Мама для будущей злодейки - Хэйли Джейкобс

– Да, а еще рифмоплетсвтво, – фыркает Альтан, проходя вперед.

Фрэнк улыбается, в уголках его глаз собираются морщинки.

– Это только хобби. На досуге я люблю сложить сонет – другой, миледи.

Старец подмигивает мне и подходит ближе.

– Итак, с чем пожаловали? Лекарство от той хвори Леви почти закончила, к счастью, сорная велветория действительно оказалась тем ингредиентом, которого нам не доставало.

Щурюсь в сторону жениха. Об этом мы с ним еще не говорили. Конечно, я предполагала, что Мидас с Блэйном связаны и урожай из редкой для нашего континента травы принцу будет не лишним, оба мужчины информированы лучше меня, наверняка факт заболевания лихорадкой наследника престола не единственный выявленный в империи, отдельные случаи должны были уже появиться. Так что ничего удивительно, что превентивные меры по подготовке партии панацеи от этой заразы уже идут вовсю.

– Что? – спрашиваю, когда Альтан уж больно долго и пристально вглядывается в мое лицо.

Он качает головой и переводит внимание на лекаря.

– Фрэнк, можешь проверить, Эрин какое-то время травили снотворным со всякой примесной гадостью. Последствия могут наступить не сразу, я волнуюсь.

Старик меняет выражение лица с добродушного на серьезное.

Следующие полчаса надо мной проводятся какие-то непонятные современному человек тесты. Да, сначала Фрэнк учиняет вполне обычные осмотр, кладет на запястье пальцы, проверяя пульс, и спрашивает, на что жалуюсь, но после начинается кое-что поинтересней.

Лекарь достает с соседней полки бутылочку и просит меня осушить до дна ее содержимое. На вкус как сладкий травяной сироп. После этого мне на голову кладут руки и по всему телу расплывается незнакомое, но при этом приятное тепло. Фрэнк закрывает глаза, под сомкнутыми веками они начинают лихорадочно двигаться.

– Да, тут нормально все…А печень…хорошо…

До меня наконец доходит, что лекарь проводит какое-то похожее на КТ или МРТ сканирование. Только вместо компьютера он использует собственный мозг и органы чувств.

Через десять минут руки с моей головы убирают и Фрэнк распахивает глаза, довольно кивая.

– Все хорошо. Все органы в порядке и работают как положено. Конечно, нужно еще взять кровь на опыты, посмотреть, не осталось ли остаточных следов отравы. А так, организм молодой, хотя и был сильный нервный срыв в начале весны, сердце в порядке и системы все целы.

Стеклянным шприцом лекарь забирает из вены на сгибе локтя кровь, процедура не слишком приятная в любом из миров, и отпускает, заверяя, что сообщит Альтану о результатах.

Заверения лекаря мужчину порядком успокаивают. Морщинка меж бровей исчезает. Волновался больше меня, причем на пустом месте, я же не жаловалась ни на что, да и умирать в ближайшее время не собиралась и не собираюсь.

– Скоро уже Печеньку забирать, поехали домой.

Губы жениха растягиваются в довольной улыбке. Он переспрашивает:

– Домой? А мне можно будет остаться?

– Только если в гостевой, – сдаюсь я.

Мы садимся в экипаж и отъезжаем от лечебницы прочь.

– А почему там было так пусто? Разве в таком оживленном районе города у Фрэнка не должно быть отбоя от пациентов?

Альтан смеется.

– Этот старик далеко не простак. Он знает себе цену, даже одна микстура от кашля его авторства стоит баснословных денег, на которые можно купить хорошего коня. Все в курсе, что он лечит венценосное семейство и его приближенных, поэтому о расценках тоже многие в курсе. К нему за помощью пойдет только тот, кто может себе такое позволить, вот почему там так пусто. И тем не менее, находятся пациенты.

Округляю глаза, у меня ступор. Ну, понятное дело, что бесплатной медицинской помощи в этой стране нет вообще, но как может существовать настолько дорогое заведение?

– Погоди, – доходит до меня не сразу. – Сколько я должна за этот прием?

– Брось, Эрин. Фрэнк записал все на мой счет. Это ерунда, – отмахивается Альтан.

– Сколько?

Мужчина отводит взгляд.

– Не скажу. Иначе потом ты вообще откажешься к нему ходить, а мало ли что в будущем случится, его услуги могут еще нам потребоваться. Фрэнк в своем деле лучший, поэтому берет дорого. Со всех. Знаешь, сколько заплатил император за лечение Блэйна?

Пожимаю плечами.

– Да мне плевать, сколько заплатил император, что важнее… – не договариваю, уловив на себе изучающий взгляд голубых глаз. – Что?

– Ты не должна была знать про недуг кронпринца. Но совсем не удивилась, – медленно отвечает мужчина.

– Ты меня проверял?!

Внешне я возмущена, но спина холодеет от страха. Плохое предчувствие. Ловко он меня подловил, не из приятных ощущение оказаться обманутой. Да, я думала, что готова к разговору, но ожидала чего-то другого.

– Да. Еще тогда, когда Фрэнк обмолвился про лихорадку ты вела себя так, будто знала. И про лекарство ведь тоже…поэтому решила продать весь свой урожай? Потому что эта велветория полевая важный компонент для изготовления лекарства? То есть ты не просто знала про эту хворь, и про то, что ею болел Блэйн, но и знала про целебные свойства этой травы, и про то, что случай принца не будет единичным и грядет эпидемия. Да, именно поэтому в той деревушке целые поля засажены этим самым сорняком. Ведь дело было не в бизнесе по изготовлению саше и парфюмерных композиций. Тебе с самого начала было известно, что лихорадка расползется по стране, и что я ищу лекарство. Поэтому ты ко мне и пришла, верно?

Что и требовалось ожидать от мастер гильдии по торговле информацией. Мозг у него работает шустро и схватывает на лету. Альтан не обвиняет, тон его голоса ровный. Но есть что-то в его выражении лица. Какое-то недоверие или разочарование. А может, обида? Но тем не менее, я могу разглядеть и заботу, и даже несвойственное Альтану отчаяние. Словно это не я в угол загнана, а он.

– Если верить словам той женщины, та Эрин и эта, что сейчас передо мной словно два совершенно разных человека. Я слушал и задавался вопросом, действительно ли прошлая ты могла быть способна на то, чтобы пренебрегать нашим ребенком и унижаться ради мужчины, который явно далеко не хороший и надежный человек, но тем не менее женатый на твоей подруге. Я гадал, что могло произойти, что могло привести к таким разительным переменам, обвинял