Заводите моторы - Ребекка Чейз

Она мягко вздохнула.

— Потому что с первого дня, как я тебя увидела, ты бросал мне вызов и заставлял чувствовать меня так, словно я могла победить весь мир, — я закрыл глаза и засунул руки в карманы ее толстовки. — А теперь потому, что позволяешь мне объездить твое лицо, словно я королева родео.

Я громко рассмеялся, и мой член дрогнул в знак согласия.

— С меня особое обращение, когда мы вернемся домой.

— А мы официально съезжаемся?

— Блять, да. Я последую за тобой на край Земли, если ты позволишь.

— Навсегда и навечно. Вот только, никакой забавы, пока ты не поспишь. Тебе нужно отдохнуть, — конечно, она заметила, что я не спал во время наших видеозвонков. — Но после, я покажу тебе, что именно ты заработал за то, что принес нам пятое место и первый подиум в качестве руководителя команды.

— Первый из многих. Жду не дождусь, — мои губы коснулись ее уха, когда я прорычал. — Я представляю тебя на четвереньках, мои губы на твоей шее, мой член глубоко внутри тебя, пока ты выкрикиваешь мое имя, и я довожу тебя до самого ошеломляющего оргазма. И тебя нужно отшлепать за ранее поведение. Тебя устраивает, босс?

Я прижался к ней. Она была возбуждена этим так же, как и я. Если бы нас не окружали незнакомцы с камерами на телефонах, я бы скользнул пальцами между ее ног, чтобы узнать, была ли она мокрой для меня.

— Идеально, малыш, — пробормотала она.

— Обычно, я не принимаю запросы, — прокричала со сцены любимая певица Сенны. — Но я услышала, что руководитель выигравшей команды и революционная женщина слушает одну из моих песен, когда ей нужна сила. Эта песня посвящена всем женщинам, которые ког-либо чувствовали себя недостойными. Дамы, давайте продолжим создавать историю. Эта песня для тебя, Сенна Колтер.

Сенна запрокинула голову и рассмеялась, когда нас окружили первые строчки «The Man».

Эпилог

СЕННА

— Ты не можешь рано уйти с церемонии награждения, — прошипел мой отец, когда я начала вставать из-за стола.

Возможно, он рано покинул команду и был ее единственным владельцем на следующие три часа, но я разрешила ему и маме посетить Ежегодную церемонию вручения наград FIA.

— Я могу делать то, что захочу, — ответила я, разглаживая свое длинное черное платье на одно плечо и с высоким разрезом до бедра. — Я все еще твоя дерзкая дочь, пап.

Я зачерпнула последний кусочек шоколадно-малинового торта на ложку и с деликатностью гонщика-картингиста запихнула его в рот, чтобы доказать свою точку зрения.

— Кроме этого, — добавила я с набитым ртом. — моя команда получила свои трофеи.

Я кивнула на Коннора, который стоял в двери с его наградой в номинации «Лучший момент года» за его маневр в последней гонке сезона, когда он прорвался с третьего места на второе. Из-за извинений папы, я это пропустила, но Коннор заставил меня посмотреть это пятьдесят раз с каждого ракурса. Не то, чтобы я упущу возможность лицезреть, как мой мужчина побеждал трассу. Он поймал меня на наслаждении этого в замедленной съемке, когда я должна была тихо спать рядом с ним. Я получила существенную награду за это на конце постели.

Коннор пошевелил бровями в мою сторону, когда Ники толкнул его.

— Джекс приехала. Мне надо идти, — прошептала я папе.

— Позволь ей уйти, дорогой. Скорее всего, ей больше не удастся улизнуть, а в этом году она сделала достаточно. Она заслуживает немного веселья. Помнишь, как ты переживал, что работы будет слишком много для нее?

Папа вздохнул и поцеловал ее в щеку, напомнив нам то, что я осознала за последние недели. Мама всегда была главной, но только сейчас она могла вести себя соответственно.

— Ладно. Иди, но защищай своего брата и убедись, что он не вытворит чего-то глупого. Он ведет себя так с момента, как вернулся, и не рассказывает мне, что происходит, — сказал он, фыркнув.

— Да, пап. Хотя Ники все еще ничего мне не расскажет. Мы с Коннором пытались выведать у него его планы или узнать, что случилось, когда он был в отъезде, но он лишь отмахивался, — я поцеловала папу и маму в щеки. — Люблю вас обоих. Приглядывайте за Тауни. Она разбивает сердца всех в этой комнате.

С ее каштановыми волосами, зачесанными набок, и зеленым коктейльным платьем, подчеркивающим ее стройную фигуру и глубокий вырез декольте, она была красавицей этого бала. Ее ослепительная внешность привлекала всеобщее внимание. Благодаря своей постепенно раскрывающейся солнечной личности и исключительным навыкам пилота она пользовалась большим спросом как в личной, так и в профессиональной сферах. Но она оставалась верной, когда они подходили. С ней и Коннором пилотирующими за меня в следующем сезоне мы создадим проблемы, и я ждала этого с нетерпением.

— Она сможет о себе позаботиться, — ответил папа. — Она очень напоминает мне тебя.

— Туше, — ответила я, когда выскользнула из зала.

****

На аэродроме Дансфолд я наделала гоночный костюм. Он был похож на тот, что я носила, когда была подростком. Я улыбалась своей татуировке, когда застегнула молнию своего бело-лазурного костюма. Моя гоночная история больше не была проклятием, висящим на моей шее, а лишь еще одной главой в моей жизни, которая делала меня тем, кто я есть. Коннор вернул мне это чувство. Я сделала пометку в голове сказать ему об этом. Могу представить, как он потом будет щеголять, услышав это.

Я врезалась в Ники, когда выходила из здания. В дверном проеме Джекс показывала восторженному Коннору гиперкары, которые нам подарили этим вечером за гонку.

— Как в старые добрые, — сказал Ники, улыбаясь моему гоночному костюму.

Я ухмыльнулась.

— Поэтому мы и здесь. Мы втроем не гоняли друг против друга с тех пор, как мне было семнадцать. Пришло время доказать, что я была и всегда буду лучшей.

Он ткнул меня локтем.

— Конечно, будешь, сестренка.

— Сегодняшняя ночь это воздаяние прошлому и чествование будущего. И мы будем безрассудными взрослыми за рулями гиперкаров вместо того, чтобы сидеть на скучной церемонии награждения, — заявила я.

— Ты когда-нибудь скучала по прежним временам? — спросил Ники. Его лицо поникло, и он отказывался смотреть мне в глаза. — Тогда все было проще.

— Скучала, но мне нравится, как все обстоит на этот раз. Я нашла что-то и кого-то, радующего меня, и каждое утром я