Список жертв - Джулия Гарвуд

— А что ты решил сделать с мебелью и всем барахлом, которое не влезло в машину?

— Все перейдет вместе с квартирой следующему хозяину. Я забираю только одежду и кое-какие личные вещи.

— А кому достанется остальное? Кто будет жить в твоей квартире?

Гил, как всегда, совал свой нос куда не просят, но пока его интерес не переходил за рамки, Алек был не против:

— Его зовут Генри. Он переедет на следующей неделе. И ты его не знаешь.

— Ну… а не тот ли это Генри, что работает на Риган Мэдисон? Бьюкенен рассмеялся:

— Ты неподражаем! Как всегда в курсе. Скажи, есть ли что-то, что тебе неизвестно?

— А как же! Выигрышные номера лотереи, например. — Гил взглянул на небо и добавил: — И еще я не знаю, успею ли добраться домой до того, как начнется дождь.

— Слушай, а чего ты вообще приехал?

— Видишь ли, дружище, у меня нет мобильного телефона.

— Я знаю.

— Я их не люблю, — задумчиво продолжал Гил. — Кроме того, теперь, после того как я вышел в отставку, это вообще лишние расходы. Может, и имело бы смысл тратиться, если бы я много путешествовал, но последнее время я и из города-то никуда не уезжал. До любимых баров и ресторанов я хожу пешком. Бар «У Финнегана», например, всего лишь в квартале от моего дома.

— Не стану спорить. Не хочешь пользоваться мобильником — и не надо.

— Я пытался дозвониться по домашнему телефону, но ты не брал трубку. Наверное, возился здесь, на улице.

— Наверное.

— Ну вот я и решил проехаться поболтать… раз уж дождь на время перестал. Говорят, Уинкотт и Брэдшоу арестовали убийцу Суини.

— Да.

— А еще я слышал, что ты не удовлетворен тем, что дело закрыли, и считаешь, что они взяли не того парня. Это так?

— Так-то так, да что толку. Они уверены, что Моррис виновен, и моя точка зрения никого не интересует.

— У них есть улики.

Алек молча передернул плечами, тогда Гил продолжил:

— Я слышал, Уинкотт считает, что ты слишком близко к сердцу принял это дело… если ты понимаешь, что я хочу сказать.

— Нет, не понимаю. Будь добр, объясни. — Теперь вопросы стали раздражать Алека, но Гил сделал вид, что не замечает этого.

— Ну вроде как у тебя в этом деле появился личный интерес.

— К чему столько вопросов? — буркнул Алек.

— Сейчас объясню. Когда я услышал про арест, я подумал, что уже нет смысла копаться в прошлых неприятностях семейства Мэдисон. Ты ведь именно это мне поручил, не так ли? Но потом я подумал, что если бы Алек был уверен в виновности Моррисона, он позвонил бы мне и отменил заказ. Так? Или ты просто забыл это сделать?

— Ничего я не забыл.

— С девушкой все в порядке, и там совершенно не за что зацепиться. Но ты ведь и так это знаешь, да?

— Да. Что насчет ее братьев?

— Никто из них никогда не был под арестом, и ни на одного нет дела в полиции.

— Это я тоже знаю.

— Кое-какие неприятности были у Уокера. Он самый публичный человек из всего семейства и хорошо известен как гонщик. Говорят, он действительно хорош в этом. Кроме того, у него есть деньги, и он этого не скрывает. А ты знаешь, как завистливы люди: стоит им увидеть парня с деньгами, и многие жаждут потрясти его хорошенько.

— То есть у него были проблемы?

— Аварий было много, но серьезных только две. Один случай со смертельным исходом. Уокер не был виноват, и в обоих случаях отделался синяками, даже ранен не был ни разу. Не иначе парень заговоренный. Одна авария случилась в Висконсине, и там все предельно ясно и совершенно бесперспективно с нашей точки зрения.

— А другая?

— Тут все не так просто. Дело было во Флориде. Человек, которого полиция считала виновником аварии, умер на месте. Страховая компания выплатила компенсации пострадавшим. Как обычно бывает в таких случаях, среди раненых были и симулянты, и настоящие жертвы аварии.

— Но Уокер не рассматривался как виновник?

— Нет, — ответил Гил. — Я жду кое-какую информацию от полицейского офицера, который первым прибыл на место аварии. Надеюсь, он расскажет мне что-то, чего я не знаю. Потом я свяжусь с тобой… если ты уверен, что стоит продолжать это расследование. Ну, что скажешь?

— Продолжай копать, — не задумываясь отозвался Бьюкенен.

Гил уехал, и Алек вернулся в дом, чтобы продолжить сборы, но никак не мог сосредоточиться даже на такой тупой работе. Все валилось из рук: он думал о Риган. Может, он просто чувствует неудовлетворенность из-за того, что не мог принимать активного участия в расследовании? Действительно ли стоит напрягать Гила и копаться в прошлом?

Бьюкенен подхватил коробку и пошел к машине. Почему ему все время кажется, что Питер Моррис не может быть в ответе за убийства? Никакого внятного объяснения не находилось… только чутье подсказывало ему, что это было слишком просто, чтобы оказаться правдой.