По ту сторону небес - Карен Робардс

— Папа тебя поцеловал! — почти обвиняющим тоном произнес Дэви.

— Он что, влюблен в тебя, тетя Кэролайн? — Джон был поражен не меньше.

Хотя Томас не сказал ни слова, он, казалось, с таким же, как у племянников, интересом ждал ее ответа.

Бросив полный досады взгляд на своего возлюбленного, удалявшегося вместе с братьями, собакой и четырьмя лошадьми по направлению к амбару, Кэролайн поспешила увести детей и Томаса в дом и плотно закрыть за ними дверь.

На секунду она оперлась на нее спиной, едва держась на ногах от усталости. В доме царило тепло, и Кэролайн поморщилась, чувствуя, как замерзшие пальцы рук и ног начинают оттаивать от холода. Еда и отдых — вот что было сейчас необходимо ей и ее спутникам, и она испытывала малодушное желание объявить, дескать, слишком устала и голодна, чтобы разговаривать, и предоставить своему нареченному жениху отвечать на вопросы детей и самостоятельно выходить из трудного положения. Но выражение лиц Дэви и Джона остановило ее. На них было написано изумление, а глаза от множества вопросов расширились до предела.

— На тебе папина шляпа! — сказал Дэви, когда Кэролайн сняла свой головной убор.

— И его шуба! — Джон почти кричал от негодования.

— На улице было холодно, а у меня не было своей одежды.

Должно быть, Кэролайн имела затравленный вид, когда выбрала самое безобидное разъяснение, потому что Томас, все это время не спускавший с нее столь же изумленных, как и у его племянников глаз, ухмыльнулся.

— Но почему он тебя поцеловал? — упорствовал Дэви. — Он целует только меня или Джона, и то, если мы ушиблись или сильно заболели. Он больше никого не целует. Правда, Джон?

Джон покачал головой.

Кэролайн вздохнула, открыла рот — и обнаружила, что у нее все же не хватает храбрости сказать им правду.

— Дайте мне минутку, чтобы перевести дыхание, а затем мы обо всем поговорим, — предложила она, пытаясь выиграть время, и, отойдя от двери, прошла в кухню.

Подол шубы волочился по полу и, немного согревшись, она сняла ее. Миллисент поднялась со своего уютного ложа рядом с очагом, потянулась всем телом и мяукнула хозяйке что-то приветственное. Над огнем в котле хлюпало какое-то варево — судя по запаху, кукурузная каша, — и внезапный приступ голода сдавил Кэролайн желудок. Остальные, должно быть, тоже хотят есть, поэтому ей следует подумать, что она может приготовить им на скорую руку. А потом еще Мэри — после того, как они поедят, она должна будет поскорее отправиться к подруге. Все эти обрывки мыслей за несколько секунд пронеслись в голове у Кэролайн, пока она вешала шубу на крючок.

Когда она обернулась, Томас и мальчики с интересом рассматривали ее сильно укороченные юбки.

Кэролайн закатила глаза и устремилась к себе в спальню.

— Но, тетя Кэролайн! — запротестовал Дэви, когда она захлопнула перед его носом дверь.

— Я сейчас вернусь, — пообещала Кэролайн, — мне правда нужно переодеться.

Ей потребовалось примерно минут пятнадцать, чтобы наскоро вымыться, переодеть платье и расчесать волосы. Когда она вышла из своей комнаты, мужчины как раз вернулись из амбара, сбивая снег с обуви и стряхивая его с одежды.

— Том, ты здесь без нас готовил еду! — воскликнул Роберт с ноткой восторженного удивления в голосе.

Томас бросил на брата мрачный взгляд и продолжал помешивать кашу.

— Мы с мальчиками должны были что-то есть, не так ли? Вам всем крупно повезло, что я перепутал количественное соотношение, и получилось так много каши.

Томас почти оправдывался, и Кэролайн догадалась, что он боится насмешек. С тех пор как она у них поселилась, Мэтисоны привыкли считать, что такая вещь, как готовка, унижает их мужское достоинство.

— Папа, а почему ты поцеловал тетю Кэролайн? — Дэви сразу взял быка за рога, задав мучивший его вопрос в тот момент, когда Мэт размотал свое одеяло и сел, чтобы снять сапоги.

— Иди сюда, Джон, помоги мне, — велел Мэт старшему сыну. Джон, которому такое задание было явно не в новинку, подошел и, оседлав ногу отца, уселся к нему спиной. Мэт уперся другим сапогом ему в попку и слегка толкнул. Сапог слетел на землю.

— Папа! Ты совсем не слушаешь! — завопил Дэви.

Джон повторил манипуляцию со вторым сапогом Мэта, в то время как Роберт и Даниэль таким же образом помогли друг другу разуться.

Кэролайн оттеснила Томаса от котла и приняла поварскую эстафету, и как раз вовремя: каша, на которую слишком давно не обращали внимания, грозила склеиться комками.

— Почему же, Дэви, слушаю. — Теперь Мэт сидел в одних чулках и расстегивал жилет.

— Тогда почему ты ее поцеловал?

— Потому что я собираюсь на ней жениться, коротышка, — Мэт произнес это легким, поддразнивающим тоном, но на детей его слова произвели эффект оглушительного выстрела.

Джон перестал заниматься своими делами и с открытым ртом уставился на отца. А у Дэви задрожала нижняя губа, как будто он собирался вот-вот заплакать.