Всегда твой выбор - Лида Винград

Мелодия наполнила звучанием столовую, а я боялась пошевелиться, чтобы случайно не рассеять то, что слышу. Серж играл для меня. Он как будто точно знал, что я могу удивиться ещё больше, когда, пробежав по мне взглядом, вернул его к струнам. А после запел. Уже привыкнув к тому, что в этой компании мальчишки поют нереально красиво, я совсем не ожидала, что голос Сержа вызовет у меня всплеск новых чувств. Его тихое, проникновенное исполнение, насыщенное эмоциями и искренней страстью, заставило моё сердце биться чаще, словно оно пыталось догнать ритм его мелодии.

С каждой его спетой фразой мысли становились всё более ясными, я словно сложила пазл в наших отношениях. В секунду я прозрела: я, оказывается, люблю только одного, не двоих, как мне казалось. Я хочу быть с одним человеком, и это не Марк. Марк изначально был неправильным вариантом, это аромат моего прошлого вокруг него притягивал меня ближе, а потом событие за событием, пропитанные действиями на грани, понеслись, набирая скорость и не оставляя ни секунды на остановку для анализа происходящего. Серж с самого начала привлекал моё внимание. Хоть оставался вроде в стороне, но каждую встречу умело перехватывал мои мысли. Я чувствовала, что если бы мы провели всего один день вместе, все сомнения и метания сразу исчезли, и я бы поняла, что он намного важнее для меня, чем Марк.

Серж пел. Было в этой песне что-то магическое. Я начала внимательнее вслушиваться в текст. Услышав обращение «милая», сразу поняла, что пел он обо мне, и, когда я осознала это, каждое его слово стало разноситься мощным ударом в душе, разжигая в ней огонь чего-то нового. Безумного. Страстного. Невероятного. Я почти не могла дышать. Так вот оно оказывается какое То Самое Чувство!

– Милая, но не моя, – спел последние слова из припева Серж и сразу стало тихо.

Он не смотрел на меня, а я не могла отвести от него глаз. Как же так получилось, что мы оба оказались в такой ситуации. Обоих тянуло друг к другу и оба не могли сделать шаг, чтобы быть вместе. Всё стало отчётливым и понятным и одновременно запутанным и сложным.

– Это, конечно, не кольцо с бриллиантом. – Его плечи нервно дрогнули. – Просто хотелось сделать для тебя что-то необычное.

Он отложил гитару и подошёл к столу.

– Ты же понимаешь, что это гораздо дороже кольца? – Я практически заикалась.

Он же только что через песню объяснился мне в любви. Рассказал, как ему тяжело видеть меня рядом с другом. А я ещё сомневалась, испытывает ли он ко мне что-то. Песню написал. Для меня. Вот и закончились шутки, с этого момента мы перешли на новый уровень наших отношений, и называть их дружескими я совершенно не хотела.

– Опаньки, а что это у нас за пир? – К нам ворвался Валик. – Значит, пока мы покоряем горные вершины, вы тут объедаетесь сладеньким? – шутил друг.

Он по-хозяйски прошествовал к моему столику, схватил зефирку и откусил причмокивая. Следом за Валиком появился Марк.

– Предлагаю на ужин пойти в местный ресторанчик, я заприметил один, там есть живая музыка, – сказал он.

Как они все вошли в дом так, что мы с Сержем не услышали, не понимаю. Увидев Марка, я инстинктивно натянула плед до самой шеи, укуталась в него, словно защищаясь от взгляда жениха. Он еле заметно сузил глаза, внимательно посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Сержа и задержался на гитаре в его руках.

– Мы поужинали уже, – раздалось с кухни. – Мы с Наташей наверх. – Вот и Пашка вернулся, как сговорились все появиться вовремя.

– Юля, а чего ты в пижаме уже? – хмуро спросил Марк, медленно подходя ко мне.

Он наклонился и потянулся за поцелуем. Сама не поняла, как подставила ему вместо губ щёку. Он недовольно вздохнул.

– Ты заболела? Вся дрожишь? – удивился Марк.

Жених нежно приложил руку к моему лбу, проверяя температуру.

– Наверное, я забыл закрыть окно и её просквозило, – пришёл мне на выручку Серж.

Марк недовольно посмотрел на него.

– Оставил любимую на полдня. – На слове «любимая» Марк сделал выразительный акцент. А может мне уже казалось.

– Со мной всё хорошо, просто захотелось сегодня полентяйничать, – быстро нашлась я с ответом, чтобы разрядить обстановку.

– Тогда собираемся, – скомандовал Марк, – переодеваемся и через десять минут внизу.

– Марк, через полчаса, я ещё душ хочу принять, – высунул голову из кухни Макс.

– Отлично, через полчаса внизу, – согласился Марк, потом протянул мне руку, предлагая подняться.

Я встала, и Марк сразу же сгрёб меня к себе. Неуютно. Это мягко сказано. Дискомфорт – правильное описание этого момента. И стыд в придачу. Будто я не песню Сержа слушала, а любовью с ним занималась. Представила и ужаснулась своим мыслям. Нет, не потому что это нехорошо, а потому что захотелось, чтобы так и было. Всё, Юля, стоп, дальше – клиника. Уставилась в пол, не смотрела ни на кого, не торопясь передвигала ногами, выходя из столовой.

В комнате стало легче.

– Я быстро в душ, – сообщил мне Марк, поцеловал меня, и я на автомате ответила на поцелуй.

– Угу, – рассеянно уставилась на вещи в шкафу, стараясь не смотреть, как Марк идёт в ванную. Открытие последнего часа не давало мне покоя. Я хотела спуститься к Сержу и договорить с ним о том, что происходит между нами. Испытывала просто жизненно важную потребность сказать ему о своих чувствах и очень надеялась услышать от него в ответ, что мои чувства взаимны. Но теперь, когда Сержа не было рядом, у меня начали зарождаться сомнения: а не напридумывала ли я себе, что он меня любит? Возможно, просто хотел сделать мне необычный подарок, а остальное я себе докрутила, так как открыла для себя то, что люблю его.

Если вспомнить, он даже ни разу до меня не дотрагивался, за исключением приветствий и прощаний, когда склонялся над моими пальцами для поцелуя и того дня, когда обнимал меня, после обморока. Если Валика, Пашку и Макса я всегда обнимала при встрече или прощании, да и так иногда, если шли рядом, то вот Серж держал дистанцию со мной. Меня тянуло вниз, обратно к Сержу. Об этом обязательно следовало подумать, но, как всегда, не сейчас. Сейчас нужно собираться на ужин.

И что же выбрать для этого мероприятия. Я совсем немного взяла с собой вещей, так как узнала о поездке почти перед выездом. Настроение требовало платья. Короткого. Развратного. Раз уж мысли у меня явно не пай-девочки. Я