Фанатки #2 - Яна Миа

– А где Альма?

– Уехала на съемки – рекламный контракт. Ну и ее должны видеть в Нью-Йорке, пока я активно свечусь здесь.

– Так, может, нам стоит поговорить где-нибудь вне дома?

– Не хочу, – устало откликнулся Энди, насыпая чай в заварник. У него был пунктик на хорошем рассыпном чае, который нужно правильно заваривать, настаивать и подавать. Скайлар умилялась этому каждый раз, когда сталкивалась с чайными церемониями Энди Рэндфорда. – Хотя бы со своей командой я могу общаться когда и где захочу? Не стоит делать этот разговор достоянием папсов.

– Полностью согласна, – Скай обрадовалась такому решению. Играть на камеру, улыбаться, ходить по нужным улицам и садиться за нужные столики – это утомляет. И немного унижает, конечно, словно кому-то позволено управлять тобой. – Расскажи мне, что планируется по трюку?

Энди не стал спрашивать, остается ли она. И уточнять, насколько она готова погрузиться. Он поставил на стол чайник, чашки, любимое Альмой печенье с веганским шоколадом и бережно завершил композицию заварником, из которого доносился аромат бергамота.

– Сначала выйдет несколько статей о том, что Марайа беременна – с подтверждениями инсайдеров^[21], естественно. Затем начнут гадать, кто же отец, и выбор падет на меня, ведь мы мелькали в объективах последние месяцы. И продолжим это делать, кстати. Я откажусь комментировать это, а тест на отцовство отложат до рождения ребенка по «медицинским показаниям». Альма же в это время будет появляться на людях без меня, в компании других мужчин. А на пресс-туре мы снова добавим искры для тех, кто верит, что Альди – реальны.

– Отвратительно, – вырвалось у Скай раньше, чем она успела закрыть рот.

– Да, – согласился Энди. – Но, как я и говорил, у меня нет выбора. Отказаться от трюка – это не только нарушить контракт, это позволить рейтингам сериала упасть еще ниже. Огромная команда без работы, актеры с меткой «закрытое шоу»… Нам нужно довести «Рухнувшие небеса» до логического финала, уйти красиво – тогда у каста будет возможность получить новые достойные роли.

– Так много зависит от одного ребенка?

– В пиаре порой все может зависеть от одного слова, не то что от ребенка.

– А что будет потом? – Скай отламывала маленькие кусочки печенья, чтобы чем-то занять руки и успокоиться.

– Потом… сделают тест, мы с Марайей скажем, что никто из нас не подтверждал, что это мой ребенок. И все вернется на места. Мы получим резонанс, рекламу, деньги и рейтинг.

– А что будет с Альди?

– В смысле? – Энди разлил чай по чашкам, но не сделал ни глотка.

– После всего этого вам разрешат открыться?

– Не думаю. Не раньше, чем завершится сериал.

Скайлар встала из-за стола и подошла к окну. О стекло билась маленькая мошка, которая никак не могла понять, что мир, который она видит, – фальшивый. Ей не справиться, не пробиться через стекло, но сдаться она не может. Бьется, надеется и не перестает быть собой.

– Я не могу, – произнесла Скай, не оборачиваясь к Энди. – Я понимаю, для чего все это делается, но не могу поверить, что всех устраивает использование ребенка. И я сейчас не про тебя. Про команду, про чертовых пиарщиков, которые, как падальщики, только и ищут отбросы, про Марайю. Она разве не понимает, что ее ребенка ждет ад?

– Не надо судить людей, Скай.

– Я и не сужу, – она наконец развернулась, чтобы Энди видел, насколько больно ей дается это решение. – Я просто не принимаю такую правду. Она – не моя. У меня на руках маленький ребенок, а я буду портить жизнь другому, пока качаю ее кроватку? Не могу…

И в этот момент Скайлар сдалась – впервые, наверное, за долгие годы. Она рыдала на плече у Энди, словно это ее ребенка собираются выставлять в газетных заголовках и тыкать ему в лицо объективами камер. Вся холодность и твердость, что наросли на ней за годы материнской нелюбви, разом рухнули, едва появилась Кэр, и теперь дети для Скай оказались вне любых игр.

– Все хорошо, – Энди по-отцовски тепло гладил ее по спине. – Я знал, что ты откажешься, поэтому сразу дал тебе возможность выбора.

– Но я подвожу тебя, всех подвожу!

– Главное, ты не подводишь себя. Поверь мне, это куда важнее любой работы. Выпей чаю, давай.

Скайлар послушно опустилась в кресло, промакивая щеки бумажным платком. Чашка в руках тряслась, так и норовила пролить чай на платье, оставив грязное пятно, – прямо как этот трюк на репутации Энди.

– Я думаю, – слегка успокоившись, начала она, – Фелисити с радостью займет мой пост. А чтобы не было никаких слухов, я скажу, что ушла из-за сестры. Что в целом правда. Не хочу подводить и ее тоже.

– Ты все правильно выбрала, – Энди печально улыбался, будто завидуя, что он правильно выбрать уже не может. – Твой парень просил у меня документы для суда…

– Парень?

– Трой, – без запинки ответил Рэндфорд, и внутри Скай разлилось тепло. Так давно никто не называл Троя ее парнем, и так легко и правильно эта оговорка укладывалась в ее картину мира. – Или у тебя их несколько?

– На самом деле – ни одного. Трой помогает мне в качестве адвоката.

– Даже если он лучший адвокат в мире, думаю, его самоотверженность в твоем деле связана с тем, что идет отсюда, – Энди приложил руку к своей груди. – Это же он тот самый жених, чью помолвку ты пропустила из-за меня?

– Энди, я тебе уже говорила – в этом нет твоей вины!

– Ты не на том концентрируешься. Он звонил мне, писал официальные обращения – и все без малейшей злости или раздражения. Наоборот, он обращался ко мне как к члену твоей семьи, чтобы мы вместе смогли тебе помочь.

Скайлар не могла скрыть улыбку. Как из «святого Рэндфорда» он превратился в члена семьи в глазах Троя? И почему они до сих пор так откровенно тупят?! Ведь все уже сказано, все грехи замолены, да и они с Троем – другие люди теперь. Пусть всего на пару лучших решений и осознанных ошибок, но другие. Так, может, у этой версии Тройлара все выйдет иначе?

– Спасибо, – Скай благодарила Энди сразу за все, потому что начни она делить большую благодарность на маленькие – снова разрыдалась бы от переизбытка чувств.

– Вот, здесь все, что нужно, – Рэндфорд протянул ей конверт с бумагами. – И теперь ты числишься в штате фонда, чтобы не было никаких проблем с опекой, когда ты уйдешь из команды.

– Это… не стоило… – растерялась Скай. Энди продумал даже это, после того как она бросила его в самый сложный момент.

– Стоило. Ты очень много для меня сделала, и я очень хочу, чтобы у твоей сестры всегда была ты – как самая лучшая семья и пример для подражания.

– Я всегда готова помочь с любой благотворительной акцией или хорошей статьей, ладно? Я просто не хочу ввязываться в то, что не смогу потом объяснить Кэр. Что не станет для нее примером, как ты сказал.