Королевская кружевница - Джанет Линфорд

Первым ощущением Джонатана, когда он пришел в себя ранним утром, было тепло солнечных лучей, свободным потоком вливающихся в открытое окно. Он хотел встать, но боль от раны опрокинула его на спину.

– Маргарет!

– Я здесь, милый, – подбежала она и, присев сбоку на кровать, нежно взяла мужа за руку. – Слава Богу, ты очнулся. Пэйшенс, дочка, иди сюда!

С ликующим криком девочка вбежала из соседней комнаты, забралась на постель и звонко чмокнула Джонатана в щеку, затем кубарем скатилась на пол и побежала назад.

– Дедушка, Тим! Идите сюда, папа проснулся! Джонатан потянул Маргарет за руку.

– А королева? Она…

– Здесь я, здесь, Кавендиш. – Услышал он низкий бархатный голос и скрип кресла, затем в поле его зрения появилась Елизавета в простом утреннем платье. – Вот, не утерпела, пришла посмотреть, как вы тут. Ну, капитан, в следующий раз вам не придется меня упрашивать – сама надену ваш корсет, уж такая надежная штука! – Она усмехнулась и слегка потерла ребро. – Можно сказать, отделалась испугом, хотя, признаться, синяк побаливает.

– Спасибо, ваше величество, извините, что не могу встать. Я знал, что корсет защитит вас, но не был уверен, что вы его надели.

Джонатан с помощью жены повернулся лицом к присутствующим.

– А что же Вильям не идет?

– Кто это? – недоуменно спросила Маргарет.

– Да-а, вот вам и любящая внучка! Не знает имени родного деда, ну и ну. Да где же он?

– Иду, иду, – пробурчал граф, появляясь вместе с Тимом. – Ну, здравствуйте, капитан Кавендиш. Надеюсь, не залежитесь, а? – И старик осторожно потрепал его по руке.

– Только благодаря вам и Тиму.

– Как Тим ловко метнул кинжал, а? Не зря мы его столько тренировали. – Граф с гордостью обернулся на покрасневшего от смущения мальчугана. – Парень просто молодец!

– Иди сюда, Тим, дай пожму твою руку. – Джонатан протянул свою, широко улыбаясь. – Вот выздоровлю, познакомлю тебя со своим ремеслом. Понравится, милости прошу в подмастерья. С твоей смекалкой из тебя получится хороший оружейник.

– Однако прошу не забывать того, кто придумал план захвата негодяя, – заметила королева, восседавшая на придвинутом к кровати креслу. Она многозначительно взглянула на старика. – Узнаю вашу хитрую тактику, дорогой граф.

Джонатан с улыбкой наблюдал, как граф тщетно старался скрыть удовольствие от похвалы.

– Искренне благодарю вас, ваша честь. Но как вы узнали про туннель и угадали, какое направление выберет Альварес?

Старый граф оглушительно расхохотался.

– Молодой человек, про этот ход я знал давным-давно. Ее величество сама изволила показать его мне, когда ей было необходимо тайно исчезнуть из дворца. – Он кинул на королеву взгляд сообщника. – М-да, давненько это было… А что касается выхода в теннисный корт, то не собирался же злодей убегать наземным путем? А корт как раз рядом с рекой. Вот лично мне интересно, откуда он-то узнал про туннель? Неужели тоже Роберт выболтал?

Королева нахмурилась.

– С этим подлецом мы еще разберемся, вот только его сюда доставят. А еще родная кровь! Но пусть не думает, что если он мой племянник, то я буду снисходительной. Пусть поступают с ним по закону, а я и вмешиваться не стану.

– Разумеется, ваше величество, закон прежде всего… Однако, с другой стороны, повинную голову и меч не сечет… – неожиданно для всех вступился за виконта Джонатан. – Мне кажется, он столько передумал и такого натерпелся от испанцев, что на всю жизнь зарекся от любых интриг. А если еще женить его на Джейн Шелтон, то вы получите одного из самых преданных и верных подданных. Ведь за битого двух небитых дают, а уж он точно битый… Но простите, ваше величество, я случайно вторгся не в свои дела. Всем известны ваша справедливость и великодушие, – закончил хитрый капитан.

Елизавета метнула на него подозрительный взгляд, но промолчала, тая свои мысли.

– Что же с Альваресом? – спросил Джонатан, проверяя себя, но не испытал и следа былой ненависти и боли.

– Произошла поистине трагическая история, – подмигнув королеве, отвечал граф. – Оказывается, его выследили и убили бандиты, когда он бродил по трущобам Лондона. Это, конечно, ужасно, но что он там делал? Каждому известно, в тех местах опасно появляться по ночам. Его тело будет на корабле отправлено к родным берегам в сопровождении посла. Вот только неизвестно, когда сможет вернуться в Англию дон Мендоса.

Джонатан с усмешкой оценил ловкое решение дипломатического казуса. Сейчас Англия не могла себе позволить вести с Испанией открытую войну.

– Я не вижу Мари, где она? – помолчав, спросил Джонатан.

– Она в часовне подле Бертранды, – тихо ответила Маргарет.

– А мы с тобой пойдем?

– Ты думаешь, сможешь?

– Попробую, – и Джонатан стал осторожно спускаться с высокой кровати.

Старый граф и Тим поспешили ему помочь.

Маргарет предложила мужу опереться на свое плечо, и они медленно направились в часовню, где рядом с осунувшейся от горя Мари преклонили колени пред телом Бертранды.

Джонатан вспомнил страшную ночь пожара в Клифтоне, когда вытащил из огня хрупкую старушку. Как посреди этого ада, едва успев прийти в себя, она сумела разглядеть в незнакомом капитане что-то такое, что побудило ее именно ему рассказать о своих тревогах за Маргарет и поручить молодую женщину его заботам? Не обладай Бертранда таким мужеством и проницательностью, кто знает, может, он снова потерял бы свою Маргаритку, свою единственную любовь!

Джонатан благоговейно коснулся сложенных рук покойной, давая безмолвное обещание всю жизнь беречь и почитать ту, которую Бертранда так самоотверженно любила.

Двумя неделями позже в огромном зале Гринвич-Паласа сияли все свечи и звучала веселая музыка.

Елизавета, получившая из Франции письмо герцога Алансона, полное страстных уверений в любви и нетерпеливого стремления вновь увидеть ее, устроила роскошный праздник.

Уже одетая для бала, Маргарет заканчивала укладывать волосы, когда посыльный пригласил ее к графу Клифтону. Подходя к комнате деда, она услышала звонкий голосок дочери и добродушное ворчание старика.