Неистовый барон - Кэтрин Коултер

На узкий помост величественно взошла леди Донтри. Она уже пять лет являлась распорядительницей на бегах, не пропуская их даже в плохую погоду. Сезон кошачьих бегов длился с апреля по декабрь.

– Приготовиться! – во всю мощь своих легких гаркнула леди Донтри.

Все приготовили своих кошек.

– На старт!

Кошек опустили на землю. Их тренеры и владельцы замерли в напряжении.

– Марш!

Забег начался.

Мистер Биттл громко хлопнул в ладоши прямо над ухом своего Орнери, и кот взвился в воздух. Пробежав целых двадцать футов, он остановился и принялся оглядывать орущую толпу. Через некоторое время к нему подбежал задыхающийся мистер Биттл и снова хлопнул в ладоши. Орнери с готовностью пробежал еще двадцать футов.

Луи, принадлежавший миссис Лавлейс, бежал за маленьким Чарльзом Лавлейсом, который несся со всех ног, держа в руке дохлую рыбу. Когда Луи догнал Чарльза, мальчик, чтобы кот не вырвал у него рыбу, высоко поднял руку и продолжал бег на цыпочках.

Худой Хорас ровно мчался по дорожке, не обращая внимания ни на остальных кошек, ни на толпу. Взгляд его зеленых глаз был устремлен вперед – туда, где у .финишной линии, ухмыляясь и потирая руки, стоял мистер Гудгейм.

Гленда, воспитанница Горацио Бламмера, пробежала половину дистанции, почти не отставая от Хораса и опережая всех других кошек. Затем она вдруг остановилась и посмотрела на высокую женщину, которая прыгала и что-то радостно кричала. Одно мгновение – и Гленда оказалась у нее под юбками.

Что же касается Джилли, то он остановился почти сразу после старта и не сводил глаз с Сюзанны, которая прыгала и кричала:

– Беги, Джилли, беги!

К ней присоединился Роган, который выкрикивал:

– Если сейчас же не побежишь, останешься без обеда!

– Без обеда, без обеда! – вторила сидевшая у него на руках Марианна.

Но Джилли не двигался с места. Если кошки могут хмуриться, то можно сказать, что Джилли нахмурился.

И тут же принялся лизать свою правую лапу.

Внезапно где-то на середине беговой дорожки приятный баритон стал напевать лимерик:

Покусали юнца с душою тонкой

Семь котов и три резвых котенка.

Он вскричал: "Я не скрою –

Не страшна смерть герою:

Как британец умру с песней звонкой!"

Это был Джейми. Джилли навострил уши, шерсть у него встала дыбом. Затем он устремился вперед, на голос, который снова запел лимерик, на этот раз громче.

Джейми, прошедший уже значительную часть дистанции, не спеша трусил вдоль дорожки, в воздухе звенел его чистый голос.

Однако белый тощий Хорас по-прежнему оставался явным лидером. Джейми запел громче. Джилли прибавил ходу и начал догонять Хораса.

– Джилли его обставит, – уверенно сказал Тоби.

– Без обеда! – кричала Марианна.

– Значит, говорите, секретное оружие, – благоговейно произнес Оззи Харкер. – Новая метода.

– Старина Хорас в хорошем состоянии, – покачав головой, сказал Том. – Только посмотри, как он тело свое вытягивает. Уж и не знаю, хватит ли времени у Джилли, чтоб его, красавца такого, догнать.

Джилли уже почти настиг Хораса. Джейми пел так громко, что вся толпа со смехом прихлопывала ему в такт.

Вот Хорас и Джилли поравнялись. Но тут Хорас без всякого предупреждения набросился на соперника, укусил его в шею и побежал обратно. Он мчался прямо к той дохлой рыбе, которую нес маленький Чарльз Лавлейс. Наскочив на Луи, Хорас сбил его с ног, высоко подпрыгнул, схватил свою добычу и быстрее ветра понесся сквозь толпу с рыбой в зубах, оставляя позади недовольные крики миссис Лавлейс и мистера Гудгейма.

Луи со всех ног помчался следом.

– Никогда не видел, чтоб Луи так быстро бегал, – прикрывая глаза от солнечного света, сказал Оззи. – Он ведь так может и догнать старого Хораса.

В конце-то концов рыба его.

– Не-а, – возразил Том. – Сперва миссис Лавлейс поймает Хораса. Тут-то шерсть и полетит!

Джилли не снижал темпа. Наоборот, он, кажется, бежал еще быстрее.

Джейми ждал его у финишной черты. Когда Джилли пересек ее, опередив Гленду по меньшей мере на шесть корпусов, Джейми вскричал:

– Как британец, умру с песней звонкой!

Толпа ответила ему громом аплодисментов.

– Обед для Джилли! – крикнула Марианна.

– Обед для Джейми! – крикнул Роган. Сюзанна готова была поклясться, что следом раздалось ржание Гулливера.

Братья Харкеры только покачали головами. За свою жизнь они видели много разных методов тренировки, но с подобным встречались впервые. Подумать только – лимерик!

Джейми продолжал напевать, но уже очень тихо.

Джилли гордо сидел на его плече, а Джейми не спеша шел к кругу почета.

В этот момент сквозь толпу неожиданно протиснулся Гулливер и положил на плечо Джейми свою большую голову. Джилли с криком вскочил на спину коня.

Глаза Гулливера сузились. Джейми в отчаянии громко запел новый лимерик.

Марианна от возбуждения обмочила и себя, и отца, на плече которого сидела.

Впервые за всю историю кошачьих бегов в Южной Англии проигравшие кошки, их владельцы и тренеры смеялись, аплодировали и мяукали, глядя, как победитель умывается, сидя на спине огромной лошади, издающей ржание в ритме лимерика.

ЭПИЛОГ

Шарлотта Каррингтон вновь перечитала заключительные строки только что написанного письма. «Как бы поизящнее его закончить, – думала она. – Это просто необходимо, не так ли?».

«…Мой дорогой! Из разных источников до меня дошли сведения, что вы с Сюзанной очень преданы друг другу. Я это приветствую. Это напоминает мне о том уважении и той нежности, с которыми мы с твоим отцом относились друг к другу. Однако, дорогой, также говорят, что ты встал на не правильный путь. Говорят, что Сюзанна находится с тобой постоянно, как и Марианна, которая, конечно, просто восхитительна, но тем не менее…»

– Моя красавица!

Она повернулась к кровати. Августус только что проснулся. Он сидел, прикрытый простыней лишь до пояса, встрепанный после сна и совершенно восхитительный. Шарлотте нравились мужчины с волосатой грудью, нравилась эта шелковистая дорожка в нижней части живота.

– Моя красавица! – хриплым после сна голосом снова сказал Августус. – Что ты пишешь?

Она встала и подошла к нему.

– Письмо Рогану.

– Ты снова его поучаешь, да?

Шарлотта засмеялась и легла рядом.