Отбор пяти колец - Северина Мар

Он все так же сидел напротив и глядел на нее, склонив голову.

В его зеленых глазах мелькнула тень, а затем они вдруг стали влажными.

— Что с тобой, Агата? — спросил он. — Почему ты так на нас смотришь? Ты больше нас не любишь?

Даже знай Агата, что ей сказать, то у нее бы ничего не вышло. Ее горло онемело и у нее отказал голос.

— Я… Я…. — задыхаясь выдохнула она, но так и не смогла ничего ответить.

Он шевельнулся, подался к ней, опираясь на ладони.

— Не смей ее трогать! — закричала вдруг Мира, вскакивая на ноги. — Прочь!

В свете свечей в ее руке сверкнуло лезвие кинжала, извлеченного из рукава.

— На помощь! — закричала Елена. — Мира хочет убить дракона-императора!

Ей никто не ответил. В зале не было ни служителей, ни графини Дэву, стоявших до того в тени возле стен. Все они словно сгинули в непроглядной ночной тьме. Они остались вчетвером — дракон и три девушки.

Вскочив и подхватив юбки, Елена пнула столик, так что он отлетел в Миру, но та ловко увернулась, не дав сбить себя с ног.

— Агата, скорее уведи его! — приказала Елена. — Мира — мятежница!

— Не подходи к нему! — тут же выкрикнула Мира. — Он тебя убьет!

Агата сидела на полу, не зная, что ей делать. Возле нее застыл дракон-император. Он смотрел на них, слегка приоткрыв рот и касаясь кончиком языка верхних зубов.

Елена уже призвала не меньше дюжины теней. Она обступили Миру, но та вдруг исчезла, растворившись в воздухе, чтобы тут же появиться возле Агаты и протянуть к ней руку.

— Агата, идем! — крикнула она. — Я выведу тебя отсюда.

Агата медлила не зная, что ей делать.

Миру снова атаковали тени Елены. Две колдуньи схлестнулись в схватке. Одна была безоружна, но имела помощников в виде теней, у другой был кинжал и умение за мгновение переноситься в пространстве.

Мысли ползали в голове у Агаты словно улитки. В ушах гудело и она никак не могла понять, что же произошло. Во дворец и уж тем более, в покои дракона-императора нельзя было проносить оружие, если Мира как-то смогла скрыть и протащить свой кинжал, то неужели она правда хотела убить Андроника Великого?

Возле нее вновь возникла Мира. Опустившись возле Агаты на одно колено, она ухватила ее за рукав.

— Ты что не понимаешь? Он убьет тебя, пошли! — Мира потянула ее за собой.

За другой рукав ее неожиданно потянул дракон-император. Он все также сидел на полу, и казался скорее растерянным ребенком, чем бессмертным правителем Империи.

Елена издала хриплый булькающий звук. Ее платье было разорвано и обагрено кровью. Она стояла зажимая рукой кровоточащую рану на предплечье.

— Беги же, Агата! Ну! Уведи его величество и позови на помощь! — выкрикнула Елена.

У Агаты был один удар сердца на раздумья. Решившись, она отпрянула назад, отшатнувшись от Миры. Схватив дракона-императора за руку, и чувствуя в своей ладони его обжигающе горячие пальцы, и острые когти, царапавшие ее кожу, она потянула его за собой.

Они выбежали сквозь высокие стеклянные двери в сад, и спускаясь вниз по каменной лестнице, она чувствовала на спине взгляд Миры, которую обступили тени.

Елена велела ей позвать на помощь, но Агата боялась приближаться к темным стенам дворца. Было неясно куда делись все служители, которые до того всегда неотступно следовали за драконом-императором. Вдруг их убили? Вдруг во дворец пробрались и другие мятежники, кроме Миры?

Агата была слишком напугана, чтобы мыслить здраво. Она мчалась, не разбирая дороги по утопающему во тьме саду. В ладони она крепко сжимала руку дракона-императора. Ветви хлестали ее по лицу у рукам, они цеплялись за платье, и грозили выколоть глаза, но подстегнутая страхом, она бежала так быстро, как только могла, уверенная, что на кону стоит ее жизнь и благополучие Империи.

Далеко вдали остались стены дворца, освещенные огнями окон, и пылающими факелами. Их обступал, казавшийся бесконечным сад.

Путь им преградил вытянутый пруд, заросший лилиями. В его зеркальной глади, отражались звезды и полная луна.

Агата тяжело дышала, грудь ее судорожно вздымалась. Она едва стояла на онемевших, мелко дрожащих ногах.

Оглянувшись назад, на тьму переплетавшихся деревьев, Агата прислушалась. Шелестела листва. Хлопая крыльями в небе метались летучие мыши. Где-то вдали бились о берег воды залива.

Звуков погони не было, за ними никто не гнался. Или же преследователи были слишком искусны, а их шаги слишком легки и неслышны? Могло ли оказаться так, что Мира была одна, ее одолела Елена и никакой погони за ними все это время не было? Но куда же пропали тогда все служители?

— Ваше величество, мы должны спрятаться, — сказала Агата, повернувшись к дракону-императору.

Почему-то ей казалось, что в темноте его глаза должны светиться, но ничего такого не было. В слабом свете звезд и луны он ничем не отличался от простого человека.

Пройдя вперед, и потянув за собой Андроника Великого, она нашла густые заросли кустов, склонившие ветви к воде. На карачках забравшись в самую гущу, они уселись, схоронившись под густой листвой.

Пока они бежали, Агата не чувствовала холода, но теперь, когда они остановились, ее била крупная дрожь. Дракон-император зашевелился, устраиваясь удобнее возле нее, а затем, распахнув свою расшитую золотыми нитями мантию, укрыл ее одним ее концом и обнял, прижав к себе.

Еще час назад, у Агаты остановилось бы от счастья сердце от одной мысли о том, что ее принял в свои объятия дракон-император, и что она греется в жаре его тела, от которого ее отделяли лишь тонкие слои шелковых одежд, и что она вдыхает медовый аромат его кожи и волос, но теперь ей было только мерзко и немного страшно быть возле него.

Он не был больше ее возлюбленным, или идолом, которому она поклонялась. Он был драконом — нечеловеческим, жестоким существом. Многое, из того, что произошло она видела теперь в ином свете. То как он устроил бойню во время первого испытания, должно быть тогда же он ранил генерала Аверина, Агата помнила, как тот зажимал рану в прорехе своих доспехов, как потом он заставил Исору танцевать, пока раны на ее ступнях не разошлись и не начали кровоточить.

А как же Великое неистовство, когда половина столицы сгорело дотла? А как же те города, что были стерты со всех карт и обращены в пепел во времена его службы Капуцерам?с

Мира кричала ей, что дракон-императоро ее убьет.