И одной любви достаточно - Иван Цветков

Боль. Сейчас ты получишь её. Засовываю свой член в её раздолбленную пизду и обхватываю руками её шею. Постепенно она начала синеть. Да, давай, мучайся, только не подыхай. Хотя и твой труп выебу. К носу подступает новая порция крови. Ты хотела моей крови? Получай! Да, выхаркиваю кровь прямо на лицо этой татуированной шкуры. Руками, которые теперь были свободны, или точнее сказать пальцами и ногтями Варя попыталась вспороть моё брюхо.

Боль. Пресс и грудь горят. Словно ты свинья на вертеле. Когда моя грудь и живот стали красными как угли на мангале, а бестия подо мной уже начала впиваться в глубь моей кожи своими сантиметровыми ногтями, я кончил. Прямо в неё. Но я не могу остановиться. Просто не могу.

— Не, сука, так просто ты от меня не отделаешься! — рявкнул я, слизав свою же кровь с её лица и перевернув девушку, я засадил свой инструмент вновь, избивая и сжимая упругую задницу. Вдоволь с ней наигравшись, я принялся точить свои не аккуратные ногти о спину этой проститутки словно кошка об доску. Да, я буквально раздираю свою добычу, ощущая чужую кровь, плоть и кожу под ногтями. Чувствую, что вот-вот кончу. Хватаю эту суку обеими руками за волосы и тяну на себя. Кажется, что если я ещё чуть-чуть сильнее стану тянуть, то сломаю ей шею. Так хочется сделать это самое лишнее движение. Кончили мы одновременно. Она, извиваясь и заливая своими вздохами всю квартиру, и я, притянув девушку к себе и пытаясь заглушить её овации своим тяжёлым выдохом. А потом я просто упал на кровать подле Вари.

— Фух, это, ах, был, уф, самый лучший секс в моей жизни! — переводя дыхание и восторгаясь мной говорила девушка. — Всё-таки ты не столь безнадежен.

— Да иди ты, сука тупая, — вяло ответил я, так как сил для слов просто не было. — Я в душ.

— Только вены не вскрой, — иронично подметила Варя.

— Не бойся, не вскроюсь. Я и так сегодня слишком много крови потерял.

Я еле доковылял до ванной. Всё тело болело. Расквашенный нос и голова, расцарапанная грудь, отбитый живот, усталость паховой области и всего что ниже. Смыв с себя всю кровь, я вышел из ванной, чтобы дать умыться и этой… даже не знаю, как её назвать девушке.

— Иди умойся, страшила.

— Ну, страшилой меня сделал ты.

— Могу ещё раз сделать.

— Ладно-ладно, только не бей, пожалуйста.

— Да иди ты. Сейчас тебе не получится развести меня на стыдливое отношение и чувство страха, так что сгинь.

Я лёг на пол, так как не было никакого удовольствия ложиться на кровать, которая уже успела пропитаться кровью и спермой. Свернувшись в позу эмбриона, я закрыл глаза. Спустя мгновение я ощутил, как ко мне прильнуло что-то мокрое, тёплое, мягкое. Не в силах открыть глаза, я закинул руку на это нечто. В ответ что-то обняло меня, и я окончательно провалился в сон.

Открыв глаза, я обнаружил на себя чей-то пристальный взгляд.

— Как спалось, мачо? — спросил взгляд.

— А? А, это ты, — постепенно приходя в себя и просыпаясь сказал я. — На удивление хорошо.

— Отлично!

— Да, спасибо тебе. Ну, за то, что легла со мной. Мне это понравилось, — сказал я это глядя куда-то в окно. Ссориться с ней сейчас никак не хотелось.

— Мы можем поговорить?

— А мы что сейчас делаем? Трахаемся?

— Можем и потрахаться!

— Нет, я не железный. И у меня не железный.

— Ну хорошо, я на самом деле тоже не хочу.

— Так что ты хотела сказать?

— А, я хотела поговорить о нас. О тебе. Мне. Честно. Максимально честно.

— А, ну ладно. Говори.

— Хм, окей. Ты ничтожество. И я серьёзно. Ты постоянно ноешь, ты пассивен, жалок, не имеешь никаких целей и устремлений. Ты ничего не хочешь. Тебе не хочется жить, но при этом у тебя кишка тонка покончить с собой. А что самое главное, так это то, что безэмоционален. Ты не способен ни радоваться, ни любить, ни ненавидеть. Ты вообще ни на что не способен. Полнейшее ничтожество.

— Спасибо. Я как будто этого не знал.

— Теперь расскажи ты обо мне что думаешь.

— Не хочу.

— Не будь блядь тряпкой! Говори!

— Ладно-ладно. Ты стерва. Богатая дура мажорка. Пацанка и хабалка. Татуированное чмо, которое ничего не может, кроме как бухать и трахаться, трахаться и бухать. Всё. Довольна!?

— Да, вполне.

— Но всё-таки, если я настолько убогий, то на кой чёрт ты подцепила меня. Ты познакомилась, ты звала на свидания. Зачем?

— Всё просто и сложно. Видишь ли, я проповедую здоровый эгоизм. Я использую людей для получения того, что мне хочется. Да я вообще делаю то, что хочу! И когда я увидела тебя, я поняла, чего хочу.

— Животного секса?

— Не только, — ухмыльнулась Варя. — Я захотела изменить тебя. Не знаю почему. Просто захотелось. Просто ты был таким жалким. Так что я захотела помочь тебе. Можешь считать меня альтруисткой.

— Не слишком сложное слово для тебя?

— Да пошёл ты. Я хочу, чтобы ты брал всё. От жизни и от людей. Секс? Пожалуйста! Ты симпатичен и умён. Благодаря первому ты будешь нравиться большинству, а благодаря второму находить ключик к сердцу каждой. Пацанка и хабалка как я? Споил на вписке и вперёд. Ранимая девственница? Сыграешь чуткого, доброго и нежного Ромео. Получение материальной выгоды? Да тоже самое. Так что бери от жизни всё, если не хочешь быть и дальше ничтожеством.

— "Что ты выберешь: стать врагом Бога или быть ничтожеством?"

— Что?

— Цитата из "Бойцовского клуба"

— Если ты это запомнил, то явно не с целью оправдания своей ничтожности, так?

— Верно. Слушай, Варя, я тебя понял, но я пойду прогуляюсь, мозги проветрю.

— Хорошо, я закрою за тобой.

Нескоро одевшись, я направился к выходу.

— Ладно, давай, пока, — сказала Варя, а я же встал как вкопанный на минуту, после чего ответил ей.

— До встречи.

И я вышел навстречу бесконечному рою мыслей. Первой, и самой волнующей из которых стала мысль о том, что я дважды кончил в девушку, будучи без презерватива. Вот чёрт! Хотя… Варя — та девушка, которую даже уговаривать на аборт не надо.

В голове всё перемешалось. Образы всплывали один за другим. Беззаботное детство, походы в церковь, учение добродетели, любовь, писание стихотворений "богиням