Обретенная любовь - Гайя Алексия

– Стоит ли мне уточнить, что на видео четко видно, как Джеймс Терн угрожает Тигану Доу? Надо ли мне обратить ваше внимание, что сразу после этого к Софи Вуд подходит Джейсон Дэш? Все главные действующие лица здесь. Стоят и наблюдают за Тиганом Доу и Еленой Хиллз… Все это похоже на безвкусное кино, не так ли? Прошу вас внимательно следить за тем, что будет происходить дальше.

Я видел этого ублюдка Джейсона в тот день. Я тогда подумал, что он парень Софи. Черт возьми, я мог просто избить его в торговом центре, если бы только Елена мне все рассказала! Или на обеде в День благодарения! А я просто подумал, что у нее еще кто-то есть… Этот гад, ранивший ее, сидел прямо рядом с ней, а я сбежал. Оставил ее один на один с ним и думал только о себе. Ненавижу себя за собственную глупость.

Крики публики вынуждают меня оторваться от мыслей и поднять голову.

– Некоторые из вас уже прочитали по губам слова, произнесенные Джейсоном Дэшем. Но, чтобы не было разночтений, я попросил эксперта расшифровать для нас то, что он сказал: «В следующий раз я заставлю ее взять в рот, а он пусть смотрит». Вот еще одно доказательство невиновности Тигана Доу и вины Джейсона Дэша. Также эта улика подразумевает, что мистер Дэш планировал совершить свое злодеяние задолго до этого и…

– Возражаю, Ваша честь. Здесь суд не над Джейсоном Дэшем, а над Тиганом Доу!

– Принято, госпожа прокурор. Но мистер Дэш должен будет ответить за свои действия! Продолжайте, мистер Вегас.

– Перед тем, как начать свою заключительную речь, я бы хотел попросить разрешения представить еще одного свидетеля. Я не заявлял о нем, но, похоже, его показания окажутся поворотными для всей этой истории.

Судья дает знак адвокату и прокурору, чтобы те подошли к ней. Они некоторое время тихо переговариваются. Когда они возвращаются на свои места, жуткая прокурорша выглядит взбешенной.

– Суд вызывает Салли Кадиган, – произносит секретарь, и зал в недоумении замолкает.

Салли? Кто эта Салли?

Невысокая девушка с черными волосами садится на место свидетелей и клянется говорить только правду. Я узнаю ее лишь в тот момент, когда она поднимает руку для клятвы. Ее ногти окрашены в черный. Да это же готическая Салли из лицея! Что она здесь забыла?

– Мисс Кадиган, можете нам рассказать, что было надето на Елене Хиллз в тот вечер?

– Я не помню, что именно, но точно не платье.

– А в чем был Тиган Доу?

– Широкие джинсы и серый свитер.

Откуда она знает?

– Как вы об этом узнали?

– Я их видела.

– Где конкретно?

– В раздевалке.

Она сейчас сказала: «В раздевалке»? Что это за чертовщина?

– Именно, дамы и господа. Перед нами сидит единственный непредвзятый свидетель того, что случилось на той вечеринке!

Судья призывает зал к порядку, и адвокат продолжает:

– Расскажите нам, как все произошло, мисс Кадиган.

– Когда я пришла на вечеринку, то столкнулась с Софи Вуд, она с кем-то говорила по телефону о Елене. По всей видимости, это был ее двоюродный брат, потому что перед тем, как повесить трубку, она сказала: «Да не за что, кузен!» И после этого, пройдя сквозь толпу празднующих, стала ждать у входных дверей. Когда приехал Тиган, охрана не хотела его пускать, но Софи сказала, что он с ней, и его все же пропустили. Я также слышала, как она ему сказала, что его ждет Елена и чтобы он шел за ней.

– А что делали вы в это время?

– Я отправилась к своим друзьям, но не успела даже ничего выпить, как услышала слова какого-то типа, мол, толстушка Хиллз сейчас опять кое-что положит в рот.

Черт возьми, они все были в курсе?

– Вы можете нам объяснить, что это значит?

– В лицее ходили слухи, будто Елена ублажает всю бейсбольную команду. Вообще-то это не было на нее похоже, но об этом твердили все, так что я тоже верила. Даже Софи подтверждала эти слухи, хотя была ее лучшей подругой. Мне же очень нравился Тиган, и я хотела доказать ему, что его подружка была совсем не такой, как ему казалось, поэтому мне нужно было какое-нибудь доказательство, чтобы убедить его в этом. Кто-то сказал, что Елену видели на пути к раздевалке вместе с Джейсоном. Ну, я и пошла туда. Хотела зайти внутрь, но Софи заблокировала выход снаружи бейсбольной битой, пока изнутри кто-то явно пытался выйти. Это все было очень странно. Я смогла улизнуть незамеченной, обошла здание с другой стороны и взобралась на кондиционер, оттуда через верхнее окно была видна вся раздевалка.

– И что вы увидели?

– Все…

Салли опускает голову и больше не произносит ни слова.

– Мисс, уточните, пожалуйста.

– Джейсон прижал Елену к стене и лапал ее везде. Она плакала и отбивалась, но какие у нее были шансы против огромного парня, тем более что в комнате их было четверо: Джеймс Терн, Оливер Ванхаген и Тим Ригс. А потом появился Тиган.

Она молча вытирает слезы.

– Прости меня, Тиган. Это я вызвала полицию, я хотела помочь вам с Еленой. И не думала, что они тебя арестуют! – Салли вдруг поворачивается ко мне.

– Мисс, пожалуйста, не обращайтесь к обвиняемому, – прерывает ее судья.

Я отвожу взгляд от ее полных слез глаз.

– Что произошло в раздевалке после появления Тигана?

Она привстает и что-то передает адвокату.

– Я не могу рассказать, это было слишком ужасно… Но большую часть я сняла на видео. Маленький отрывок из этого видео я выложила в Интернет, чтобы люди перестали считать Джейсона героем. Я хотела передать видео в полицию, но они отказались принимать мои показания. А потом ко мне в дом ворвались какие-то мужчины и похитили мой компьютер. Но я сохранила копию на этой флешке.

Дьявол, она засняла всю эту бойню?

Судья просит принести что-нибудь, чтобы можно было просмотреть содержимое флешки, и уже через мгновение внимание всего зала приковано к экрану. Я не могу на это смотреть! Свинцовая тишина сопровождает просмотр записи. Затем Вегас задает Салли еще несколько уточняющих вопросов. Прокурор от допроса отказывается: видео оказывается достаточно красноречивым.

Я не вслушиваюсь в заключительную речь прокурора: хватит с меня на сегодня чуши. Я лишь успеваю уловить, что она опускает пункты об изнасиловании и теперь делает акцент на нанесении побоев, требуя соответствующего наказания. Затем слово берет Вегас:

– Дамы и господа присяжные, Ваша честь, мой клиент не заслужил провести всю свою жизнь в тюрьме за то, чего он не совершал.