Развязанные узлы - Галина Дмитриевна Гончарова

Розалия заскулила и протянула руки к Адриенне, но куда там!

Королева уже выходила из комнаты.

И... опять показалось всем, что у нее за спиной словно бы крылья... да нет!

Бред это!

Это просто шлейф так метнулся, сложился... да какие крылья!? Люди - не птицы, в небесах не летают, это уж точно!

***

Филиппо Четвертый нашелся там, где Адриенна и предполагала. В кабинете.

И напротив него сидел кардинал Санторо.

Адриенна с треском захлопнула за собой дверь. И ярость ее была столь очевидна, что мужчины побоялись делать какие-то замечания.

- Ваше коррролевское величество, - почти рыкнула Адриенна. - Кардинал рассказал вам свою часть истории?

Филиппо наивно подумал, что понимает причину гнева Адриенны.

- Да, дорогая. Не переживай, кардинал мне обещал разобраться...

- Это с одним участником, - рыкнула еще злее Адриенна, - а что будем делать со второй!?

- Второй? - опешил Филиппо.

Правда, ровно через пять минут его уже потряхивало от гнева.

- Ах она, стерва такая! Дрянь!

- Абсолютно точно подмечено, ваше величество, - Адриенна начала успокаиваться. - Что мне с ней сделать? Только казнь не предлагайте?

Филиппо, который это и хотел предложить, осекся на полуслове.

- П-почему?!

- Потому что мое решение будет подано, как военные действия против эданны Вилецци. Это же ее родственница. Хоть и нашему плотнику троюродный забор.

Филиппо представил, что сделает с ним за такое милая и нежная Ческа... и поежился.

Нет, жить ему очень даже хотелось.

Кардинал кашлянул.

- В принципе... ваше величество, решение есть. И эданна Вилецци не будет против, ведь девушка не пострадает.

- Подробности? - деловым тоном уточнила Адриенна.

Кардинал только плечами пожал. Процесс перевоспитания трудных девиц за небольшие деньги в монастырях отработан до мелочей. Было б что новенькое!

По мере объяснения, лицо ее величества разглаживалось. Да и его величество становился спокойнее.

- Что ж, я не против. Мое благоволение, кардинал.

Кардинал Санторо поклонился. И получил улыбку от Адриенны. Вполне искреннюю.

- Ваше высокопреосвященство, спасибо вам.

- Не стоит благодарности, ваше величество. Служить прекрасной королеве - долг каждого настоящего мужчины.

Филиппо благополучно пропустил это мимо ушей. Ничего, Франческа не придерется, а больше и не надо. Все в порядке.

***

Розалия рыдала.

Эданна Сабина ее не утешала, а методично помогала девушкам складывать вещи фрейлины. Ну и время от времени песочила дурочку. Не ради нее, нет... там-то уж все понятно, отработанный материал, пустая побрякушка, глупая. А вот остальным вправить мозги не мешает. Пусть послушают, авось, чего и отложится в глупых головенках!

Вот на что им голова дана?

Чтобы локоны носить?

- Конечно, выгонят. Вот ты подумай, дурища, чего ты добилась? Семья тебе такой шанс дала, ко двору тебя пристроили, фрейлиной сделали, живешь на всем готовеньком... Даже ткань на платья ее величество распорядилась выдать, - последнее, кстати, было достаточно важным вопросом. Фрейлины должны были соответствовать своей королеве, но ткань нужного качества - штука дорогая. И если пошить могли и придворные портные, хоть и как договоришься, но у девочек и у самих руки тоже были. А семьи-то не из богатых. Поди, укупи...

- Она надо мной изщдевааааалась, - проныла в подушку Розалия.

- Работать требовала? Ужас-ужас, - прищурилась эданна Сабина. - Тебя что - посылали нужники чистить?

- Н-нет. Но...

- Что-то делать тебе не нравилось? Но ее величество не старалась тебя уязвить, - внезапно вступила Марта Дамиано. - Любую работу должен кто-то делать, почему бы и не ты? Потому что ты считала себя выше всех нас?

- Ее величество меня невзлюбила.

- Нас тут двенадцать человек. Ей некогда любить или не любить, - вдруг отрезала та же Марта. - У нее других дел хватает. Просто ты ее не любила и не старалась скрывать свое отношение, вот ее величество и не старалась тебе понравиться. Кто ты такая, чтобы королева перед тобой расстилалась?

- Браво, дана, - тихие аплодисменты прервали речь Марты. - Приятно видеть в юной девушке такую рассудительность.

Марта покраснела, пискнула нечто невразумительное, и быстро спряталась в гардеробной.

Кардинал улыбнулся.

- Эданна Чиприани, я смотрю, вы уже собрали вещи девицы Брешиа?

- Да, ваше высокопреосвященство.

- Замечательно. Братья...

Двое монахов зашли в комнату, подхватили сундук и вышли вон. Кардинал кивнул на дверь.

- Дана Брешиа, вас ждет карета.

- НЕТ!!!

- Неужели? - искренне удивился мужчина. - Пакостить вы можете, а отвечать за свои поступки - никак?

- Я не... я... я не хочу!!!

Кардинал оскалился так, что ему бы позавидовала голодная гиена.

- Дана Брешиа, вы сейчас отправляетесь в монастырь. На год. Там вы будете вести исключительно праведную жизнь и в молитвах и постах думать о своем поведении. Ровно через год - ее величество милостива - вы либо вернетесь ко двору, либо выйдете замуж.

Розалия хлюпнула носом.

- Н-не хочу.

- Ко двору? Или замуж?

- В монастырь! Ваше высокопреосвященство, я не виновата... я умоляю принять мою исповедь!

Дана поняла, что комфортная жизнь с перспективами заканчивается,, и кинулась к ногам кардинала.

Отказать в такой просьбе?

Кардинал Санторо покривился, но рукой махнул.

- Хорошо... полагаю, десять минут вам хватит. Братья, ожидайте. Пройдемте... да, вот сюда, дана.

Гардеробной в покоях Адриенны, видимо, суждено было стать свидетельницей самых разных сцен.

Розалия опустилась на колени.

- Я, Розалия Брешиа, открываю свою душу перед Господом, ибо согрешила я делами и помыслами, и грехи мои неисчислимы перед Богом.

Кардинал кивнул.

- Слушаю тебя, чадо, и помни, что рядом с тобой сейчас не я, но Он.

- Раскаиваюсь в содеянном. И да простит мне Господь грехи мои... ваше высокопреосвященство, умоляю... пожалейте меня!

- Дана Брешиа?

Не то, чтобы кардинал в себе сомневался. Или...

Но когда тебе аккурат в гардеробной пытаются рясу задрать и под нее залезть жадными ручонками... тут любой мужчина шарахнется.

- Дана Брешиа?

- Дан Санторо! Прошу вас! Я все-все сделаю...

Кардинала откровенно замутило. Все-все она сделает?

Знаете что! Он-то вам не... его высокопреосвященство расправил плечи и хлопнул в ладоши.

Дверь открылась мгновенно.

- Три года монастыря, - жестко приговорил мужчина. - За глумление над таинством исповеди.

- НЕЕЕЕЕЕЕТ!

Вопли Розалии затихли вдали.

Кардинал брезгливо расправил рясу, радуясь, что под нее вообще-то брюки надеты. Да, кое-кто и вовсе на голое тело носит, но...

Противно!

Эданна Сабина бочком-бочком