Любимцы фортуны - Тилли Бэгшоу

— Сходи один. И захвати мне банку диетической, ладно? — Она с нежностью улыбнулась.

— А где же волшебное слово? — поддразнил Макс, еле заметно касаясь ладонью ее груди в оранжевом купальнике.

Сиена чуть слышно застонала, улыбаясь. Ей нравилось все, что делал с ней Макс.

— Пожа-алуйста, — по-детски попросила она, делая умоляющее лицо. При этом ее ладонь нахально легла Максу между ног, где под плавками тотчас напрягся член.

— Хорошо, хорошо! — Макс поспешно вскочил, понимая, что даже пятисекундная задержка приведет к тому, что он никуда не пойдет. — Ваша диетическая кола уже в пути, ваше сиятельство. Никуда не уходи!

Сиена перевернулась на живот, смеясь.

— Уж за это можешь не переживать.

Как всегда в выходные, кафе было забито битком. Любители серфинга с длинными патлами, заплетенными в дреды, и покрытые темным густым загаром, с облупившимися носами и сияющими глазами, детишки богатых родителей из Беверли-Хиллз практически все выходные торчали на пляже.

Макс занял очередь за напитками позади двух подтянутых мужчин лет тридцати. Похоже, это были какие-то агенты, судя по их отбеленным почти до голубизны зубам, легким шортам, рубашкам «Армани» и наманикюренным ногтям. Один из них читал журнал и как раз проглядывал заметку о будущем фильме Дирка Мюллера, «Блудной дочери». Статейка сопровождалась фотографией Сиены с какой-то модной вечеринки.

— Слыхал новость? — спросил мужчина, тыча пальцем в журнал.

— А, дочка Макмаона? — откликнулся его спутник. — Да, я видел эту статью. — Как тебе эта Сиена? Ничего, да? Не такая костлявая, как другие модели. Отличные сиськи! Я бы такие помял.

Оба рассмеялись. У Макса перехватило дыхание. Он мрачно сверлил спины приятелей взглядом.

— Как считаешь, она может играть? — спросил первый мужчина, разглядывая фото Сиены. На картинке девушка стояла в обнимку с чернокожим парнем и зазывно улыбалась.

— Сомнительно, она ж модель, — ответил второй мужчина. — Я тут общался с одним парнем, который ее трахал.

— Что, серьезно?

— Ага. Глен Боуди, помнишь такого? Так вот он рассказывал, что эта Сиена весьма талантлива… если ты понимаешь, о чем я, ха-ха!

Мужчины громогласно расхохотались. У Макса почернело в глазах. Без предупреждения он схватил обоих за воротнички и поволок из кафе на улицу.

— Эй, парень, в чем дело? — возмутился первый мужчина, роняя папку с бумагами и пытаясь оторвать от себя пальцы Макса. В глазах его застыло неподдельное изумление.

Макс швырнул обоих на асфальт.

— Сейчас я скажу тебе, в чем дело! — рявкнул он, надвигаясь на пытающихся подняться мужчин. — Как ты смеешь трепать своим поганым языком о тех, кого даже не знаешь? Ты сказал, что Сиена Макмаон спала с каким-то козлом, которого ты называешь другом? Какого черта?!

— Да что тут такого-то? — встрял второй мужчина, который успел подняться, отряхнул шорты и сделал пару шагов назад, рассудив, что соперник выглядит слишком внушительно.

— Сиена — мой друг, — бросил Макс. — А вы говорили о ней… в неуважительном тоне.

— Неужто? Уж не знаю, что вы с Сиеной Макмаон за друзья, но я не врал, когда говорил о Глене Боуди, — заявил первый, более крупный, мужчина довольно заносчиво, поскольку счел Макса равным соперником. — Сиена спала с ним, и это факт. И твои кулаки ничего не исправят.

К спорящим подошли несколько зевак. Один из них, парень лет двадцати, огромный и мускулистый, словно бык, решил утихомирить Макса.

— Эй, дружище, охолони чуток.

— Отвали! — бросил Макс, даже не взглянув на него. — Эти придурки посмели…

— Мы не сказали ничего особенного, ты, псих! — крикнул один из мужчин, тот, что был похилее, еще больше отступая назад. — Или тебе больше заняться нечем?

Макс раздраженно сплюнул и зашагал к пляжу. Он видел вдалеке Сиену. Она лежала лицом вниз, ее ягодицы торчали вверх двумя соблазнительными полушариями, кожа слегка порозовела.

Макс приближался, словно шторм. Он понимал, что обвинять в чем-либо Сиену глупо, но не мог сдержаться. Одна мысль о том, что какой-то слизняк прикасался к его женщине, а потом трепал об этом друзьям, приводила его в бешенство.

— Сиена! — резко позвал он, когда до девушки оставалось несколько метров.

— А? — сонно откликнулась та, перекатываясь на спину. Полусонная, она даже не заметила, что лифчик перекосился, обнажая один сосок. — А где же напитки? — спросила Сиена, невинно глядя на Макса.

— Плевать на чертовы напитки! — пролаял он. — Прикрой грудь, Христа ради! Или тебе нравится, что на тебя пялится весь пляж?

Сиена покраснела и принялась поправлять купальник. Макс никогда не разговаривал с ней в таком грубом тоне. Это ее испугало.

— Что случилось?

Та, прежняя Сиена принялась бы немедленно вопить, брызжа слюной, в ответ на подобное отношение. Она велела бы Максу убираться к черту, и это вполне соответствовало знаменитому характеру Макмаонов. Но за последнее время многое изменилось.

— Ты спала с Гленом Боуди? — В голосе Макса звучало бешенство пополам с отчаянием. Сиене стало страшно. — Ты с ним спала, отвечай?! — рявкнул Макс еще громче, не дождавшись мгновенного ответа.

— Я не стану отвечать, если ты будешь говорить со мной в подобном тоне, — ответила Сиена дрожащим голосом. Она села и поджала под себя ноги, обняв колени, словно пыталась спрятаться от безумного взгляда Макса. — И кто тебе сказал такое?..

— Это не имеет значения! — Макс наклонился к Сиене. Теперь его лицо было всего в полуметре от нее. Та сила и мощь, которые совсем недавно Сиена находила уютными и комфортными, внезапно напугали ее до крайности. — Так это правда, отвечай?

Сиена откинулась назад, на лежак, в инстинктивной попытке отстраниться. Макс навис еще сильнее, и тогда она соскочила с лежака, быстро, словно маленький напуганный краб.

— Да! — выпалила она тоненьким голосом. — Это правда.

— Как ты могла?

Макс выпрямился. На его лице возникло выражение горечи, боли и презрения. Пожалуй, именно это выражение заставило Сиену, несмотря на безумный страх потерять Макса, начать защищаться.

— Что значит «как могла»? — воскликнула она. — Я же не спрашиваю, как ты мог спать со всеми этими модельками и официантками, которых ты так часто приводил в дом Хантера! Ты не святой, Макс, и я тоже не претендую на роль ангела. Да, я спала с Гленом. И что? Да, да, я ужасная, отвратительная шлюха! Ты это хотел услышать? Это?

Макс растерянно смотрел, как Сиена разрыдалась, торопливо хватая полотенце и пряча в нем лицо. Все ее тело сотрясалось от плача, сквозь махровую ткань слышались ужасные всхлипывания. Макс сел на лежак и потянул Сиену к себе, сажая на колени.