Любимая для эльфа 2 - Astra Maore

Иногда далеко не уносил — Тамико смехом и ласковыми речами ослабляла его бдительность, а потом начинала ловко брыкаться, и уже оба падали в траву. Лукас обожал разнообразную зелень, весь доверенный ему мир цвел, а уж его дом был самым пышным уголком растительного рая!

Они целовались или просто лежали, взявшись за руки, касаясь друг друга телами, и оба ощущали целостность.

Когда двое — одно.

И любая активность — умственная ли, физическая — друг без друга бессмысленна.

Все друг для друга или вместе.

И только так.

Глава 410. Папа, мама, сын

Будучи почти абсолютно уверен в сути истинных отношений между Лукасом и Тамико, Флавиан опасался потревожить их хрупкое равновесие. Помешать счастью влюбленных своим нежелательным присутствием, да и откровенно говоря, нарываться на гнев царевича, чье могущество росло, Флаву совершенно не хотелось.

Флавиан тосковал по Тамико, заполняя нишу невыплаканных слез работой, в которую входили и вечеринки, а также свиданиями с Ланой — Флавиан теперь жизни не представлял без человеческой девушки, хотя и не знал пока, когда сделает ее анамаорэ.

Тамико, обычно чуткая, чувства названного сына не ощущала, косвенно подтверждая этим свою поглощенность любовью. Впрочем, раз в неделю она стабильно звала Флавиана в гости, когда Лукас отсутствовал. Оба по молчаливому согласию избегали обсуждения, как воспримет их встречи собственник и ревнивец. Знали, что Лукас может войти домой в любой момент и просто ждали, когда это случится.

Лукас также испытывал легкое замешательство — разумеется, ни одно появление Флава в его владениях не прошло им незамеченным, но Лукас не планировал кардинально и моментально менять уклад жизни Тамико, оставив ей нечто очень дорогое из прошлого «без него».

В то же время ситуация оказывалась двусмысленной, и Лукасу следовало что-то предпринять.

* * *

Названные мать с сыном расположились в беседке, точной копии беседки в поместье Магнуса. Флавиан уселся у ног Тамико, доверчиво склонив голову ей на колени. Тамико заботливо перебирала и гладила его длинные волосы, нежно воркуя мотив популярной песни.

Бессмысленная ревность пикой вонзилась в его сердце, Лукас выждал несколько секунд, успокаивая себя, а затем материализовался рядом со «сладкой парочкой».

Его интересовала реакция Флавиана, и Лукас не обманулся: раскосые, чуть удлиненные глаза актера озарил испуг. Конечно, Флав считал Тамико матерью, но где-то в потаеннейших глубинах души упокоились другие мотивы…

Тамико же улыбнулась Лукасу совершенно беспечно:

— Лу, привет!

Флавиан, внутренне ежась под спокойным взглядом внимательных синих глаз Лукаса, выпрямился, оставаясь, на полу:

— Я пойду, пожалуй?

— Тами, привет! — поздоровавшись с любимой, Лукас остановил Флава жестом руки. — Куда это ты пойдешь? Какие у нас проблемы? Папа, мама, сын — все в сборе, — белоснежные клыки Лукаса заметно выделялись в полутьме. — Расслабься. Тами, почему ты прекратила его гладить? Давайте посидим все вместе, поболтаем…

Скрытые угрозы, легкое напряжение — оценив обстановку, Тамико обеими руками взяла Флавиана за голову и притянула его обратно к себе на колени, указав Лукасу на скамейку с другой стороны от себя.

Лукас продолжил драматизировать:

— Неужели вы что-то от меня скрываете?!

Тамико прыснула: «Вот еще!», Флавиан выдал короткое: «Нет».

Лукас улыбнулся:

— Давайте привыкать друг к другу.

Тамико мысленно прошептала ему:

— Лу, Флав слишком впечатлительный! Не дави!

Лукас парировал:

— Жулик он и твоей добротой пользуется. Ладно, так и быть.

Вложив в ладонь энергию благодати, Лукас, нагнувшись к Флавиану, сам пару раз провел по его мягким прядям.

— Все хорошо. Приходи сюда, когда угодно. Ко мне, к Тамико, к нам.

Вопреки собственным неявным страхам, Флавиан с удивлением ощутил уют и устроился поудобнее, позволяя нежить себя «маме» и слушая их беседу с «папой».

Глава 411. Козни

Злые слезы жгли щеки Эс — она пыталась отпустить ситуацию, но не смогла. У ее светловолосого избранника была другая женщина, его законная жена.

Интимные игры с Магнусом приносили Эстелле удовлетворение, но бог не скрывал, что со временем позовет еще прислужниц, впрочем, простые девушки анамаорэ и так имели доступ к его роскошному телу!

Вспоминать Лукаса с его псевдосоветницей Эстелле не хотелось вовсе.

Все счастливицы были менее красивы, чем она, менее могущественны, менее… И тем не менее, любовью наслаждались они!

Эстеллу передернуло от отвращения, когда перед ее внутренним взором встала картина эмбриона в животе Колетт — эта человеческая дурнушка считала, что ее муж принадлежит ей?! Как бы не так, Эстелла не собиралась позволять такой несправедливости сотрясать миры!

Сначала стоило провести расследование — если Роберт общался с Магнусом, он мог контактировать и с другими анамаорэ, те наверняка сдали бы Эстеллу, начни Роберт выяснять ее личность и опиши другим анамаорэ ее внешность.

Расчет оказался верным: Роберт привечал Оливера, а уж насколько Эс представляла характер Оливера, тот не стал бы держать язык за зубами.

Эстелла желала быть страстным наваждением, грезой — формально связь с Робертом не вышла бы за рамки допустимой у людей фантазии, в то же время теша самолюбие Эс.

Десятки масок — опытным путем ей предстояло выяснить, на что Роберт отзовется. Эстелла не планировала уже показываться ему в реальном обличье, оставив ментальным клонам свой истинный характер.

Эс не верила в чудеса, но все же глупо на что-то надеялась, допуская и вариант, что этот человеческий любовник ей попросту надоест спустя время.

Кроме того, чрезвычайно важным был факт, что объект ее мечтаний жил в южном городе, за которым ее бывший въедливый и дотошный муж Лукас не следил.

Змеей Эстелла прокрадывалась в жаркие мысли Роберта, соблюдая осторожность — поцелуи, мягкое скольжение тела по телу, незамедлительное растворение, едва Роберт начинал распаляться, Эстелле доставляло удовольствие манить его и дразнить.

Магнус больше не делал ей замечаний.

* * *

Уловки Эстеллы продолжались недолго.

К ее сильному разочарованию, характеры мифических любовниц интересовали Роберта не менее, чем их внешность — одна и та же суть в разных обличьях вскоре наскучила ему. Кроме того, Роберт не желал привязываться к определенной грезе.

Тотчас всплывало его «приключение» с Тамико, грозившее поломать многие жизни, вздумай Роберт добиваться вожделенного в реальности.

Строжайшая дисциплина и дивный танец разума как итог — Эстеллу разозлили его жесткие условия, и она ушла из горячих фантазий Роберта.

Прежняя Колетт заподозрила бы неладное, но нынешняя, беременная