Твоя вина - Мерседес Рон

Волна бесконечной любви затопила мое сердце и переполнила душу. Неужели мы столько дней не виделись друг с другом? Разлука была невыносимой. Черт, даже небольшое расстояние убивало меня!

Я сделал шаг вперед, вторгаясь в ее личное пространство. Положил руку на ее талию и крепко сжал, почти ущипнув за бок от желания заставить Ноа понять, что сделаю и отдам все – лишь бы находиться рядом с ней и сделать ее счастливой.

Ноа затаила дыхание, и я услышал, как учащается ее пульс.

– Спасибо, – прошептал я.

Поднес другую руку к ее шее и откинул волосы. Хотелось вдохнуть сладкий аромат, которым обладала только она.

Кончиком носа потерся о ее подбородок и шею, медленно вдыхая запах Ноа и закрывая глаза.

Ее дыхание стало прерывистым одновременно с моим. Она прижалась ко мне, и все ее тело задрожало от воспоминаний.

– Я скучаю по тебе, – сказал я ей на ухо. – Мне нравится, что ты хочешь уехать со мной, но я не соглашусь на эту работу, пока нет. Хочу остаться здесь, как и ты, Рыжая, именно так мы и сделаем, ладно?

Она промолчала. Я не дождался ответа, положил руку ей на затылок и прижался губами к впадинке на шее. Прерывистый стон вырвался из ее рта. Кончиком языка слегка коснулся ее ключицы, поднялся к мочке уха и слегка прикусил зубами. Ноа шумно выдохнула, выпустив весь воздух из легких, а мое тело напряглось и содрогнулось. Через несколько мгновений я отстранился и внимательно посмотрел на нее. Возбуждение и тоска мешали мне контролировать себя, я чуть не набросился на нее.

– Уже прошло достаточно времени? – спросил я.

– Я… не знаю.

Мне не понравился ответ… может, нужно напомнить, как сильно она скучала по мне?

– Я сделаю все, что ты хочешь, любовь моя, – прошептал я, снова привлекая ее к себе. – И буду продвигаться медленно, пока ты не велишь остановиться.

Она ничего не сказала, и я быстрым движением поднял ее на столешницу. Деликатно раздвинул ее ноги и встал между ними.

Улыбнулся, чтобы успокоить ее, мне показалось, что она до сих пор очень нервничает. Да, между нами произошло много всего, и мы не справлялись с проблемами, особенно в последний месяц. Поэтому я использовал вынужденную разлуку, чтобы попытаться понять Ноа и выяснить, что делал не так.

Я поднес руки к ее лицу и погладил бархатистые скулы. Эти веснушки всегда сводили меня с ума. Пальцами очертил подбородок, контур губ… Грудь Ноа учащенно вздымалась под тонкой тканью платья. В любой другой раз я бы уже раздел ее догола и отнес в спальню, лаская во всех обожаемых мною местах.

Но сейчас я не буду повторять прежних ошибок. Буду делать все неторопливо, убеждаясь, что ей комфортно.

– Я хочу поцеловать тебя.

Она молча посмотрела на меня и, похоже, не собиралась отказываться, ведь она любила это столь же сильно, как и я.

– Я тебя поцелую.

Я прильнул губами к ее губам. Сильно, наверстывая время разлуки. Наслаждался ее податливым ртом, связью, от которой исчез весь негатив последних дней. Прикусил нижнюю губу Ноа, затем погладил языком и снова крепко сжал.

Соблазнительный рот Ноа был проклятием для любого мужчины, и я не стал исключением. Я положил руку ей на затылок, заставив откинуться назад и выгнуть спину. Она закрыла глаза, а я через мгновение прильнул к ее губам. На этот раз вошел глубже и отчаянно пытался найти ее язык. Она тем временем искала мой.

Когда наши языки наконец встретились, от сладостного вкуса я потерял и без того слабый контроль.

Я не мог устоять, и теперь мои руки пробежали по всему ее телу. Ноа заерзала и ногами жадно притянула меня к себе. Ее руки обвили мою шею, и мы растворились в страстных объятиях, которые могли закончиться только одним.

Мои пальцы терзали край ее платья, потом задрали ткань к бедрам и принялись ласкать ее ноги.

Я отстранился и наклонился, чтобы поцеловать их… Поднимался по ее бедрам, осторожно целуя, чтобы не оставить засосов. Ноа оттолкнула меня и заставила поднять голову. Она поцеловала меня и вздохнула от отчаяния и жадного желания прикоснуться.

Я бережно снял ее со столешницы и отнес в спальню. Закрыл дверь и направился к кровати. Ноа гладила мои волосы и прижималась к груди. Я опустил ее на постель и медленно стянул с Ноа платье, снимая его через голову.

– Не могу вытерпеть на тебе эту тряпку, – признался я, отбросив одежду Ноа в сторону.

– Платье новое, – сказала она, зажмурившись и зарывшись губами в мою шею. Укусила меня и стала посасывать кожу.

– Оно ужасно.

Мой язык ласкал ее подбородок, а зубы нежно покусывали горло.

Ноа рассмеялась.

– Лжец.

Я смотрел на нее. Тело, которое было предназначено для меня, плоть, которую только я ласкал, касался и целовал.

– Я мог бы часами любоваться тобой, Ноа. Ты прекрасна и совершенна.

Она молчала, просто наблюдала за мной. А затем принялась стаскивать с меня футболку, лаская голый торс. На ней был кружевной лифчик… такой тонкий, что все было видно.

Я прижался к нему губами, и Ноа затрепетала под моими руками.

– Ник… – хрипло прошептала она, что побудило меня продолжать.

Я нежно целовал ее живот и начал неторопливо поглаживать ее бок, сверху вниз, после чего добрался до колена. Приподнял ее ногу, заставив обхватить мое бедро.

Привстал и скользнул по ней бедрами.

Волна удовольствия охватила и ее, и меня. Мы так долго не были вместе – прошло слишком много времени.

Ноа двинулась, подтолкнула меня, заставив лечь на спину, и ловко уселась сверху. Ее светлые волосы рассыпались по плечам, и она заправила пряди за уши.

Я увидел в ее глазах внутреннюю борьбу и, образно говоря, нажал на тормоз.

Положил руки на ее бедра и смотрел на нее, пока она наконец не заговорила.

– Думаю, что идея не очень хорошая, Ник… не стоит продолжать. Чувствую, что если мы это сделаем… то дни, за которые мы пытались все прояснить, будут напрасными.

Я понимал, что она транслирует речи психолога, который взялся ее лечить. Именно он побуждал ее расстаться со мной. Я видел отклик ее тела на мои ласки. Ее глаза горели от желания, она так сильно хотела меня… это подтверждало мои предположения.

Она сменила позу. Я перекатился на бок, обнял Ноа и прижался к ней.

– Хочешь остановиться? – спросил я, надеясь, что она скажет «нет».

Она задумались и принялась неспешно поглаживать мой подбородок. Затем поцеловала меня.

– Нет, но это к лучшему, по крайней мере пока.

Я сделал глубокий вдох. От поцелуя мы оба тяжело дышали. Кивнул, чмокнул ее в нос.

– Хочешь, чтобы я ушел? – спросил я и увидел, что на ее лице отразился страх.