Поезд жизни на колее судьбы - Александр Шельфский

– Добрый день, – Андрон Иванович поздоровался с каждой в том же порядке, в котором представил их Александр.

– Пройдемте в мой кабинет, – он рукой пригласил их пройти за ним и сам направился по коридору.

Пока шли на небольшом отдалении друг от друга никто ни с кем не разговаривал.

– Прошу, – Андрон Иванович открыл дверь перед «гостями».

Все зашли внутрь и он закрыл дверь за собой на замок.

– Присаживайтесь, – он сел в рабочее кресло за столом.

Екатерина и Елизавета сели на диване, а Александр на стул перед столом.

– Екатерина, – начала Андрон Иванович, – Александр посветил вас в свою, так сказать, задумку, с которой я ему помогаю?

– Да, – робко ответила Екатерина.

– Вы на это согласны?

– Да, – чуть помедлив, но уже уверенне сказала она.

– Хорошо. Теперь следующее, – он откинулся в кресле, – как вы решили поступить с ребенком?

Екатерина перевела взгляд с Андрона Ивановича на Елизавету, а затем обратно. Она теребил ремешок свой небольшой сумки через плечо.

– Я бы хотела, чтобы Елизавета воспитывала ребенка, – она не могла сказать слово «отдать», – после его рождения.

– Ага. Понял. Елизавета, вы на это согласны? Мне, просто, нужно все уточнить лично у каждого.

– Я согласна, – она подняла глаза от своих рук на мужа.

– Ну что же, раз все на все, – он улыбнулся, – согласны, то…, – он сделал паузу, которой воспользовался Александр.

– Андрон Иванович, а как это будет оформлено по бумагам?

– Вот об этом я и хотел сейчас сказать, – он тихо цокнул языком и продолжил, – мы можем сделать два варианта. Первый – Елизавета рожает, в кавычках, здесь.

– Моя жена не может рожать. Это прописано во всех ее больничных документах, – вставил Александр.

Андрон Иванович посмотрел в сторону Елизаветы и та тихо, кивнув, сказала:

– Да.

– Тогда другой вариант остается у нас вами… Вы усыновляете ребенка сразу по его рождению. Имя матери, по ее же инициативе, в документах, скрывается. Ну не хочет человек, чтобы о нем знали. Подписав все нами подготовленные бумаги, вы становитесь родителями, – он указал руками на Елизавету и Александр, – как только ребенок появится на свет. Соответсвенно, по вашим бумагам, – он обратился к Екатерине, – ребенок умер. Как-то все вот так, – ему словно было самому немного неловко от того, что он сейчас сказал.

Александр чуть барабанил пальцами по столу. Сейчас это был единственный звук в кабинете.

– Ну что? – спросил он, посмотрев на сестру и жену, – что решаем?

Женщины сидели, не смотря друг на друга, да и не смотря ни на кого. Екатерина быстро водила пальцами вдоль ремня сумки, а Елизавета положила ладони на колени и смотрела на них. Елизавета не хотела говорить первой, потому что считала, что все в данной ситуации зависит от Екатерины. Екатерина же колебалась, сама не понимая перед чем. Она готова согласиться, но не может этого сделать. Наконец Екатерина подняла голову и посмотрела на брата, перестав теребить ремень.

– Я, – начала она, – я, – слезы наворачивались на ее глазах. Елизавета взял ее ладонь в свою, – я готова к этому, – через силу произнесла она.

И в этот момент никто из присутствующих не знал что сказать. Елизавета стала успокаивать Екатерину, а мужчины сидели и смотрели на них, изредка отводя взгляд.

– Мы ко всему готовы, Андрон Иванович, – сказал Александр, повернувшись к главврачу.

– Ну хорошо, – немного растеряно сказал Андрон Иванович, – тогда…Мы кладем Екатерину на стационар через три дня. Хорошо? – ни к кому конкретно он не обратился.

Никто не ответил.

– Кать? – обратился Александр к сестре.

Та подняла красные глаза на брата.

– Ты ложишься через три дня сюда.

– Хорошо, – она искренне улыбнулась.

– Отлично, – Андрон Иванович встал. Поднялся и Александр, – тогда жду вас здесь через три дня на четвертый, – он улыбнулся, – еще позвоню накануне вам, – он указал на Александра.

– Хорошо. А ничего, что у моей сестры не отрицательный резус?

– Несмотря на специфику нашего родильного дома, никто не запрещает здесь рожать всем, – он улыбнулся.

Андрон Иванович вышел из-за стола и подошел к Екатерине, которая только что встала вместе с Елизаветой.

– Не переживайте, Екатерина, – они «встретились» глазами, – все будет хорошо. Я сам буду принимать у вас роды и все организовывать. Обещаю вам, – он говорил это очень искренне и доверительным голосом.

Екатерина улыбнулась уже шире, не только губами, но и глазами.

– Хорошо. Спасибо вам.

– Спасибо будете говорить позже.

Они распрощались, а через несколько минут Александр уже заводил машину, чтобы поехать обратной домой. Только он знал, что Андрон Иванович не главврач роддома, а фигура еще чуть более крупная. Екатерина помнит его как главврача, но с того времени произошли изменения, о которых рассказал ему отец, когда Александр брал у него телефонный номер.

Через три дня Екатерина уже лежала в палате. Все необходимое она взяла с собой. Ей дали отдельную палату с хорошими, как и во всем роддоме, условиями. Александр и Елизавета проводили ее, помогли устроиться, а затем поехали домой, обещая навещать каждые выходные, а возможно и чаще. Созваниваться они могли каждый вечер.

Немало предстояло здесь пробыть Екатерине, но это был единственный способ, чтобы сохранить ребенка в семье. Благо, время в больницы разбавлялось различными процедурами, общением и проходило в начале довольно быстро. Екатерина и не заметила как прошла неделя. И когда ее приехали навестить брат с женой, хоть они и за день договаривались, она уже успела это забыть.

Однако, в больницы оставалось и много свободного, «не убитого» времени. Екатерина много вязала, хотя последний раз в жизни делала это несколько лет назад. Но вязание помогало и отвлечься от всего, и время проходило очень быстро. Брат привез ей множество книг, включая «толстые», как «Отверженные» или «Американская трагедия», которые предстояло читать долго. Екатерина их чередовала с «легкой» литературой детективов или приключений.

Так и проходили дни Екатерины. Она ни разу не скучала, но иногда грустила. А еще она до последнего момента не сможет узнать судьбу своего ребенка, до появления которого остается уже не так много времени.

Александр и Елизавета тоже, конечно, беспокоились за Екатерину. Для каждого такая ситуация была новой и неизвестно к чему все приведет. После каждого посещения Екатерины, Александр слушал музыку и, обычно, не самую позитивную. Трудно сказать, такой выбор был вызван состоянием души после встреч с сестрой или же просто он сделала выбор в пользу такой музыки. Он прослушал альбомы групп: Телевизор «Мечта самоубийцы», Агата Кристи «Декаданс», Pink Floyd «Atom Heart Mother».