Дитя понедельника - Луиза Бэгшоу

Просыпаюсь поздно, потому что накануне выключила будильник. К тому моменту как я продираю глаза, на часах уже половина девятого.

Я не привыкла, чтобы свет так ярко лился в окна, даже сквозь шторы, потому долго моргаю, пытаясь сообразить, где это я проснулась. У Чарлза? Кажется, нет. Обвожу взглядом комнату, с трудом соображая. Натыкаюсь взглядом на будильник и буквально подлетаю в постели.

Проклятие, я опоздала на работу!

Затем я все вспоминаю.

У меня больше нет работы. Меня уволили за обман с рецензиями.

Застонав, хватаюсь руками за голову и тащусь на кухню сделать кофе. Конечно, есть хрустящие ржаные хлопья, причем без сахара и меда, и обезжиренное молоко, и все это принадлежит не Лили или Джанет, а мне — с некоторых пор я так завтракаю, — но совершенно нет аппетита.

Я стягиваю с вешалки халат и надеваю поверх ночной рубашки. Совершенно не представляю, чем буду сегодня заниматься.

— Доброе утро!

Джанет выходит из своей спальни. Хотя она только что встала, выглядит она на все сто. На ней короткая маечка и боксеры, волосы в легком беспорядке. Джанет зевает и трет глаза. Очень соблазнительный вид.

Черт, вот бы мне так выглядеть хотя бы уж после трех часов работы стилиста!

— Ой, Анна, ты дома? — удивляется Джанет, останавливаясь посреди кухни.

— Представь себе.

— Ах да! Лили мне сказала. Сочувствую.

— Ничего страшного, — говорю веселым тоном, хотя на душе скребут кошки. — Все к лучшему: найду себе работу получше.

На самом деле я совсем не уверена, что это будет так просто. Я даже не знаю, с чего начать. Мне страшно, по-настоящему страшно.

Кому я нужна, по сути? Конечно, я-то знаю, что это мне удалось найти удачный сценарий и договориться с режиссером, но доказательств у меня нет. Уверена, после моего ухода Китти засела за телефон, чтобы извалять мое имя в грязи. Так что меня могут встретить с большим недоверием.

К тому же мне давно не двадцать лет, мне поздновато начинать с нуля. Если в свои тридцать два я получу работу секретарши, скорее всего секретаршей и останусь до конца жизни.

— Ты найдешь отличную работу, ведь ты такая умная, — доносится до меня голос Джанет. — И потом, ты же работала с таким крутым режиссером. Он тебе поможет, если что.

Я смотрю на нее, пораженная.

— Джанет, это же блестящая идея! Отлично придумано.

Я делаю большой глоток обжигающего кофе и хватаю трубку.

— Офис Марка Суона, — сообщает голос Мишель. Я бросаю взгляд на Джанет. Она ободряюще кивает.

— Привет, Мишель, это Анна.

— А, привет. Как прошел ленч? Ленч? Какой ленч? Ах да, с Марком!

— Хорошо.

— А как поживает твой жених? — спрашивает она каким-то неестественным тоном.

— Э… тоже хорошо. Слушай, Марк на месте?

— Одну секунду.

Короткая пауза, затем в трубке слышен голос Суона:

— Анна? В чем дело?

— Меня вчера уволили.

— Правда? За что?

— Предлог нашелся. Правда, довольно неплохой… я отсутствовала полдня. — У меня не поворачивается язык рассказать о фальшивых рецензиях.

— Отсутствовала?

— Мы… покупали кольцо.

— Понятно.

— Но это нечестно. — На моих глазах выступают слезы. — Она… то есть Китти, просто выжила меня из офиса. А ведь это я тянула все на себе. Я буквально положила контракт на фильм на стол Эли Роту!

— Так почему ты ничего ему не сказала?

— Эли Роту? Какая ему разница? Да он хотел меня уволить и… — Я на секунду задумываюсь. — Честно говоря, не знаю, почему я с ним не поговорила. Понимаю, что Китти просто завидует мне, но Эли…

— Впрочем, Эли на тебя наплевать, — обрывает меня Суон. — Единственное, что его интересует, — это контракт со мной. Теперь я связан обязательствами и не могу просто так все бросить. К тому же не исключено, что Эли Рот даже рад тебя уволить. Ведь это я выбирал себе помощницу, а не он, и это его злило. Теперь же все в его руках.

— И что ты будешь делать? — затаив дыхание, спрашиваю я.

— Пока не знаю. Но если Эли Рот думает, что мной можно управлять, то он очень ошибается.

— Я хочу с тобой работать. Ты поможешь мне вернуться на работу?

— Что еще ты сделала, кроме того, что прогуляла полдня? Я краснею.

— Представила липовые рецензии.

— Тогда я не смогу тебе помочь. Конечно, это был всего лишь предлог, но Рот имел полное право тебя уволить. Ты сама дала ему в руки оружие.

— Но ведь у тебя есть сила… — начинаю я беспомощно.

— Да, но я использую ее только в мирных целях, — усмехается Суон. — И зачем тебе работа?

— Очень смешно. Хочешь сказать, что мне вообще не нужна работа?

— Именно так.

— Ты ведь говоришь не о Чарлзе и его деньгах?

— Нет. Я говорю о твоем будущем сценарии.

— Он почти закончен. Ты поможешь его раскрутить?

— Для начала я его прочту. Но раскрутить… все не так просто, Анна.

— Но ведь ты говорил, что я… талантлива! — почти в отчаянии восклицаю я.

— Да. Но это твой первый сценарий. Нельзя поручиться, что он получится удачным. Я постараюсь, чтобы его прочли нужные люди. Но раскручивать… увы, здесь я тебе не помощник.

— Но почему? — Мой голос срывается. Я чувствую, как по щекам бегут слезы. — Почему ты не хочешь помочь? Ведь у тебя авторитет, к тебе прислушиваются.

— Потому что нельзя стать настоящим юристом только потому, что твой отец — ректор юридической академии, Анна. Нужно самому приложить силы. Я дам тебе начальный толчок, а работать локтями придется самой. Я думал, ты лучше разбираешься в кинобизнесе. Или ты считаешь, что самое главное — написать сценарий, а потом можно и успокоиться?