Убита светом, рождена тьмой - Дара Мир

– У меня есть маленький презент для тебя, – мягко перевожу тему, пытаясь убить его мрачность. – Ты в последнее время одариваешь меня подарками, пришла теперь и моя очередь.

Глаза Райана загораются от удивления, и я чувствую приятное покалывание. Мне нравится сбивать его с толку.

Лезу в свою сумочку, доставая билеты, передавая мужчине через стол, который принимает их с напряжением.

– Это билеты на участие в кулинарном конкурсе, он проходит ежегодно для всех желающих семей, не будет никакого телевидения. Только дух соперничества и приз, – брови Райана вздымаются вверх, и я не могу понять, рад он или нет. Но судя по тому, что мужчина любит готовить, как и ощущение соперничества, посчитала это идеальным подарком. – Я взяла билеты на ребят и для нас с тобой. Надеюсь, что из нас получится отличная команда, но пойму, если тебе не понравится. Я могу сдать их и…

– Ребекка, – перебивает меня Райан, и я замолкаю, обращая свой взгляд на мужчину.

Его лицо ничего не выражает.

Неужели мой подарок настолько ужасен?

Райан встает, резко наклоняясь ко мне через стол, я в недоумении уставилась на мужчину. Его рука поднимает меня за затылок, притягивая к себе, и его губы сталкиваются с моими.

Пылкие мужские губы раскрывают мои, съедая всю розовую помаду, которую нанесла ранее. Все внутри меня вибрирует, когда Райан ласкает мой язык, играючи и нежно прикасаясь к нёбу.

Я настолько поражена, что не успеваю реагировать и отвечать на его движения.

– Спасибо, это лучший подарок, который я получал, – отпуская мои губы, говорит Райан.

Он ещё раз нежно целует меня, прежде чем отпустить мой затылок и сесть обратно на стул. А я продолжаю стоять, слишком взбудораженная, но мужчина выглядит так холодно со стороны, когда я буквально горю от его поцелуев.

Я беру себя в руки и присаживаюсь обратно, пытаясь выровнять дыхание.

– Судя по твоей реакции, тебе редко дарят подарки, – шутливо констатирую факт, покраснев.

– Мне их не дарят.

Все моё шутливое настроение испаряется, и маленький укус боли пронзает грудь. Но я не решаюсь спросить об этом. Этот мужчина скрывает столько темноты, что она готова переплюнуть мою собственную. И теперь я вообще не уверена у кого из нас больше тайн, которые погубят нас в итоге.

– Почему ты выбрал именно это место?

Глаза осени сталкиваются с моими, будто в них весь ответ.

– Потому что моря и озера ассоциируются у меня с тобой. Твои глаза под стать цвету океана. Запах, напоминающий морской бриз. Характер.

Я изумленно уставилась на мужчину, никак не ожидая подобного ответа.

– Чем мой характер похож на море?

– Иногда ты спокойна, как бывают волны в хорошую погоду. Но иногда ты бываешь буйной, как моря во время шторма.

Меня никто ещё никогда не ассоциировал с морем, никто никогда не говорил подобных вещей. Никто не узнавал меня настолько, чтобы ассоциировать меня с чем-либо.

И я не имею в виду, что близкие люди не желали узнать меня или им было плевать. Нет, это не так. В том, что никто не знал меня настоящую, виновен только один человек, и это я.

Я ведь даже сама не знала, кто я. Мне был привычен образ, который мне присвоили в школе во время отношений с Адрианом. Подстраивалась под людей, зачастую не зная своих истинных желаний. Не показывала буйного характера, чтобы не вызывать скандалы. Меня и не решались трогать, но колкости приходилось терпеть, когда Адриан подсел на наркотики и срывался на меня при всей компании.

Мне всегда приходилось сдерживаться и думать о других, но, потеряв всё, стало плевать. Плевать, что люди подумают и какие слухи это вызовет. Безразличие к миру, возможно, и стало поводом моей долговременной депрессии, но безразличие так же научило многому хорошему.

Как я говорила ранее: “в плохом тоже есть свет, просто нужно хорошенько приглядеться, чтобы его заметить”.

Сейчас вглядываясь в глаза Райана при свете дня, замечаю крапинки, которые издалека напоминают мне осеннюю листву.

Стоит ли ему сказать, что вижу в его глазах? Куда они отправляют меня?

– Почему ты смотришь так в мои глаза? – интересуется мужчина, начиная накладывать мне на тарелку устрицы.

Меня поражает отношение Райана ко мне, после прочтения его досье, ждала, когда откроет мне глаза на свою истинную сущность. И после этого я смогла бы оставить его позади навсегда либо уничтожить, как монстров.

Но сейчас мужчина совершает заботливые, внимательные действия по отношению ко мне, разрушая образ, который успела построить в голове.

Образ безжалостного чудовища.

Ведь видела его действия в боксерской клетке. Видела, как Райан убивал. Человек, напротив, никак не похож на того, кто борется на рингах.

– У тебя самые красивые глаза, которые мне приходилось видеть у мужчин.

На секунду Райан запинается в своих движениях, поднимая на меня взгляд. Изгиб губ в улыбке на одну сторону украшает его лицо, делая выражения лица беззаботным.

– Я польщен, тигрёнок. Могу ли воспринимать твой комментарий за комплимент?

– Это факт, – с улыбкой отвечаю, откидывая волосы назад. – Они необычные и напоминают своим цветом осенний лес. Черный ободок, светло желтый цвет, переходящий в коричневый, это довольно редкий и необычный переход. При свете дня, на ярком солнце, как сейчас, я вижу маленькие желтые крапинки, напоминающие опавшую осеннюю листву.

Всю мою речь Райан не отрывал от меня взгляда. Могу сказать, что своими словами я поразила мужчину не меньше, чем он меня.

– Вау, – медленно произносит, растягивая слова, внимательно смотря в мои глаза. – Ты лишила меня дара речи.

Подмигиваю ему одним глазом, вызывая горловой смешок, который в свою очередь вызвал табун мурашек на моей коже.

Я приступаю к еде, замечая, что солнце давно зашло, оставив только красные и оранжевые краски в небе.

– Чем мы займемся позже?

На мой вопрос Райан с загадочной улыбкой лезет назад рукой за стул, доставая подарочный голубой пакет.

Мои глаза расширились вдвое, когда мужчина достал профессиональную новую Canon камеру, которая, уверена, обошлась ему в копеечку.

При виде камеры мой желудок падает. Я три года не брала её в руки, забыв эти ощущения, забыв звук создания фотографий и воспоминаний.

Мечта, которую оставила позади, горечью отзывается в горле.

Сейчас я не понимаю, жалею ли об этом решении или нет.

– Я хочу запечатлеть на камеру сегодняшний день.