Самая долгая ночь - Андрия Уильямс

«Ну же, парни, – мысленно просил Пол. – Пошлите кого-нибудь отпереть».

Он начал вспоминать, кто сегодня работает в ночную смену: Сидорский, Слокум и Вебб. Сволочь Кинни всех подставил. Заливал, что собирается покататься с семьей на лыжах, но кто будет развлекаться на природе в такую стужу? Даже днем температура не поднимается выше десяти градусов. Все говорят, что он просто нашел предлог не участвовать в перезапуске. Пол и раньше недолюбливал Кинни, а теперь испытывал к нему такую же бурлящую ненависть, какую раньше мог себе позволить только по отношению к Ричардсу.

Один из пожарных – самый молодой из всего экипажа, который, несмотря на жуткий мороз, ехал сзади, уцепившись за лестницу, – спрыгнул вниз и, дыша на кисти рук, направился к караулке. Видимо, собирался позвонить в комнату контроля. Где, черт побери, Слокум? Он начальник смены. Он должен выйти встречать пожарных. Пол подумал о Веббе. Беспокойство нарастало.

«Ну же, Веббси! Спускайся живее вниз. Скажи, что это ошибка, пустяковая поломка, которую легко устранить».

Начальник пожарной части Секрист не торопясь вышел из автофургона, посмотрел в сторону караулки и направился к машине Пола. Вращающиеся мигалки окрашивали его густые усы то в красный, то в желтый цвет.

Пол опустил стекло:

– Здравствуйте, сэр.

– Охламоны заперлись и не отвечают, – махнув головой в сторону реактора, посетовал Секрист и покосился на Пола. – А вы что здесь делаете? В это время нужно быть дома.

– Я просто ехал мимо.

– Среди ночи?

– Уверен, они сейчас выйдут!

– Когда я доберусь до этих ребят, самолично всыплю им по первое число.

К пожарному, который ушел в караулку, присоединился еще один. Можно подумать, что вдвоем дозвониться легче. Начальник пожарной части подошел к ним, перекинулся парой фраз и снова вернулся к Полу.

– Кто сегодня ночью старший по безопасности? – спросил он.

Пол на секунду задумался.

– Муллинс, – спохватился он. – Не помню его имени. Он иногда приходил к нам на чашку кофе.

– Очень мило. Где он сейчас может ошиваться, по-вашему?

– Я поищу, – пообещал Пол, давая задний ход.

В ночную смену Пол работал сотни раз, но за ворота никогда не выходил. И сейчас, объезжая территорию испытательной станции и подпрыгивая на замерзших колдобинах грунтовой дороги, чувствовал себя не в своей тарелке. Вокруг царила непроглядная темень. Пожалуй, такое можно увидеть лишь после смерти. Он почти лег на руль, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь.

Проехав две мили, Пол заметил слева свет фар и дважды посигналил. Пикап посигналил в ответ. Поравнявшись с Полом, водитель опустил боковое стекло.

– Муллинс! – крикнул Пол.

– Да.

– Это Кольер.

Свет фонарика на секунду ослепил Пола, затем луч опустился на живот. Муллинс, плотный мужик пятидесяти с лишним лет, высунул голову из окна.

– Что вы тут делаете? – спросил он.

– Вы были сегодня на CR-1? – ответил вопросом на вопрос Пол.

– Нет. – Муллинс махнул рукой в противоположную сторону. – Трубу прорвало на испытании материалов. Я помогал парням. Чертов холод. Что случилось?

– На CR-1 сработала аварийная сигнализация, но никто не отвечает. – Пол схватился за руль, чтобы унять дрожь в руках. – Надеюсь, кто-то из парней уже спустился и открыл пожарным, но будет лучше, если вы на всякий случай поедете со мной.

– Хорошо, – не стал возражать Муллинс и, обогнав Пола, умчался вперед.

Когда они подъехали к CR-1, двое пожарных как раз трясли ограду из проволочной сетки, прикидывая, как бы перелезть через нее.

– Эй! – крикнул Муллинс, выпрыгивая из грузовичка и махая зажатыми в руке ключами. – Лучше я!

Отперев ворота, он широко распахнул обе створки. Машины въехали на территорию, Пол – за ними. Все остановились на усыпанной гравием парковке. Пожарные собрались в кружок. Пол присоединился к ним.

– Разбиваемся по парам, – распорядился Секрист. – Эсром – со мной, проверим реакторный уровень. Вы вдвоем, – указал он на других пожарных, – ступайте на котельный уровень. Проверьте, мигает ли чертова сигнальная лампа. Если мигает, выключите, нет – проверьте административное здание.

– Людей в административном не будет… – начал было Пол.

– Кольер! Вы можете идти со мной, – предложил Секрист.

При упоминании его имени молодой пожарный резко повернулся и посмотрел на него, но у Пола не было времени об этом подумать, поскольку начальник уже поднимался по ступенькам.

У Секриста и его молодого напарника были переносные радиационные дозиметры – желтые прямоугольные ящички. Пол слышал характерные щелчки внутри приборов, и с каждым шагом они становились все громче. Когда дошли до половины пути, щелчки превратились в одно непрерывное жужжание.

– Что за черт! – выругался Секрист. – Эсром! У тебя тоже?

– Зашкаливает, – ответил парень с легкой гнусавостью, характерной для сельских жителей этого округа.

– Оба трещат, – прислушавшись, подтвердил Пол.

От жуткого жужжания волосы встали дыбом.

– На моем – двести рентген, – пробормотал Эсром.

– Будем надеяться, что они сломались, – помрачнел Секрист.

До этого Эсром смотрел только на шефа, почему-то не осмеливаясь поднять глаза на Кольера. Теперь же он с немой мольбой взглянул на него.

– Что думаете? – спросил Эсром.

– Не верю, что они могли сломаться одновременно, – сказал Пол.

Секрист уже не скрывал раздражения.

– Ну и холодина! – проворчал он. – Чертовы железяки.

Он начал трясти дозиметр, но, не добившись желаемого результата, махнул Полу и Эсрому, чтобы спускались.

– В машине есть запасные. Пошевеливайтесь.

Спуск прошел гораздо быстрее, чем подъем. Эсром побежал вперед к пожарной машине, быстро сунул дозиметр в кабину и начал рыться в поисках другого прибора.

– Ну как им не ломаться, – сетовал начальник пожарной части. – Эс! Если так швырять, они не будут нормально работать.

Он взял из рук Эсрома другой дозиметр, и оба включили свои приборы. Несколько секунд все было тихо, а потом раздались размеренные негромкие щелчки.

– Хорошо, – одобрил Секрист. – Ладно, пошли.

Тяжело дыша, все трое снова начали подниматься по ступенькам.

– Я хочу идти первым, – почти закричал Пол.

На узкой лестнице сложно было маневрировать, особенно если впереди тебя два препятствия, да еще в толстых робах. Он был в отчаянии и чувствовал себя маленьким мальчиком.

– Дайте я пойду первым, сперва я проверю. Я должен увидеть парней…