Список жертв - Джулия Гарвуд

— Что ж… — Эйден помолчал, потом сказал уверенно: — Я могу убедить Спенсера и Уокера пересмотреть цифры и удвоить бюджет фонда на следующий финансовый год.

— Спасибо, — искренне ответила Риган. — Пожалуй, я тоже сделаю тебе приятное. Я не стану противиться твоему решению по делу Эмерсона.

— Эмили взяла отпуск на недельку. — Он подмигнул. — А когда вернется — начнет искать новую работу.

Риган едва сдержала торжествующий возглас. Вместо этого она кивнула и сдержанно сказала «спасибо».

— Еще что-то хочешь обсудить? — поинтересовался брат.

— Пожалуй, на сегодня все.

Честно сказать, ей ужасно хотелось поплакаться ему насчет Алека, но это невозможно. Да и что рассказывать-то? Всего одна ночь… Еще пять дней — и Бьюкенен вообще уедет из Чикаго. Она никогда его больше не увидит. Все было известно с самого начала, так что жаловаться не приходится…

Пять дней Риган изо всех сил пыталась занять чем-то свою голову и руки. Работы над проектами пока было немного, и они с Генри посвящали большую часть времени разбору дел и реорганизации офиса.

Как и прежде, Алек каждый день являлся на дежурство. Как и прежде, он был мил и дружелюбен, но что-то в их отношениях неуловимо изменилось. Детектив Бьюкенен соблюдал дистанцию. Стал более сдержан, не дразнил ее и не подшучивал. И вообще всячески избегал ситуаций, когда они могли бы оказаться рядом. Более того, он менял тему всякий раз, как беседа грозила перейти на что-то личное. Риган мучилась сомнениями, не жалеет ли он о той ночи.

Потом Риган заболела. Она так и не поняла — то ли это вирус какой-то прицепился, то ли стресс вызвал такую реакцию организма, но вечером, когда Алек провожал ее до квартиры, ей стало нехорошо, и она провела кошмарную ночь: ее буквально выворачивало наизнанку. Лишь к полудню она пришла в себя настолько, чтобы спуститься в офис.

После обеда Эйден зашел к сестре, чтобы забрать подписанные контракты. Риган маленькими глотками пила чай со льдом и не слишком внимательно слушала его рассказ о новом отеле.

— Эй, сестричка, ты меня слышишь?

— Не знаю.

— Тебе нехорошо? — подозрительно спросил он. В детстве она иногда пыталась ускорить выздоровление, просто выбираясь из постели и объявляя, что абсолютно здорова, даже если ее шатало от слабости и сопли текли ручьем.

— Я в порядке.

— Алек говорит, что вчера ночью тебе было очень плохо.

— Да? А он откуда знает?

— Понятия не имею. Но он так переживал за тебя, что провел ночь в отеле.

— Алек? Он ночевал в отеле?

— Ну да. Говорит, спал на диване в твоей гостиной.

Риган была в шоке. Значит, все время, что она, как привидение, ползала в туалет и обратно, он был за дверью? Все слышал? А может, и видел, как жутко она выглядела…

Подумать только, что, если он ее видел? Риган вспомнила, как вчера мельком взглянула в зеркало: там отразилась замученная особа с нечесаными волосами и бледно-зеленой кожей.

— Эйден, как ты мог допустить, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии!

— Видишь ли, дорогая, он меня не спрашивал. Риган решила поменять тему:

— Я недавно встретила Пола. Он сказал, что теперь больше времени будет проводить в городе.

— Да, он устал от постоянных поездок и хочет чаще бывать с семьей.

— Значит, ты не против?

— С чего бы? Я сказал ему, что он нужен нам в любом качестве. Нет смысла терять ценного работника — проще будет перевести его на другую должность.

Риган подняла голову и увидела Алека. Он шел по коридору, остановился, чтобы выслушать рапорт дежурного офицера… Ей не хотелось, чтобы он заметил, как она на него смотрит, и быстро отвернулась — и наткнулась на внимательный взгляд брата. В кармане Эйдена надрывался мобильник, но он игнорировал его.

— Ответь, пожалуйста.

Он достал телефон, отключил его и убрал обратно в карман.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — осторожно спросил Эйден.

— Я совершила глупость, — прошептала Риган.

— Какую?

«Я влюбилась. М-да, хорошенький ответ»

— Никакую. Просто устала.

Эйден задумчиво переводил взгляд с Алека, который предпринимал огромные усилия, стараясь не смотреть в сторону девушки, на Риган, которая боялась поднять глаза. Они оба выглядели трогательно-смешными и несчастными. Эйден вздохнул и негромко сказал:

— Он переходит на службу в ФБР.

— Да. — Она была удивлена, что брат смотрит на нее с улыбкой. — И что такого забавного?

— Я хотел бы увидеть Алека в тот момент, когда Уокер наймет очередного детектива, чтобы покопаться в прошлом Бьюкенена.

— Он не посмеет!

— Он решил проверить даже Денниса, хоть у вас не было ничего серьезного.

— Эйден, он уезжает.

— Я знаю. — Брат выпрямился. — Он идет.

Риган вскочила, едва не опрокинув стул. Стакан со столика неминуемо упал бы, если бы не Эйден. Она вздохнула, навесила на лицо улыбку и обернулась. Сердце ее дрогнуло. Он был еще лучше, чем она запомнила его со вчерашнего дня. Почти такой же шикарный, как в смокинге в тот вечер благотворительного бала. Совсем не растрепанный. Мокасины, брюки цвета хаки и темно-синий блейзер. Риган молчала, не доверяя своему голосу.

Алек кивнул Эйдену, улыбнулся ей и сказал:

— Сегодня ты выглядишь значительно лучше. — После чего решил, что светские обязательства выполнены, повернулся к ее брату и деловым тоном продолжил: — Ваш адвокат так и не перезвонил Гилу Хаттону, хотя тот оставил ему уже два сообщения. Возможно, вам стоит еще раз поговорить с ним.

— Сэм был в отпуске, — заметил Эйден, — но я полагал, что он уже вернулся. Я займусь этим немедленно.

Риган решила вернуться в свой кабинет. Мужчины шли следом.

— Я хочу, чтобы ваш адвокат связался с Гилом как можно скорее, не позднее завтрашнего утра. Если он этого не сделает, я сам приеду к нему в офис и найду нужные мне дела.

— Он позвонит.

Риган вызвала лифт и молча ждала, пока брат и Алек закончат беседу.

— Я разговаривал сегодня с лейтенантом Льюисом, — сказал Эйден.

— Не лучшее начало дня, — меланхолично заметил Алек. — Я попрошу вас не упоминать моего имени в связи с расследованием, так как это может навлечь гнев начальства на детектива Уинкотта.

— Почему?

— Если Льюис обнаружит, что, нарушая его запрет, я принимаю участие в расследовании, он не даст Джону Уинкотту повышение.

— Хорошо, что предупредили. Я скажу Сэму, и от нас он ничего не узнает.