Огни большого города - Натали Гарр

Зачем-то смотрю на часы – уже половина двенадцатого. Целых полтора часа ждать.

– Устроит.

– Тогда до встречи, – ласково воркует Роберт, – целую.

В глубине моего живота разливается тепло.

– Я тебя тоже, – робко отзываюсь я.

Ох, это наши первые любезности по телефону, я немного стесняюсь.

– Доброе утро! Что будете заказывать?

Убираю трубку в карман и мечтательно подхожу к кассе.

* * *

Мы снова в Ист-Виллидж, в любимом ресторанчике Роба.

Пока официантка распинается перед моим красавцем, я улавливаю знакомую мелодию, доносящуюся из потолка, и кидаю взгляд на Роберта. Он мгновенно отвлекается от пресловутой девицы и лукаво подмигивает мне.

Что, ты тоже это слышишь?

Повторив наш заказ, девушка уходит, а Lykke Li тем временем приближается к припеву. На словах «я твоя проститутка, и тебе кое-что перепадет» я восторженно распахиваю глаза. Роберт вторит мне и в наигранном изумлении прикладывает пальцы к губам.

«Я твоя проститутка, и тебе кое-что перепадет».

– Знаешь, я не прочь, чтобы мне перепало, – внезапно признается он.

– От проститутки?

Он качает головой.

– От тебя.

Вот нахал!

– Считаешь меня проституткой?

– Только в своих бурных фантазиях. – Роберт облизывает нижнюю губу и, протянув по столу руку, сжимает мою ладонь.

По телу проносятся мурашки, и я рада, что сижу в пиджаке. Представляю, как кожа вздыбилась.

К нам возвращается официантка. Поднос больше, чем она сама, еле тащит.

Отработанными движениями она расставляет тарелки, стаканы, приборы и бутылки с водой.

– Я сам открою, спасибо.

Роберт неохотно отпускает мою руку и ловко отвинчивает крышки.

* * *

За ланчем Роберту постоянно звонят, а я сижу и пытаюсь угадать, в каком он настроении. По-моему, в хорошем.

Сегодня, когда я ксерила документы для Аманды Мур, я опять размышляла о Джейсоне, и пришла к выводу, что ему необходимо вернуться в «девелопмент». Но как убедить в этом нашего босса?

Роберт нажимает на кнопку, и мне кажется, что лучшего момента не найти.

– Ты все еще злишься на Джейсона?

– А что? – Он настораживается.

– Ну, – ковыряю вилкой картошку, – я подумала, может, ты пересмотришь свое решение, и…

– Кэт, – он вздыхает, – Торна не восстановят, даже не проси.

Черт.

– Я не прошу восстановить его, – понижаю тон, – пока, во всяком случае…

– Пока? – У Роберта такой вид, словно ему в рот запихнули лимон. – Этого никогда не случится.

– Даже если он вылечится?

– Ну, во-первых, он не вылечится, а во-вторых, в ED Group не дают вторых шансов. Облажался – сошел с дистанции.

Я в шоке. Он рассуждает как бессердечная машина!

– В тебе что, напрочь отсутствует великодушие?

– Почему же? – Его брови оскорбленно ползут вверх. – Когда оно уместно…

– Оно всегда уместно.

Он фыркает.

– Не пытайся развести меня на эту философскую чушь. Я пуленепробиваемый.

Ну вот.

Я вешаю нос.

– Так нельзя. Это… несправедливо.

– Несправедливо? – Карие глаза вспыхивают гневом. – Нет, крошка, несправедливо нюхать героин под камерами в моей компании.

– Героин?

– Да, а ты что думала?

– Э-э, кокс.

Мне вдруг вспоминается «Лицо со шрамом»[46]и горы белого порошка.

Роберт ехидно ухмыляется.

– Для кокса он бедноват.

Фу, какое отвратительное замечание.

Проигнорировав его, набираюсь смелости и пру напролом:

– Если ты не поможешь Джейсону, я разочаруюсь в тебе.

– Разочаруешься?

Кажется, он вот-вот расхохочется, а я сделаю себе харакири и наконец избавлю мир от собственной никчемности.

– Я запер тебя в своей квартире, а ты только сейчас разочаруешься во мне?

Я пунцовею.

– За квартиру ты извинился…

– Кэтрин, – твердо продолжает он, – это не меня поймали за употреблением дури в дамском сортире, а его. Разочаровывайся лучше в своих друзьях, которых ты явно не умеешь выбирать.

– Неужели ты такой жестокий?

– По отношению к чужим – да. – Он пожимает плечами. – Извини, если разочаровал.

– И тебя не волнует, как это повлияет на наши с тобой отношения?

– А при чем тут мы?

– При том. Человек, которому я отдаю свое тело и душу, не может быть таким. Я этого не принимаю.

Эддингтон умолкает и задумчиво потирает висок.

– Если ты вздумала угрожать мне, то…

Угрожать?

– Нет, какие угрозы? – Ну же, не трусь! Он оттаивает! – Я… я просто хочу тебя попросить…

– О чем? – раздраженно спрашивает Роберт, откинувшись на спинку стула.

– Помоги ему с клиникой. Я уверена, он согласится, когда остынет.

– С клиникой? – Видно, он обалдел от моей наглости.

– Ну да… в конце концов, этот парень пахал на тебя, как проклятый.

Роберт шумно выдыхает, отодвигает тарелку в сторону и удрученно качает головой.

– Ты спятила…

– Послушай, Роберт, я знаю, что единственная причина, по которой ты люто ненавидишь Джейсона, это твоя ревность. И я уже устала повторять, что она беспочвенна, ты все равно не слушаешь, но, смотри, если он ляжет в клинику, я точно не смогу с ним видеться…

Он улыбается, очевидно, оценив мои аргументы.

– Какой хитроумный план, Бэйли. Я впечатлен.

– Еще бы. – Я закатываю глаза. – Ты поможешь ему?

– Я подумаю, – не успеваю обрадоваться, как он добавляет, – но мне нужно кое-что взамен.

– Что?

– Помимо того, что я категорически против твоих встреч с этим… типом, я настаиваю, чтобы ты интеллигентно и без истерик приняла от меня десять тысяч за «Гибсон».

О нет.

Я цокаю языком.