Я на тебе (не) женюсь - Диана Рымарь

И повел ее в гостиницу.

Очень скоро они оказались в его люксе.

– Проходи, располагайся, тут нам точно никто не помешает, – пригласил он ее.

Эва стащила пуховик, повесила его и огляделась.

– Артур, ты в курсе, что это за номер? – спросила она с улыбкой. – Это же тот самый, где мы с тобой…

А то он не знал!

Специально выбрал его, когда переезжал из квартиры в гостиницу. Именно здесь они с Эвой пять с лишним месяцев назад сделали дочку.

Просторный, отделанный в светло-серых тонах, люкс навевал воспоминания о жаркой ночи, которую он и она великолепно помнили. Но когда он это делал, не думал, что приведет ее сюда снова. Очень надеялся, что она ничего плохого не подумает.

Впрочем, у Артура были более важные темы для обсуждений, чем этот номер.

– Эва, – он обратился к ней ласково, – я хотел сказать, ты не обижайся на родителей. Они хотели как лучше, когда твердили про свадьбу.

– Да я и не думала обижаться, – пожала она плечами. – Они у тебя хорошие, так обо мне позаботились. Мама у тебя очень чуткая!

– Я рад, что ты так думаешь, – он облегченно выдохнул. – Просто хотел, чтобы ты знала, нет никакой спешки со свадьбой или еще с чем. Мы с тобой могли бы наладить отношения постепенно, если ты позволишь…

– Артур, – Эва подошла к нему, взяла за руку, преданно заглянула в глаза. – Нас прервали, но я все-таки хочу сказать. Я тоже тебя люблю! Очень-очень… Мне было безумно приятно слышать твое признание там, в квартире Баграта.

Чего-чего, а этого он от нее услышать не ожидал. Думал, она будет злиться, что родители так давили по поводу свадьбы. Но Эва, кажется, совсем не злилась.

И как же приятно ему было слышать ее слова любви.

У Артура мгновенно зашумело в ушах. Мир будто поплыл, и единственное, что осталось четким, – лицо Эвы, ее глаза, светящиеся большим чувством.

Дальше он действовал на голых инстинктах.

Тут же шагнул к Эве, провел по ее губам пальцами, почувствовал их мягкость. Потом обнял за плечи и впился в ее рот поцелуем. Сладким, жарким, как и его к ней чувство.

Поцелуй все длился и длился, кружил голову, пьянил, разрывал связь с реальностью.

Наконец, оторвавшись от Эвы, Артур заговорил хриплым голосом:

– Давай поженимся завтра, а? Ты не думай, я не забывал про свадьбу, просто посчитал, что ты ни за что не согласишься. Но если ты хочешь… Пожалуйста, выходи за меня завтра. Сделай меня счастливым!

Он сказал это и всмотрелся в ее лицо.

Глаза Эвы, равно как и у него, после поцелуя были пьяные.

– Да, я выйду за тебя завтра! – ни секунды не подумав, ответила она и потянулась к нему. – Еще поцелуй, пожалуйста…

И он поцеловал, так же страстно, как за минуту до того.

Они оба, не сговариваясь, начали двигаться к дивану. Ни на секунду не размыкали контакта губ, даже дышали в унисон.

Очень скоро Артур и Эва оказались на диване перед большим телевизором.

Эва уперлась спиной о подушку, а Артур продолжал ее целовать, возвышаясь над ней. Все, чего ему в тот момент хотелось, – погрузиться в любимую, забыться в любовной истоме. И пусть весь мир подождет…

Артур принялся срывать с себя одежду. Отшвырнул подальше куртку, в мгновение ока стащил с себя свитер.

Ладони Эвы тут же легли на его оголенную грудь.

– Скажи, Эва, я дурак, да? – заговорил он, продолжая осыпать поцелуями ее губы, щеки, шею. – Ты еще утром хотела помириться и согласилась бы замуж, я верно понял? А я тогда не сообразил. Точно дурак. Я так давно хотел с тобой помириться… Если бы я утром не тупил, мы бы еще тогда и помирились, да?

Эва на секунду отстранилась, посмотрела на него немного смущенно.

– Вообще, утром я хотела с тобой поговорить о возможном примирении, да. Хотя я тогда не думала, что мы прямо завтра и поженимся…

Артур замер, посмотрел на нее с подозрением.

– Как так? Утром ты еще не хотела за меня замуж?

– Ну… – Эва замялась. – Утром я хотела попытаться наладить с тобой отношения.

– То есть замуж была не готова? – спросил он, всматриваясь в ее лицо.

– Утром нет, – пожала она плечами. – Но после этого произошло столько всего! Теперь я очень хочу за тебя замуж. Завтра же! Ты такой настоящий, надежный… Поцелуй меня еще, пожалуйста!

Артур потянулся к ней, прижался губами к губам. Но язык ей в рот не сунул, на спину не уложил, срывать с нее платье не стал.

Эва явно хотела близости. Он это чувствовал по тому, как рвано она дышала, как прижималась к нему. Даже вкус ее губ – и тот изменился, показывая, как она возбуждена.

Да и сам он кипел от желания, тем более, если учесть, как долго его сдерживал.

В тот момент Артур, конечно же, мог забить на все, взять Эву, и на эндорфинах, которые она получит после ночи любви, она завтра скажет ему: «Да». Выйдет за него. Но потом не пожалеет ли? Ведь сама сказала, что еще утром и не думала выходить за него, так?

У них и раньше всегда все начиналось с секса. К чему привело? По итогу расстались, потому что не было никакого взаимопонимания.

К тому же Эва сегодня многое пережила, очень испугалась, дико перенервничала. Разве она может при таком стрессе мыслить здраво и принимать какие-либо важные решения?

Он вытащил ее из лап двух подонков, грозивших ей изнасилованием, которое могло навредить ребенку, которого она так оберегала. Естественно, он для нее в данную минуту спаситель, как она сказала – надежный, настоящий. Понятное дело, она теперь к нему тянется, видит в нем опору, ищет защиты. Но это дешевый способ привязать к себе женщину, тем более если ты ее искренне любишь.

Он очень хотел жениться на Эве.

Но вот чего он точно не хотел, так это следующие лет сорок-пятьдесят гадать, почему она за него вышла? Из-за любви или из-за стресса, который пережила?

Неимоверным усилием воли он заставил себя отстраниться.

– Прости, родная, сейчас ничего не будет, – заявил он, сам не веря тому, что говорит.

Эва удивленно на него уставилась.

– Что такое? Что-то не так?

– Да, не так, – сказал он с сожалением. – Я не хочу, чтобы ты соглашалась за меня замуж с бухты-барахты. Ты не можешь сейчас мыслить здраво. Ты под успокоительными, в конце концов! Мне нужно, чтобы ты трезво взвесила все за и против, и