Я подарю тебе крылья. Книга 1 - Ана Шерри

– Все лучшее – это забытое старое. – Даниэль мечтал потерять память в отпуске и никогда больше не вспоминать эту девушку.

Он обошел Оливию и направился к выходу, слыша голоса своего экипажа у себя за спиной. Теперь и они увидели рекламный плакат и активно его комментировали. Но он не хотел слушать, удаляясь все дальше и дальше, пока голос Оливии не остановил его:

– Вчера не успела сказать тебе спасибо, ты так быстро ушел.

– Быстро? – усмехнулся он и пошел дальше. – Еще часа два возился с твоим краном.

– Я уснула, – солгала девушка. – Спасибо.

– Пожалуйста.

– Ты забыл свои инструменты.

– Оставь их себе.

Капитан говорил сухо, казалось, его голос превратился в скрежет металла. Оно и к лучшему. Отдалиться от Даниэля было просто необходимо.

Они ступили на борт самолета и пошли в разные стороны.

Глава 28

Работать в середине салона оказалось сложнее – пассажиров больше, и Оливия стерла все ноги, разнося еду, напитки и пледы. Не было времени думать о себе, лишь Нина, работающая рядом, временами напоминала о рекламном плакате в аэропорту:

– Это просто фантастика! Фотография лучше, чем у нас с Марком. Ты прославилась на весь Дубай!

– Так уж на весь, – недовольно отвечала Оливия.

– Если бы я не знала, что вы работаете в одном экипаже, подумала бы, что между вами что-то есть, – Нина хитро улыбнулась, поглядывая на подругу. – Как мы выяснили, все пилоты – кобели и Даниэль один из них, но все-таки не думаю, что он потерял свою недоступность.

– Не потерял. Будь уверена.

Свободная минута выдалась лишь за два часа до посадки. Пассажиры спали, и Оливия села в свободное кресло, смотря в иллюминатор и любуясь белоснежной ватой, отделяющей их от земли. Она вспомнила маму и ее рассказ о том, как они с отцом впервые увидели друг друга на рейсе в Рим. Наверное, мама порхала от счастья весь полет и ей некогда было любоваться небом и облаками.

Облокотившись на спинку кресла, Оливия попыталась представить себя в роли мамы, представить себя ею, почувствовать то, что чувствовала Джина двадцать пять лет назад. Замирало ли ее сердце от любви? Или стучало сильнее при виде Джона? Или как сейчас у Оливии – замолчало, потому что глаза случайно заметили Даниэля, идущего по салону. Он прошел мимо. Молча. Уже не дерзил, не издевался над ней. Просто молчал, и это было странно.

Меньше всего Даниэлю хотелось разговаривать с ней. Каждое произнесенное ею слово будоражило нервные клетки. Он понимал, что еще немного, и перестанет контролировать себя. Молча прошел мимо задумчивой девушки и, поднявшись на второй этаж, подошел к барной стойке, за которой стоял бармен-стюард Алекс.

– Что будете пить, капитан: чай, кофе, сок?

– Воду. – Даниэль сел на высокий стул, положил руки на барную стойку и сцепил их в замок.

Стюарт поставил перед ним стакан с водой:

– Три месяца, Даниэль, большой срок. Как ты будешь без неба?

Капитан пожал плечами. Он еще не думал над этим. Но точно решил, что послезавтра вылетит в Аликанте к матери и сестрам, которых не видел уже пять лет. В родном городе с родными людьми он надеялся не вспоминать о работе.

Оливия зашла на кухню, услышав восторженные голоса стюардесс. Было видно, что они старались говорить тише, но от переполняющих эмоций получалось плохо. В центре стояла Дженнет с вытянутой правой рукой, остальные пристально что-то на ней изучали.

– Оливия! – воскликнула Нина. – Ты еще не видела эту красоту! Шон сделал предложение Дженнет, и теперь они помолвлены!

Улыбаясь, Дженнет подняла руку, показывая золотое кольцо. Это было неожиданной и просто потрясающей новостью, Оливия поняла, почему здесь царит шум. Она сама прикрыла рот рукой, чтобы не закричать от радости.

– Дженнет, – она обняла подругу, – я так рада за вас.

– Наконец-то это свершилось, – Дженнет подняла глаза вверх, сложа руки в молитве. – Шон пригласил меня в ресторан, заказал музыку, пригласил на танец и во время танца опустился на одно колено, прося стать его женой.

– Бог мой! – воскликнула Мирем. – Получается, принцы еще есть?

– Один, но и тот уже занят, – пошутила Нина, и все засмеялись.

– Вы уже назначили день? – спросила Келси.

– Еще нет, но это произойдет не раньше, чем через полгода.

– Полгода? – удивилась Нина. – Зачем так долго ждать? Хватай его и беги в церковь прямо завтра.

– В какую церковь? – вступила в разговор Оливия, смотря на Нину. – Наверняка они хотят пожениться на родине, а не в Дубае в мечети.

– Да-да, – Дженнет улыбнулась, – Оливия права, мы хотим пожениться на родине Шона в Ирландии. Мы будем ждать отпуск, а потом отправимся навстречу новой жизни.

– И мы не увидим твою свадьбу? – простонала Нина.

– Я вас всех приглашу, но, боюсь, наша слишком занятая профессия не даст вам быть рядом со мной в такой день.

Оливия прислонилась к стене, думая о том, как было бы волнительно оказаться на свадьбе, но Дженнет права – у них нет времени на праздники. Господи, у них нет времени даже на свой собственный праздник!

– Это правда, всех нас не отпустят, – кивнула Келси и вышла из кухни, где столкнулась с Даниэлем, который спустился со второго этажа и направлялся к себе в кабину.

Он так и не понял, зачем вновь пошел через все салоны в хвост самолета, ведь лестницы две, и другая ближе к кабине пилотов. Он прошел семьдесят три метра четырежды, успокаивая себя тем, что это всего лишь разминка.

– Даниэль, у нас потрясающая новость – наша Дженнет выходит замуж!

Новость так ошеломила его, что он машинально заглянул на кухню, где девушки окружили новоиспеченную невесту, закидывая ее вопросами о свадьбе. Дженнет стояла в центре, улыбаясь. Кто-то из девушек спросил про платье. И он точно знал, что это Оливия.

– Дженнет, – произнес он, и все обернулись, – я поздравляю тебя. Это замечательно.

– Спасибо, – ответила девушка, – сегодня можно отметить это событие вечером в