Жена поневоле - Нинель Лав

Губы его покрывали ее тело поцелуями, руки жадно ласкали грудь, «башню сносило» от желания сделать ее своей. Рука его скользнула под платье и застыла на кружевных трусиках… Он был готов, тело его трепетало от предвкушения близости, напряжение достигло пика, он боялся только одного, что все произойдет слишком быстро, и он не доставит ей желаемого удовольствия…

Она поняла его желание, но по своим внутренним понятиям не захотела близости с ним в этом доме.

— Не здесь и не сейчас, — отказала она, нежно гладя его по спине, успокаивая закипающую в нем страсть. — Сейчас мне больше нужен слушатель, советчик, друг, защитник, а не любовник…

И Павел подчинился, встал ушел в ванну, а когда вернулся, лег на спину, спрятав руки за голову — подальше от такого соблазнительного, страстного тела…

Кира тоже легла на спину, пристроившись у него на плече и, глядя в потолок, начала негромко рассказывать в общих чертах о своем прошлом, и в подробностях о том, что с ней случилось после их разговора о пистолете… Она рассказывала все без утайки: о Светлане и ее желании получить пособие на ребенка; о женщине в вагоне метро и здоровенном детине; о своем выстреле в человека и смелой крошечной кривоногой и лопоухой собачке, спасшей ее; о крысах и выстрелах; огнеметах и своих мыслях о смерти; о девочке-призраке и лестнице вниз; о мраморной платформе и об охране с автоматами; даже о своих поседевших за ночь прядках волос рассказала, чтобы он знал, как ей было страшно и как не хотелось ей умирать, так и не узнав, как это — прожить с ним долгую, счастливую жизнь…

По мере ее рассказа Павел все крепче обнимал ее и целовал ее волосы, и вытирал катящиеся из ее глаз слезы и, кажется, даже сам плакал, боясь за нее и за себя, не представляя, как бы он жил один без нее, если бы с ней случилось самое страшное…

— Зачем же ты согласилась участвовать в завтрашней операции? — удивился он ее безрассудной смелости.

— А ты откуда знаешь? — удивилась Кира.

— Знаю! С Фединым вместе думали, как бы обойтись без тебя.

— Без меня похоже не обойтись! — вздохнула Кира. — Если их не поймают, то это все никогда не кончится — люди, сотворившие такое, не откажутся от денег. Ты видел их сколько, а это только небольшая часть его имущества… Они придумают что-нибудь другое, чтобы заполучить их, а я не хочу подвергать ни себя, ни девочек опасности, а все твердят, что их полиция обязательно найдет… когда-нибудь. А мне надо сейчас!

— Значит, так, кровожадная моя девочка, завтра ни на шаг не отступай от намеченного плана. Шаг вправо, шаг влево, и я тут же все отменю! Ясно? Тебя скрутят, упакуют и отвезут к нам в загородный дом! А там я посажу тебя под замок, пристегну наручниками к кровати и до конца расследования никуда не выпущу!

— Ну-у, если ты пристегнешься рядышком… на кровать я, пожалуй, соглашусь…

— Кира! Я серьезно!

— Серьезно?! Так ты же хотел меня в Дрезден увести? — улыбнулась Кира. — Или у тебя снова планы поменялись? Легкомысленная ты особа, Павел Шубин! То тебе то, а то тебе раз, и это…

— Ты все шутишь, — не поддался Павел, — а дело серьезное. Завтра тебе Федин все объяснит по минутам. И, Кирочка, милая моя, прошу тебя, умоляю, никакой отсебятины. Тебя будет охранять самый лучший, так что ничего не бойся…

— Лучший — это ты? — Кира погладила обнимающую ее руку.

— К сожалению, нет, — вздохнул Павел — он многое отдал бы, чтобы завтра оказаться на месте того «лучшего». — А теперь, спи! Я побуду с тобой немного, а потом уеду, но буду на связи все время — по дороге куплю новый телефон.

— Угу, — сонно согласилась Кира, — только ты не уходи подольше, с тобой так хорошо и спокойно… и совсем, совсем не страшно…

8 °Cреда

Проснувшись под утро, Кира почувствовала, что одна — тепло, забота и любовь покинули это «ложе» вместе с Шубиным.

Ей стало так одиноко и тоскливо, что лежать на этой холодной кровати одной, Кира не захотела. Встала, убрала плед, расправила покрывало и вернулась в кабинет на свой привычный диванчик…

Но и там одиночество ее не оставило.

Стоя на балкончике и вглядываясь в предрассветную серую мглу, Кира пыталась разглядеть, что происходит за воротами — может она увидит отъезжающую машину Павла, и ей будет не так одиноко: он ведь совсем близко, но нет за воротами, как и везде была беспросветная, серая мгла одиночества…

Порывшись в большой спортивной сумке с новыми вещами из гардеробной Бурмистрова, Кира вытащила пакет с серым свитером с оленем, достала его, прижала к себе, чувствуя согревающее тепло, и одела. Она прилегла на диван, обхватила себя руками за плечи, согреваясь, и ей стало казаться, что это Павел, обнимая, согревает ее своим теплом, дышит рядом с ней и целует ее волосы. Поверив в это, она тут же уснула…

Утром Кира сразу же позвонила Федину.

— Ну, что, Костя? Удалось ребятам их обнаружить? — поинтересовалась она, прикрывая балконную дверь в спальне — после отъезда девочек Роза вместе с Николаем поднялась в спальни наводить порядок, хотя Кира была против этого и теперь боялась, что ее разговор может быть кем-то услышан. — Следят за домом Светланы?

— Явной слежки за подъездом детективам не удалось обнаружить, но это еще ничего не значит.

— Я так понимаю, что мне все же придется изображать Светлану…

— Кира, это не шутка — надо выполнять все в точности, иначе нам трудно будет за тобой проследить. Первое: едете в пассаж — на третьем этаже павильон женского белья в последней кабинке с левой стороны отодвинь боковую шторку и выходишь через другой выход, по лестнице вниз, садишься в нашу машину с табличкой такси — водителя узнаешь. Там надевай темный парик и, не доезжая до дома Светланы, выходи из машины. Второй этап: идешь к дому, входишь в подъезд, поднимаешься, переодеваешься в Светлану, ждешь водителя такси, вместе с ним выходишь и садишься в нашу машину-такси. Все! На этом твоя миссия закончена! Едешь обратно в пассаж и возвращаешься домой. Если за Светланой действительно следят, то мы обязательно заметим слежку, сядем им на хвост и распутаем весь этот клубок, если же нет, то…

— Об этом «подумаем завтра», когда убедимся, что наша «миссия»