Опальная жена для кронпринца. Право на любовь - Мария Вельская

Муха шевельнула лапками, расправила крылья — и переместилась вверх по маске, вызывая искреннее отвращение.

— А, вот и главное блюдо, — заговорщик рассмеялся, как будто всё происходящее его ужасно забавляло. На моё плечо легла тяжелая ладонь.

— Приятного аппетита, — над ухом раздался шелестящий холодный смешок.

Я слегка повернула голову, напоровшись на внимательный, взгляд кронпринца, полный едкой иронии. Он казался совершенно невозмутимым. Наших спутников в этой тьме не было видно.

— Иди, — меня легонько подтолкнули в спину, — прогуляйся, Аэри. Не беспокойся, тебя никто не тронет. — Лицо наследника было совершенно безмятежным.

— Я бы не был в этом так уверен, — мужчина в маске легко запрыгнул на огромный валун, свесив ноги.

Я ощущала его мощь на каком-то инстинктивном, почти зверином уровне.

— Достаточно того, что уверен я. Иди, — в голосе Шаннера было столько власти, что я бы не осмелилась возражать, даже если бы была против.

Но я была «за». Я понимала, что он хочет сделать.

Короткий кивок. Поклон. Безмятежная улыбка монстру, сидящему на глыбе камня.

— Что, вот так просто уйдешь? Думаешь, тебя кто-то защитит, маленькая Сорлейн? — Глава ордена «Золотых мух» прицокнул языком.

Кинжалы задрожали в ножнах. Жажда. Она кружила вокруг нас, жалила, пыталась прорваться наружу. Я хотела его уничтожить. Разорвать на части. За Кэса, за себя, за погибших друзей, за всех невинных жертв его планов.

Но моя роль была совсем другой.

— Я люблю гулять там, где поет мрак и стелется тьма. И знаю, что ты тоже это любишь, Кард Ринтерн, — я назвала его по имени, — прах, могилы, призраки, чужая слабость, твоя сила… Тебе это нравится, правда?

Я засмеялась, чувствуя, как в моей крови рождается то же безумие, что кипело в Шаннере. Казалось, он передал мне его частичку, чтобы я больше не боялась.

— О-о-о, — вы знаете моё имя. Я неприятно удивлён. Бедный мальчик, лишившийся мамы, девочка, которую продала семья, калека, изгнанный горгул, бывшая ш… — голос потонул в рыке.

Не стоит обзывать Маэни. Не то придет большой злой горгул и превратит вас в горстку камней. В лучшем случае.

— Хорошая компания. Спасители мира и империи. — Мужчина на камне легко взвился в прыжке вверх и плавно опустился на пол. Его движения и скорость завораживали. Опасен. Очень опасен. — Эй, горгул, ты не хочешь присоединиться ко мне? Я помогу тебе вернуть твой клан. Ты ведь хочешь уничтожить своего побратима, который тебя предал? — В мягком голосе послышались стальные нотки.

Мы с Шаннером переглянулись.

Глава Золотых мух нас просто забалтывал. Конечно, он пришел сюда не один. Но почему остальные не нападали?

— Сделай милость, перестань болтать и просто постой на месте, чтобы я мог тебя убить, — раздался ленивый голос Доргата.

Ярко-желтые глаза горгула двумя желтыми фонарями вспыхнули в темноте.

Я не расспрашивала о прошлом Доргата, но кое-что знала. Тот, кто мог стать вождём, сильнейшим Ведущим клана за тысячелетия, из-за предательства близкого друга стал изгоем, чудом избежав смерти.

Предложение убийцы было очень привлекательным. Если бы не одно «но». Доргат не желал проливать кровь своего племени. Не сейчас. И не так, как того хотел заговорщик.

— Ну, это же совсем не интересно. Почему вы такие тихие и скучные? Всерьез думаете меня победить? — Кард Ринтерн не повышал голос.

Но его слова эхом отразились от стен, усилившись во сто крат.

Тело сковало напряжение. Мне показалось, что совсем рядом я услышала шелест.

Где Малькольм Ринтерн? С того момента, как мы подошли к подземелью, я его не слышала и не видела.

— Ты рассчитываешь на заёмную силу, но забыл самое главное, — голос Шаннера вдруг тоже обрёл мощь, придавив гранитной плитой к земле.

Где-то послышался вскрик, и сверху вниз, как неудачная ласточка, спикировала фигуру. Рухнула на землю — и больше не пошевелилась.

— Ой, неудачно вышло, — в наступившей тишине раздался весёлый голос, вслед за ним — шарканье и то ли цокот, то скрежет.

Ещё мгновение — и из темноты вынырнул Накетча Сартау. В новом безразмерном балахоне, босой, худой с… длинной косой на плече.

Лезвие косы хищно отливало синей сталью. Только потому, что я почти не отрывала взгляд от старшего Ринтерна, я заметила, как дёрнулась его рука — как будто он хотел прикрыть горло. Он испугался.

Вслед за Сартау из темноты выступил…

Кто-то поперхнулся.

Если вам снятся кошмары — то вот и он, ваш кошмар наяву. Милая домашняя зверушка «мы и вас сожрём», победитель соревнований «Страхидла года», ежегодный призёр конкурса «Я по ваши души». Обаятельный, симпатичный, очень дружелюбный и зубастый скелет высотой метра три. Не знаю, кем он был при жизни. Сейчас это нечто напоминало зверя, вставшего на задние лапы. С длинным хвостом с булавой на конце, огромным черепом, в котором помещалась сотня зубов, и зачатками крыльев — коротких и смешных. Но кто в здравом уме будет смеяться над этим милашкой?

В глазницах чудовища пылала яркая зелень.

— Я тут понял, что прогулки по мрачным местам очень оздоравливают, — светским тоном заметил Сартау — и подмигнул — кому — неясно.

— На самом деле оздоравливают, — невозмутимо заметил Шаннер.

— Ты связался с Падальщиком. Какая мерзость, — в голосе главного заговорщика прозвучало искреннее осуждение.

— Ты уничтожаешь моих подданных, и питаешься их силой. Какая неприятность, неправда ли? — В тон ему ответил Шаннер.

— Попрошу, я не Падальщик! Малёк, нас обижают, — задумчиво сообщил Сартау своему страшному спутнику.

Шея скелета медленно провернулась вокруг своей оси.

Тело содрогнулось от мощи магии, которая скапливалась со всех сторон. Страшно? О нет! Я была в ужасе.

Это был тот самый ужас, который не сковывал, а заставлял двигаться вперёд с боевым кличем, закусывая врагом на завтрак.

— Смешно, — голос Карда Ринтерна заледенел, — но мне надоел этот балаган. Убить их.

В ту же секунду огромный зал озарила вспышка света. Медленно, неохотно, словно давая нам шанс скрыться, один за другим стали загораться древние светильники, вмурованные в стены. На черепах плясали искры чуждой магии.

Казалось, все тени ожили. Разом. Только инстинкты заставили меня упасть на землю, перекатиться, и отбить своим клинком другой. Передо мной смазанной тенью мелькнула высокая мужская фигура. В прорезях маски виднелись пустые холодные глаза убийцы.

На этот раз страха не было. Зал наполнился звоном оружия и шелестом клинков, грохотом магии и песней крови.

Я вдруг поняла — ему, древнему склепу, это нравится. И хозяину этого места — тоже. Нарушители покоя, те, кто пришел сюда с недобрыми намерениями, должны умереть. Моя обязанность — проследить, чтобы приговор