В западном мире равноправия мужчина боится лишний раз открыть дверь перед дамой, чтобы его не обвинили в шовинизме.

– Я выберу столик, – сдалась она.

– С этого и надо было начинать. Присоединюсь минут через десять, – он довольно ухмыльнулся и понизил голос. – И если после этого ты не скажешь, что я лучший в своем деле, тут же пойду и соберу чемоданы.

Яна не любила самодовольных людей, но обаянию Марко невозможно было сопротивляться. Когда он появился в зале без формы, в простых брюках и рубашке, с двумя тарелками в руках, Яна против воли улыбнулась.

– Мой фирменный салат, – он чинно склонился, изображая официанта. – Но я должен предупредить…

– М-м-м? – она расстелила салфетку на коленях и вооружилась ножом и вилкой.

– После этого салата ни одна женщина не способна мне отказать, – будничным тоном сообщил он, усаживаясь напротив.

От неожиданности и неприкрытой наглости Яна поперхнулась.

– Что?!

– Я, конечно, мог бы пообещать тебе, что буду джентльменом. – Марко изогнул бровь и сделал глоток воды. – Но ведь я же не англичанин.

Яна вздохнула и отодвинула тарелку.

– Кажется, это было плохой идеей.

– Что опять? – в нем снова заговорил ревнивый шеф-повар. – У тебя аллергия на орехи?

– У меня аллергия на рабочие интрижки.

– Кто здесь говорил про интрижку? – Марко театрально огляделся по сторонам.

– Марко… – она покачала головой. – Пожалуйста. Давайте не будем все усложнять.

– Где твое чувство юмора, Яна? Никто не собирается овладеть тобой прямо на этом столе… Хотя теперь, когда я это сказал, идея не кажется такой уж плохой… Спокойно! – он примирительно поднял руки. – Шучу. Ешь, в конце концов, это просто салат.

Просто салат… Для блюда, которое подал ей Марко, слово «салат» было бы самым настоящим оскорблением. Кусочки спелой груши, припущенные в меду и сбрызнутые лимонным соком, таяли на языке, пряные кусочки изысканного сыра добавляли вкусу глубины. Свежесть зелени, ароматы трав и заправки…

– Ну, что скажешь? – стервец смотрел на нее из-под полуопущенных век, прекрасно зная, какой эффект произведет на нее божественная стряпня.

– Мадонна! – она сложила пальцы в излюбленном итальянском жесте. – После того, что ты сделал со мной… Как честный человек, ты просто обязан на мне жениться.

Марко запрокинул голову и расхохотался.

– И кто из нас после этого не разбирается в шутках? – спросил он, отсмеявшись.

– Кто здесь говорил о шутках? – Яна с наигранной серьезностью осмотрелась. – Надень смокинг, я вызову такси.

– Я знал, что с тобой будет весело. С того самого момента, когда ты влетела…

– Если ты еще раз вспомнишь о мужском туалете, я сама уволюсь.

– Ладно, ладно. А пока Димитри портит мое ризотто…

– Дмитрий.

– Ди-ми-три…

– Кажется, я буду работать с тобой дольше, чем предполагала.

– Ты не дашь мне расслабиться, да? – Он откинулся на спинку кресла.

– Говорят, я обладаю тонизирующим эффектом.

– Тогда можно мне вечером пару порций?

– Марко, я… – Такой откровенный намек убил всю веселость. Шутка мигом переросла в напряжение, и Яна отвела взгляд. – Я очень тебя прошу. Мне сейчас не до этого…

– До чего именно? – Он облокотился на стол. – Простое дружеское общение. Или, может, у тебя есть муж? Жених? Бойфренд?

– Нет.

– Тогда тем более не вижу проблемы. На сегодняшний вечер у меня запланирована обзорная экскурсия по Москве, и гида я уже нашел.

– Не имеет смысла спрашивать, кто он? – обреченно спросила Яна.

– Почему? Так было бы гораздо драматичнее, – Марко развел руками. – Но я рад, что ты не против показать мне родной город. О! Вот и наше ризотто…

Нет, она была против. Еще как против. Если этот чертов донжуан так хорош при свете дня, то что сделают с ним огни Москвы?! И кто бы сказал ей в институте, что профессия переводчика может быть такой опасной!..

Дразнящий аромат горячего уже щекотал ноздри, а жесты Марко гипнотизировали, как пассы иллюзиониста. И Яна поняла, что не в силах даже за шкирку вытащить себя из помпезного зала «Палаццо Д’Оро».